Стивен Розенфилд – Ухожу в Stand Up! Полное руководство по осуществлению мечты от Американской школы комедии (страница 7)

Посмотрим, как это делается на примере отрывка выступления Луи С. К. под названием «Монополия». Это уморительный пример акт-аута. А еще это пример совмещения сразу нескольких видов стендапа в одном выступлении.

Луи начинает свою «Монополию» с наблюдательных острот. Затем разыгрывает акт-аут о том, как мило утешает свою дочь после ее проигрыша в настольной игре «Карамельный замок». Потом сценка прерывается, и он обращается к зрителям, после чего начинает другой акт-аут. В нем он стебет дочь после проигрыша в «Монополию».

Прочитай этот отрывок. Про подчеркивания ты уже помнишь. Курсивом я выделил шутки-наблюдения. Жирным выделены акт-ауты.

Я порой играю с детьми в «Монополию»; это прикольно. Моя девятилетняя дочь реально умеет играть в эту штуку. Моя шестилетка уже прекрасно понимает, как играть, но она еще не доросла эмоционально, чтобы стойко сносить ». Ведь каждый раз проигрывать так . Это вам не в «Карамельный замок» проиграть. «О-ох, малышка, ты застряла на этой ! Эй, ну ты же попала на ». Но когда она проигрывает в «Монополию», я смотрю в ее маленькое личико и такой… «Итак, вот … все железнодорожные компании, все твои дома, все твои деньги… . Придется все отдать. . Нет, нет, , видишь ли, хоть ты и отдаешь мне вот это вот все, это даже рядом не стояло с тем, . , детка. Ты практически идешь ко дну, согласен, . весь день, … и я собираюсь все это использовать, чтобы . Я серьезно, я . .

Сложно представить, что этот отрывок был бы таким же смешным, если бы Луи просто описал эту сценку с дочкой, а не разыгрывал ее. Такой комичный эффект достигается благодаря переходу в голосе от любящего отца, играющего в «Карамельный замок», до хладнокровного капиталиста в «Монополии». В простом изложении это бы затерялось. А это подводит меня к основополагающему принципу: зрителям лучше что-то показать, чем об этом рассказать. Пусть они увидят. Так всегда будет смешнее. Это прекрасный способ отредактировать шутку. Если в целом она хороша, но чего-то не хватает, разыграй сценку.

Зрителям лучше что-то показать, чем об этом рассказать.

Марина Франклин – стендап-комик и большой любитель акт-аутов, благодаря которым оживают самые разные персонажи. Изначально Франклин приехала в Нью-Йорк, чтобы стать актрисой, но пошла дальше и стала одним из лучших стендап-комиков своего поколения. Во время выступлений она использует актерское мастерство, чтобы перевоплотиться в одного из персонажей, получается просто уморительно. В качестве примера приведу отрывок выступления про переезд в Нью-Йорк и театральную постановку перед исключительно чернокожей аудиторией. Чтобы понять, в чем соль, стоит знать, что Марина – афроамериканка, она обычно рассказывает зрителям, что росла единственным чернокожим ребенком в полностью белом районе Чикаго. После этого они переехали в район, где жили сплошь чернокожие. Но, как говорит Марина: «Было уже поздно. Я была белой». В этом отрывке она исполняет сразу пять ролей: себя; себя, играющую в сценке; еще одну актрису из пьесы; женщину в зрительном зале и женщину за стойкой в закусочной. Каждого персонажа она изображает определенным голосом. Саму себя и коллегу она изображает профессиональными актрисами, исполняющими роли двух афроамериканских сестер с высшим образованием. У женщины в зале и работницы закусочной в ее исполнении отчетливо слышен уличный говор. Опять же, курсивом выделены шутки-наблюдения, жирный шрифт обозначает акт-ауты, а подчеркнутое – боже, ну ты же в курсе.

Изначально я приехала в Нью-Йорк, чтобы играть в театре, но что-то не задалось. Я играла в пьесе за пределами Бродвея, далеко за его пределами, в . В Бед-Стай[11]… Назовем это . Я играла персонажа по имени . Одну из сестер – бунтарку. Играть было непросто, аудитория была сплошь одни чернокожие, ну, знаете, мы вроде как все повязаны. И в общем, у меня была реплика в пьесе, где я говорю своей сестре, а у нее муж только что из тюрьмы вышел, так вот, я ей в пьесе говорю: «Вероятно, если бы ты не предъявляла чересчур много неблагоразумных материальных требований этому человеку… этого вообще бы не произошло». И вот я вся такая в образе на сцене, и тут в зале поднимается одна девица и такая: «!» Я в ответ говорю: «! Может, кто-нибудь уже скажет ей, что ?» Позже в этой же пьесе девушка, которая играет мою сестру, обвиняет меня в том, что я влюблена в ее мужа. И вот ее реплика, она говорит: «Я поняла это по тому, как ты произнесла его имя. По тому, как мелодично оно прозвучало». И та же самая девица встает со своего места и такая: «». . Помню, когда я там работала, все время искала, где бы перекусить салатом и чем-нибудь жареным. И вот как-то я заглянула в подобное местечко, подхожу к такой сердитой даме за прилавком и спрашиваю: «Можно мне салат?», а мне в ответ: «». Я ей говорю: «Ну я же вижу салат в меню». – «». Потом она уходит куда-то в подсобку, и я слышу: «Тиша, Тиша, поди-ка на минутку. »

В отрывке Луи С. К. «Монополия» акт-ауты придают мощный комедийный эффект задушевным разговорам с дочерью. В выступлении Франклин они позволяют легко и изящно менять персонажей в сценке. В клубе на сцене лишь одна Марина. Но благодаря ее игре сначала мы переносимся в театр в Бруклине, где два актера на сцене, а в зале чернокожая публика и кто-то выкрикивает что-то; а потом оказываемся в закусочной в этом же районе, где видим Марину и женщину за стойкой. У этого отрывка потенциал и развитие сюжета, как в кино. И все это благодаря акт-аутам.

Если любишь изображать различных персонажей и говорить разными голосами, тогда включай скетчи и акт-ауты в свой материал.

Унижаем знаменитостей

Унижающий юмор – это комедия, цель которой высмеять или подколоть кого-то, рассмешив при этом зрителей. Целью обычно становятся:

• знаменитости;

• люди из твоего окружения (супруги, родители, братья или сестры, мужик из химчистки и т. д.);

• хеклеры[12] в зале;

• ничем не провинившиеся зрители;

• ну и, конечно же, ты сам.

Я не раз встречал людей, которым было сложно унижать окружающих. Они считают, что это неприятно. В целом, они правы. Но вот в чем фишка: комедия – штука неприятная. Она решительно и беззастенчиво честная. Комедия смотрит на нашу жизнь и даже глазом не моргнув выдает: «Все это полный отстой». Сейчас объясню подробнее. А ведь многое в жизни и впрямь отстой. Так всегда было и всегда будет. Комедия – это развлечение, которое тыкает носом во все самое плохое. Да еще и глумится над этим. Высмеяв все наши трудности, страхи и переживания, комедия превращает их из невыносимых в нелепые. Она позволяет шутить над неудачами и проблемами. А раз мы смеемся, то понимаем, что на самом-то деле с нами все в порядке. Когда ты слышишь, как смеются другие зрители, то понимаешь, что не одинок. Ведь в этот прекрасный миг комик снимает тяжкую ношу переживаний с наших плеч, раздается смех, и зал становится единым целым. Основной посыл комедии таков: у тебя есть проблемы, у меня есть проблемы, но с нами все в порядке. Ты не одинок. Мы вместе в этом дерьме.

У комедии есть цель поважнее, чем быть приятной. Она помогает выжить. Так что шире размах!

Унижение знаменитостей – извечная тема в стендапе. Можно бесконечно любоваться тем, как мегабогатые, очень влиятельные и невероятно знаменитые сдуваются до человеческих размеров благодаря остроумному, проницательному комику.

Есть два ключевых момента, которые помогут отменно постебаться. Во-первых, убедись, что все в курсе, кто твоя мишень и чем этот человек знаменит. У тебя могут получиться просто уморительные шутки про министра торговли, только вряд ли люди знают, есть ли у нас вообще такой и кто он. Новичков, которые в обычной жизни оказываются ярыми спортивными болельщиками, часто поражает, что зрители в зале не знают спортсменов, известных только преданным фанатам, но никак не людям, равнодушным к спорту. Комики, повернутые на политике, удивляются, когда не заходят шутки про Оррина Хэтча. (Он старший сенатор от штата Юта и республиканец. Но никому до этого нет дела, если, конечно, ты не в Юте выступаешь.) Выбирай тех, кто день за днем в центре внимания всех СМИ. Зрители не будут смеяться, если не знают, о ком идет речь.

Комедия – штука неприятная. Она решительно и беззастенчиво честная.

Второй ключевой момент заключается в следующем: причина, по которой ты стебешься над знаменитостью, также должна быть известна твоей аудитории. И они должны быть с тобой согласны. Иногда говорят, что юмористы пишут черновик истории. Это не так. Зрители смеются, когда уже знают историю и когда знают, что все, что ты говоришь, правда.