Стивен Ликок – Искатель, 1961 №4 (страница 12)
— Нельзя! — крикнул Виктор. — Я не допущу этого! Зачем это тебе?
Машина так зачастила словами, что Виктор с трудом понимал их.
Сапиенсы нигде еще не встречали нарушений Генерального закона Разума. Закон не должен знать исключений. Иначе это не закон. Теперь на Земле сапиенсам открывался небывалый, невероятный случай.
Люди, принявшие Закон всеобщего содружества, — это не так интересно. Это закономерно, нормально, обычно. Он, Луч Мысли, должен встретиться с другими, незакономерными. Иначе он не может поступить! Это будет одним из важнейших результатов экспедиции! Может быть, самым важным.
Виктор смутился. Он, пожалуй, в своих рассказах сгустил краски. У сапиенсов, кажется, создалось впечатление, что на Земле живут вообще не разумные существа, а какие-то выродки. Что произойдет страшного, если они приземлятся где-нибудь в ^капиталистической стране? И там люди с восторгом и благодарностью встретят и сапиенса и его самого. Кто-то попробует прибрать их к рукам? А общественное мнение? И потом они ведь всегда смогут улететь…
— Хорошо! — быстро сказал он. — Но с одним условием!
— Что, значит, но, с, одним, условием?
— Это значит — без того, что я потребую, мы не полетим!
— Я, полечу, один.
Это было, конечно, не слишком вежливо со стороны хозяина положения, но Виктор понимал, что, разговаривая с сапиенсом на языке ультиматумов, он, пожалуй, ведет себя не слишком умно.
— Ну, я прошу тебя! Не разговаривай там ни с кем без меня!
— Почему?
— Ты многого еще не знаешь о Земле. Может случиться, что твои беседы принесут людям вред. Я постараюсь, чтобы этого не случилось.
— Я, сделаю, так, как, просишь, ты, — согласился Луч Мысли.
— Но потом мы обязательно полетим в то место, которое я показал, — предупредил Виктор.
— Я, сделаю, так, как, просишь, ты.
— Хорошо! Приземляйся, где сумеешь!
— Отдыхай, скоро, аппарат, будет, готов.
Виктор нехотя забрался в кабину космолета. На душе у него было неспокойно.
Он снова опустился в кресло.
Стрелка хронометра все прыгала вперед. Виктор молча смотрел на нее. Он не спал. Не мог спать…
…Аппарат слегка дрогнул от толчка и замер. Мертвая тишина оглушила Виктора. Сердце тяжелым камнем бухало в груди и вдруг остановилось.
Они приземлились!
Виктор медленно, с трудом протянул руку вперед, нащупал рычажок и повернул его.
Трясущимися пальцами, почти потеряв сознание, сбросил маску. Сейчас сапиенс трижды просигналит ему, и можно будет нажать кнопку. Свет раннего утра ворвется сюда, в черную тьму. Он увидит траву, небо, может быть — джунгли, или удирающих в панике антилоп, или бегущих к аппарату людей… Радостно улыбнется им, услышит шум листвы…
Все это уже здесь, за тонкой стеной, рядом.
Стены кабины вспыхнули ослепительно белым светом. Раз! Снова темнота… Тишина… Ну, ну, а еще? Два! Три!!! Кнопка… Есть!
Верхняя часть корпуса плавно отошла назад, яркий свет и свежий утренний ветерок ворвались в кабину, и вверху открылся кусочек неправдоподобно синего неба.
Выглянув из люка, Виктор увидел поле, густо заросшее бурой травой. Над ней кое-где торчали островки кустарника с маленькими желто-красными листьями и огромные, с острыми изломами валуны. Вдали, в полукилометре, кустарник стоял высокой сплошной стеной, а за ним где-то очень далеко, как призраки, чуть колыхались в воздухе зелено-коричневые горы.
В другой стороне громоздились серые морщинистые скалы, будто подрезанные сверху огромным тесаком.
Он спрыгнул вниз, прямо в высокий кустарник. Длинные шипы впились в костюм, но не одолели плотную ткань. Виктор выбрался из куста и копнул носком сапога землю. Она была коричнево-красной и твердой. И солнце, которое, только что поднявшись над стеной скал, уже обжигало, было совсем не московским, и не сибирским, и даже не крымским — чужим…
Нос катера с легким скрипом раскололся надвое, и обшивка тяжелыми крыльями повисла по сторонам, открыв шар, который возвышался теперь над полем, как на постаменте.
В шаре был Луч Мысли.
— Где мы? — спросил Виктор.
— Мы, опустились, в, центре, большого, материка, — бесстрастно загрохотала машина. В расчете на большую аудиторию сапиенсы снабдили ее очень сильным голосом. — Ты, называл, его, Африка.
Чудеса ХХ века
Этот прокатный стан не имеет себе равных в Европе. Его недаром называют широкополосным: он прокатывает слябы в листы шириной 2 000—2 350 мм. Все процессы механизированы и автоматизированы. Стан прокатывает сталь самых разных марок со скоростью до 12 метров в секунду!
Эта великолепная установка эксплуатируется на Магнитогорском металлургическом комбинате.
Сеялка, о которой пойдет речь, сеет квадратно-гнездовым способом: движется строго по заданной линии и в нужный момент выбрасывает в землю семена. Но напрасно было бы искать на поле, где работает сеялка, мерную проволоку: ее заменяют… ультразвуковые импульсы.
Установленный на сеялке специальный прибор подает сигналы, а другое устройство — резонансный отражатель, находящийся в начальном пункте движения агрегата, улавливает их и отправляет обратно. Третий прибор, также установленный на сеялке, сравнивает излученные и возвращенные импульсы. Их фазы совпадают, когда сеялка проходит заранее заданное расстояние. И тогда по команде электронного автомата срабатывает механизм посадки — без участия человека.
Систему этих электронных устройств разработал и совершенствует Институт механики Академии наук Узбекской ССР.
Новый теплоход, модель которого вы видите на снимке, создается для плавания по рекам… несудоходным. Впрочем, можно ли сказать «для плавания»? Ведь корабль этот летающий…
Под горизонтальную платформу, на которой разместятся ходовая рубка и пассажирские каюты теплохода, мощные авиационные двигатели направят широкий поток воздуха. Давление его окажется достаточным, чтобы образовать воздушную подушку — приподнять весь корабль над водой. Вот почему ему не страшны даже мелководные, с многочисленными мелями реки. Струя воздуха будет также двигать теплоход в нужном направлении. И двигать быстро — со скоростью 60–70 километров, в час!
Проект корабля создан в Ленинградском центральном технико-конструкторском бюро речного флота при участии московских ученых. Его назвали теплоходом на воздушной подушке. Но такое судно сможет двигаться и надо льдом и над сушей. Очень возможно, что в будущем его назовут вездеходом. Ведь испытания модели прошли успешно.
Таких замечательных помощников не было еще ни у одного земледельца. Они могут автоматически определять температуру и влажность воздуха, солнечную радиацию, потребность растений в тепле, влаге и освещении… Они могут даже предсказывать!
Вот один из них — прибор для прогноза заморозков. Он позволяет еще с вечера узнать, какая минимальная температура будет ночью. А вот специальная установка, определяющая температуру почвы на много дней вперед. Важность ее при посеве теплолюбивых культур трудно переоценить.
Среди других приборов — термосигнализатор, настоящее «недреманное око» парников, теплиц, хранилищ. Термосигнализатор самостоятельно, без помощи человека периодически узнает температуру воздуха в разных точках теплицы или хранилища, показывает ее на шкале, и, если температура отклонилась от заданной, прибор тотчас дает световой или звуковой сигнал.
Это лишь некоторые образцы из комплекса измерительных приборов, разработанных в научных и опытных учреждениях Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В. И. Ленина. Чудесные помощники тружеников сельского хозяйства в нынешнем году будут широко испытаны в разных районах страны.
Фантастично выглядит завод синтетического каучука в Сумгаите! Этот завод — одно из крупнейших химических предприятий Азербайджана.
И. Адабашев
НЕВИДИМКА В УПРЯЖКЕ
Электричество прочно вошло в нашу жизнь. Мы привыкли к густой сети проводов и не видим в этом ничего особенного.
Провода… Любой станок, каждая электрическая лампочка, каждый завод, фабрика или дом находятся как бы на привязи у электрической станции. Тысячами тысяч тонких и толстых щупалец соединены электростанции с городами, заводами, фабриками, селами.
Для того чтобы провести одну только линию электропередачи от Куйбышевской ГЭС до Москвы, потребуется примерно 250 тысяч тонн проводов. Для перевозки этого провода нужно 50 тысяч грузовых автомобилей. Провода— это металл. Из такого количества металла можно сделать различные станки для десятков новых крупных машиностроительных заводов.
Провода… Можно ли обойтись без них? Ведь с увеличением использования электроэнергии их паутина должна все плотнее окутывать наши города и села.