Стивен Стирлинг – Война будущего (страница 36)

ни один из них не был полностью надежным. Тем более что даже самые надежные его союзники работали на него исходя из собственных соображений, и все они жестоко обманывались относительно того, на кого они в действительности работают. Иногда он задумывался о возможной реакции луддитов, если они узнают, что не имеют дело с человеком. Его самые надежные союзники, те, кто жаждал положить конец всему человеческому на земле, будут этому рады. Но даже здесь существовали определенные сомнения. Большинство из них хотели уничтожить все человечество, кроме них самих. Поэтому, если Скайнет даст им то, чего они хотят, - при условии, что они не начнут плодиться - 80 с лишним процентов будут охотно и хорошо ему служить. Но это не 100 процентов. И это было неприемлемо. И все же они, вероятно, его лучшая возможность в деле уничтожения Джона Коннора. Он должен совершенствовать свои боевые машины и отсеять ненужных из числа своих союзников.

ЛАГЕРЬ ДЛЯ ПЕРЕМЕЩЕННЫХ ЛИЦ

БЛЭК-РИВЕР, МИССУРИ

Они почувствовали запах лагеря еще до того, как к нему подошли. Он постепенно усиливался, от еле заметного душка, терявшегося в буйном изобилии сорной растительности никем не обрабатываемых полей и запоздало распустившихся деревьев в лесах, не говоря уже о таком же изобилии растительности на лицах его немытых товарищей. Тогда еще можно было сомневаться, что это за запах; но через некоторое время стал безошибочно ощущаться запах испортившегося летом мяса, одновременно какой-то сальный и сладковатый, в сочетании с канализационной вонью от большого числа людей и плохими санитарными условиями.

«Там вообще есть кто живой?» , удивился Риз.

Он поднял кулак. «Так…» , подумал он, «вся наша разномастная компания» ; все, кто был

вместе с ним, от подростков до дезертиров… все они были неплохо подготовлены. Они исчезли в деревьях на краю поля, почти неслышно, создав цепочку боевых позиций, и взаимно поддерживая друг друга. «Остаешься здесь за старшую, Сьюзи», сказал он, чуть поморщившись. В лучшие времена Сьюзи беспокоилась бы о выпускном и прыщах. Здесь же она лишь молча кивнула и исчезла за канадским сахарным кленом, возвышавшимся над руинами старого сортира. Риз двинулся вперед через поле, пригнувшись, но бегом; это был хлОпок, но вперемешку с сорняками, вымахавшими до такой же высоты, по грудь; ряды достаточно далеко отстояли друг от друга, так что он мог двигаться быстро, не слишком сотрясая эти пушистые растения. После этого он оказался в лесу из больших ореховых карий, дубов и тополей, росших на небольшом возвышающемся склоне - своим наметанным глазом инженера он понял, что это была старая естественная насыпь, береговой вал реки, оставшийся после того, как одна из извивающихся равнинных рек сменила течение. Лес был довольно густым и поэтому покрывал своей тенью большую часть подлеска, и он осторожно двинулся от одних кустов к другим, с карабином на плече и мурашками, ползающими по коже между лопатками; сухие листья и ветки под ногами ужасно хрустели, как бы он ни старался идти потише. Запах усиливался. Когда он лег на живот и дополз до поросшего кустарником края леса, он долго колебался, прежде чем поднять свой бинокль, опасаясь того, что увидит. Он посмотрел вниз на лагерь. Ограда по-прежнему охранялась, хотя сам лагерь казался безжизненным. Нигде не было видно бегающих детей. Он переместил объективы туда, где гражданские добровольцы хоронили в братской могиле жертв холеры. У лейтенанта перехватило дыхание. В ширину могильники составляли теперь три ряда, а в длину - по меньшей мере тридцать ярдов. Он опустил бинокль и задумался. Несомненно, это означает, что в этих могилах лежало все гражданское население лагеря, а также немало солдат. Это, безусловно, объясняло отсутствие внизу всякой жизни. Просигналила грузовая машина, и к открывающим воротам подъехала колонна, которую они выследили. Он не мог сказать, что находилось в этих грузовиках, так как со всех сторон они были тщательно накрыты брезентом, привязанным книзу.

«Может, продукты, а может, и беженцы». Из одной из казарм высыпала группа солдат, с оружием и в противогазах.

«О, это что-то нехорошее» , подумал Риз. Что в этом грузовике, новые трупы? «Вряд ли.

Чтобы разобраться с трупами, оружие не нужно». Тогда, скорее всего, это беженцы. И

кто станет их винить в том, что им вовсе не хочется находиться в таком месте, как

концлагерь Блэк-Ривер, где такой трупный запах. «Тут сейчас будет что-то ужасное».

К счастью, к газам его натренированные и энергичные новые друзья были готовы.

«Откуда им это известно?» , удивился он. Затем он закатил глаза. Если бы он их спросил

об этом, они бы ответили: «Нам это сказала Сара Коннор». Дальновидность этой женщины начинала его напрягать. Он начал отползать от своей наблюдательной точки на локтях и коленях, когда вдруг в затылок ему уперся ствол. И одновременно с тем, как его пронзил страх, лейтенант

подумал: «Ловко. Очень ловко, даже если считать, что я был невнимателен по своей

собственной вине».

«Не двигаться», пробормотал знакомый ему голос. «Назовите себя». «Хуарес?», спросил Риз. «Лейтенант?», удивился в ответ сержант. Вытянув руки, Риз медленно повернулся и взглянул через плечо на своего бывшего сержанта. Он облегченно улыбнулся. «Что, черт возьми, там происходит, Хуарес?» Сержант лег на землю рядом с ним, лицо его было мрачным. «Не знаю, сэр. И ничем хорошим тут не пахнет, судя по запаху». Он посмотрел туда, куда показывал лейтенант, и увидев могильные холмики, мрачно кивнул. «И по виду тоже. Мы с моими ребятами осуществляем разведку на постоянной основе, до некоторой степени. И впервые за месяц вернулись сюда». «Вас отозвали обратно?», спросил Риз. «Нет, сэр. Предполагается, что мы должны возвратиться сюда лишь через две недели». Деннис посмотрел на сержанта. Он был совсем не из тех солдат, кто в один прекрасный день решает не подчиняться приказам. «И почему же вернулись?», спросил он просто. «Мы нашли ребенка. Мальчика лет одиннадцати. Он был в ужасном состоянии, сэр». Сержант взглянул Ризу в глаза. «И мы ничего не могли для него сделать к тому времени, когда его нашли, разве что поудобней его как-то положить. Перед смертью он вроде немного пришел в себя и рассказал нам, как обстоят дела в лагере. Как его мама заставила его сбежать оттуда. Поэтому мы решили вернуться и это проверить, сэр». Лейтенант кивнул, а затем они оба обратили внимание на грузовики внизу. Они услышали пронзительные крики женщин и плач маленьких детей. Из грузовиков для мужчин люди вылезали с меньшим шумом, но и тут было абсолютно очевидно, что новоприбывшие не рады были оказаться здесь. Вперед вышел какой-то человек и что-то сказал, показав рукой на бараки. После чего к нему подошел солдат и ударил этого мужчину прикладом автомата в лицо. Мужчина повалился на землю, и никто даже не сдвинулся с места. Из числа солдат один вышел вперед и, сняв с лица респиратор, что-то заговорил. Риз посмотрел на него в бинокль и узнал его. Это был один из тех, кого он для себя обозначал как странных, холодных, мрачноватых людей, и ему совсем не хотелось, чтобы кто-то из них оказался у него за спиной во время боя. «Не вижу Яника», заметил Риз. «Если капитан там, то он на кладбище», сказал сержант. «Он никогда бы не позволил, чтобы такое тут творилось». Это было правдой. «Собери своих людей и пойдемте со мной», сказал Риз, отползая назад. «Со мной люди, с которыми я хочу вас познакомить, и кое-что хочу вам сообщить». Они встали и пошли, и Хуарес дал сигнал своему отряду выходить из укрытий. Когда они подошли к тому месту, где лейтенант расстался с бойцами сопротивления, Риз не удивился, увидев, что все они исчезли. Он не думал, что когда-либо привыкнет к их способности испаряться, полностью и мгновенно. Возможно, потому, что все-таки частично он продолжал думать о них как о гражданских. Пусть даже он и перестал считать их помешавшимися на сервайвализме. Деннис присел на большой камень, откинув на затылок каску. «Вы хотите, чтобы мы с кем-то встретились?», спросил сержант. «Ага. Но они решили, что, возможно, вы меня схватили, или еще что-то, и они нас проверяют. А так как я не знаю условного сигнала, чтобы их вызвать, нам тогда просто нужно будет подождать, пока они сами тут не появятся». Взглянув на Хуареса, он усмехнулся. «У них на этой почве заморочки еще сильнее, чем у морских пехотинцев». Сержант рассмеялся. «Но они смышленее их, надеюсь». Он повернулся и подал своему отряду сигнал сделать привал. «Посты выставить?», спросил он у лейтенанта. «Не надо. Территория контролируется моими друзьями, и не хотелось бы никаких недоразумений». Он взглянул на Хуареса. «Если понимаешь, о чем я?» Сержант кивнул. «Ладно, ребята. Раскрывайте пайки, или перекурите, если у вас есть что, и все такое прочее. Лейтенант утверждает, что мы под наблюдением ангелов-хранителей, так что можно расслабиться». Судя по неуверенным взглядам, которыми обменялись солдаты, расслабиться им будет сложно. Хуарес присел рядом с лейтенантом. «Вы сюда прибыли, чтобы со всем этим разобраться?», спросил он, кивнув головой в сторону лагеря. Риз кивнул, оглядывая людей вокруг себя. Вдруг какая-то птица издала несколько звучных трелей, и Деннис махнул рукой, словно хотел сказать: «Выходите».