Стивен Кинг – Сердце ангела (страница 52)

Холл с силой метнул банку. Через вентканалы над головой он услышал слабый звук голоса Варвика и чуть улыбнулся.

0‘кей, студент. Постараюсь запомнить.

Он внезапно перестал улыбаться и загасил сигарету. Через несколько секунд Висконски начал подавать вниз нейлон, и Холл приступил к работе. А через некоторое время крысы вылезли из нор на мешки и уставились на него немигающими черными глазками. Они были похожи на присяжных заседателей.

Понедельник, одиннадцать вечера.

Когда Варвик в старых джинсах, заправленных в высокие резиновые сапоги, вошел в красильню, там уже собралось около сорока человек. Холл слушал Гарри Висконски, необыкновенно толстого, очень ленивого и угрюмого мужчину.

— Представляю, какая там грязь, — ныл Висконски.

— Вот увидите, мы вернемся домой чернее трубочистов.

— Мы там повесили шестьдесят лампочек, так что внизу будет светло, — возразил Варвик. — Вы, ребята, — он показал на группу рабочих, облокотившихся на сушильные барабаны, — подключите шланги к главной колонке. Можете спустить их вниз по ступенькам. У нас примерно по 25 метров на человека — этого хватит.

Только не очень-то шутите и не направляйте шланги друг на друга, можете попасть в больницу. Они работают под очень высоким давлением.

— Кто-нибудь обязательно получит увечье, — начал пророчествовать Висконски. — Вот увидите.

— Вы, — Варвик указал на группу людей, в которой находились Холл и Висконски, — сегодня займетесь уборкой мусора. Работать будете парами. Там валяется старая конторская мебель, мешки с одеждой, металлолом. Все это будем свозить к вентиляционной шахте в западном углу. Все знают, как обращаться с электрической тележкой?

Никто не поднял руку. Тележки были машинами на электрических батареях, похожими на миниатюрные грузовики по уборке мусора. От постоянного употребления они страшно воняли, и этот запах напоминал Холлу вонь горящих проводов.

— О’кей, — сказал Варвик. — Мы разделили подвал на участки. Надеюсь, к четвергу закончим. В пятницу шлангами уберем мусор. Есть вопросы?

Вопросов не было. Холл пристально изучал лицо мастера. Варвик ему явно не нравился. У него внезапно появилось предчувствие чего-то необычного, из ряда вон выходящего.

— Отлично, — заключил Варвик. — Тогда за работу.

Вторник, два часа ночи.

Холлу очень надоело слушать непрекращающееся хныканье Висконски. Но он не останавливал его — для Висконски и это лишний повод для нытья.

Холл знал, что внизу будет несладко, но действительность превзошла все его ожидания. Их встретил ужасный запах. Вонь загрязненной реки смешивалась с запахом гниющей материи, покрытой плесенью грибков и лишайников. Холл обнаружил целую колонию белых громадных поганок, проросших через потрескавшийся цемент. Поднимая ржавое колесо, он дотронулся до них. Грибы оказались почему-то теплыми и раздувшимися, как тело человека, больного водянкой.

Лампы не могли разогнать темноту, скопившуюся за 12 лет. Они только немного пробивали ее и разливали над всей этой грязью нездоровый желтый свет. Подвал напоминал полуразрушенные своды оскверненной церкви с высоким потолком и кучей ржавых машин, которые уже никогда не сдвинутся с места. Мокрые стены покрывали пятна желтого мха. Вода, бегущая в полузабитую канализацию и оттуда в реку ниже водопадов, создавала шум нестройного хора.

Здесь были огромные крысы, по сравнению с которыми крысы на третьем этаже казались карликами. Один только бог знал, чем они здесь питались. Переворачивая доски и мешки, Холл и Висконски постоянно натыкались на огромные норы из разорванных гнилых газет. С атавистическим отвращением они смотрели, как крысята с огромными и слепыми от постоянной темноты глазами прячутся по щелям.

— Давай перекурим, — предложил Висконски. Холл не мог понять, почему его напарник так часто дышит — Висконски сачковал всю ночь. Постепенно они отбились от остальных, и сейчас вокруг никого не было видно.

— Хорошо, — он облокотился о край тележки и закурил.

— Я никогда бы не позволил Варвику уговорить себя, — скорбным голосом произнес Висконски. — Разве это мужская работа! Если бы ты знал, как он разозлился, когда поймал меня несколько дней назад.

Холл промолчал. Он думал о Варвике и о крысах. Странно, но казалось, что между ними существует какая-то связь. Создавалось впечатление, что за время долгой жизни под фабрикой крысы совсем забыли людей. Они превратились в существ наглых и почти не боялись рабочих. Одна из крыс, как белка, сидела на задних лапах, пока Холл не подошел близко. Затем она бросилась на него и вцепилась в сапог.

Тут сотни, а может быть, тысячи крыс. Ему даже стало интересно, сколько болезней можно заработать в этой черной клоаке. И еще Варвик. Что-то в нем…

— Мне нужны деньги, — продолжал ныть Висконски.

— Но, господи Иисусе, дружище, разве это мужская работа. Эти крысы! Брр! — Он со страхом огляделся по сторонам. — Мне кажется, что они умеют мыслить. Ты не задумывался, что бы случилось, если бы мы стали маленькими, а они — большими…

— Заткнись, — ответил Холл.

Висконски обиженно посмотрел на него.

— Извини, дружище. Просто… — он запнулся. Боже, как здесь воняет! — закричал толстяк. — Нет, это не мужская работа. — С края тележки на его руку заполз паук. Почти задохнувшись от отвращения, он смахнул насекомое.

— Пошли, — сказал, затягиваясь напоследок, Холл.

— Быстрее начнем — быстрее закончим.

— Конечно, — с несчастным видом согласился Висконски.

Вторник, четыре часа утра.

Время завтрака.

Холл и Висконски сидели вместе с несколькими другими рабочими и черными руками — грязь не смывалась даже растворителем — ели бутерброды. Холл жевал и наблюдал через стеклянную перегородку конторы за мастером. Варвик пил кофе и с удовольствием жевал холодные гамбургеры.

— Рэя Ансона отправили домой, — сказал Чарли Броху.

— Сильно блевал? — спросил кто-то. — Я сам едва удержался.

— Нет, Рэя укусила крыса.

Оторвав взгляд от Варвика, Холл задумчиво посмотрел на них.

— Да? — рассеянно переспросил он.

— Угу, — потряс головой Броху. — Мы работали в паре. Я еще такого не видел. Она выскочила из дырки в одном из мешков. По-моему, крыса была не меньше кошки. Она вцепилась в руку Ансона и начала ее жевать.

— О, боже, — пробормотал один из рабочих, лицо его изменилось.

— Да, — продолжал Броху. — Рэй завопил, как женщина, и я его за это не осуждаю. Кровь с него хлестала, как со свиньи. Думаете, она его отпустила? Нет, сэр, как бы не так. Мне пришлось несколько раз ударить тварь доской, прежде чем она его бросила. Рэй чуть не сошел с ума. Он топтал крысу до тех пор, пока от той не осталось ничего, кроме кучки шерсти. Да, я такой мерзости еще не видел. Варвик забинтовал ему руку и отправил домой. Сказал, чтобы завтра он пошел к доктору.

— Гадский лицемер, — с негодованием произнес кто-то.

Как будто услышав, Варвик встал из-за стола. Он потянулся и направился к двери.

— Пора работать.

Дожевывая, рабочие медленно встали. Они двинулись вниз, невесело стуча каблуками по металлическим ступенькам.

Проходя мимо Холла, Варвик хлопнул его по плечу.

— Ну, как дела, студент? — не дожидаясь ответа, мастер направился в подвал.

— Пошли, — нетерпеливо сказал Холл Висконски, завязывавшему шнурок на ботинке. Они начали спускаться.

Вторник, семь часов утра.

Холл и Висконски поднялись наверх. Висконски перепачкался почти до смешного. Его толстое, похожее на луну лицо было грязным, как у мальчишки, только что получившего трепку от главного задиры квартала.

Остальные выходили молча. Никто не смеялся и не шутил, как обычно, насчет того, кто согревает жену Тони с часу до четырех. Не было никаких проделок. Лишь изредка тишину прерывал звук плевка, когда кто-то из рабочих плевал на грязный пол.

— Хочешь, подвезу? — нерешительно спросил Висконски.

— Спасибо.

Они молча проехали по улице, затем переехали через мост. Когда Висконски высадил Холла перед его домом, они кратко попрощались.

Первым делом Холл принял душ. Все еще думая о Варвике, он пытался определить, что ему показалось странным в мастере и что могло связывать его с крысами.

Как только голова Холла коснулась подушки, он заснул тревожным и неспокойным сном. Ему снились крысы.

Среда, час ночи.

Со шлангами работать оказалось легче.

Они не могли приступить к работе, пока уборщики мусора не подготовят очередной участок. Довольно часто уборщики не успевали, и это давало несколько минут для перекура. Холл держал конец длинного шланга, а Висконски бегал взад-вперед, разматывая кольца, перенося шланг через препятствия, включая и выключая воду.

Из-за того, что работа движется медленно, у Варвика испортилось настроение. Если они будут работать такими темпами, то никогда не закончат к четвергу.

Сейчас разбирали конторский мусор, сваленный в углу. Там валялись письменные столы-бюро, с крышками на роликах, покрытые плесенью бухгалтерские книги, стопы накладных, стулья со сломанными сиденьями. Все это было раем для крыс. Десятки животных с писком метались в темноте по проходам в этом хламе. После того, как крысы укусили двух человек, остальные отказались работать, пока Варвик не пошлет за толстыми прорезиненными перчатками, которыми обычно пользуются рабочие на красильнях при работе с кислотами.

Холл и Висконски ждали своей очереди. В этот момент здоровенный мужчина с волосами песочного цвета и бычьей шеей, по имени Кармишаэль, начал изрыгать проклятия. Он пятился назад и колотил себя по груди руками в перчатках.