Стивен Кинг – Сердце ангела (страница 49)

— Выключи ее! — заорал Стэннер. Он был в шоке. Раздался треск сломанного локтя.

Димент нажал кнопку, но машина продолжала рычать и жужжать, как будто ничего не произошло. Не веря своим глазам, он несколько раз нажал кнопку «стоп» — машина продолжала работать. Кожа на плече Стэннера заблестела и сильно натянулась. Вскоре давление валка разорвет ее. Стэннер в полном сознании кричал от невыносимой боли. Механик вспомнил карикатуру на человека, раздавленного паровым катком и превратившегося в тень.

— Пробки!.. — заорал Стэннер. По мере того, как машина затягивала его вовнутрь, его голова наклонялась все ниже и ниже.

Димент бросился в котельную. За ним как привидение гнались вопли Стэннера. В воздухе появился запах пара, смешанный с запахом крови.

На левой стене висели три большие серых шкафа, в которых находились все предохранительные пробки прачечной. Открыв шкафы, Димент как безумный начал выдергивать длинные цилиндрические пробки и бросать их через плечо. Сначала погас свет, затем остановился воздушный компрессор, а потом с громким предсмертным воем отключился сам котел.

Остановилось все, кроме сушильно-гладильного катка. Сверху доносились уже не крики, а булькающие стоны.

Глаза Димента остановились на топоре, висящем в стеклянном пожарном ящике. С каким-то тонким хныкающим звуком он схватил его со стены и бросился назад. Рука Стэннера была в машине уже почти по плечо. Еще несколько секунд, и его склоненная, напряженная, со вздувшимися венами шея скроется в катке.

— Я не могу, — заплакал механик, держа в руках топор. — О боже, Джордж, я не могу, я не могу, я…

Сейчас машина больше была похожа на скотобойню. Упаковщик выплевывал лохмотья ткани, куски мяса, пальцы. Стэннер издал новый нечленораздельный вопль, и Димент, высоко подняв топор, опустил его. И еще раз. И еще.

Посиневший Стэннер без сознания упал на пол. Из обрубка плеча фонтаном била кровь. Каток втянул в себя последние остатки и… замер.

Димент, рыдая вытащил из брюк пояс и начал накладывать жгут.

Пока Хантон разговаривал по телефону с инспектором Роджером Мартином, Джексон терпеливо наблюдал за ним, катая взад-вперед мяч, за которым бегал трехлетний сынишка Хантона — Пэтти.

— Он выдернул все предохранители? — спросил полицейский. — И кнопка остановки тоже не действовала?.. А перед смазкой машину выключили? Ну и ну… Да? Нет, неофициально. — Хантон нахмурился и искоса посмотрел на Джексона. — Это все еще напоминает вам тот холодильник, Роджер?.. Да, мне тоже. До свидания.

Он положил трубку и посмотрел на Джексона.

— Поехали к той девушке, Марк.

У нее была своя квартира, но Хантону показалось, что девушка живет здесь недолго. С видимым смущением она села в кресло в уютной гостиной.

— Я — Хантон, а это мой помощник, мистер Джексон. Я пришел узнать о происшествии в прачечной. — Рядом с этой маленькой хорошенькой брюнеткой он чувствовал себя как слон в посудной лавке.

— Какой ужас, — прошептала Шерри Оулетт. — Это моя первая работа. Мистер Гартли — мой дядя. Мне нравилось работать в «Голубой ленте», потому что у меня там были друзья, и работа позволила мне снять отдельную квартиру. Но теперь… там просто пахнет нечистой силой.

— Отдел по технике безопасности труда отключил машину и начал серьезное расследование, — сказал Хантон. — Вы слыхали об этом?

— Конечно, — беспокойно вздохнула она. — Я не знаю, что мне теперь делать…

— Мисс Оулетт, — прервал ее Джексон, — у вас самой был маленький несчастный случай с гладильщиком, не так ли? Вы порезали палец о зажим?

— Да, я порезала палец, — внезапно ее лицо затуманилось. — Это был первый несчастный случай. — Девушка с жалким видом посмотрела на них. — Теперь мне иногда даже кажется, что другие стали недолюбливать меня… как будто я всему виной.

— Я вынужден задать вам не очень приятный вопрос, — медленно произнес Джексон, — вопрос, который вам не понравится. Несмотря на то, что он покажется вам сугубо личным и не относящимся к делу, уверяю вас, что это не так. К тому же, ваш ответ не будет занесен в протокол.

Она испугалась.

— Я что-нибудь сделала?

Улыбнувшись, Джексон покачал головой, и она сразу успокоилась. Хантон подумал: «Слава богу, что я догадался взять с собой Марка».

— Я еще хочу добавить, что ваш ответ может вам помочь сохранить эту прекрасную маленькую квартиру, вернуться на работу и восстановить прежние отношения с подругами по прачечной.

— Для этого я отвечу на любой ваш вопрос, — сказала она.

— Шерри, вы девушка?

Она была поражена и шокирована, как если бы в церкви священник после причастия ударил ее по лицу. Девушка подняла голову и обвела взором свою уютную и аккуратную квартиру, как бы спрашивая, как они могли подумать, что она может быть местом любовных свиданий.

— Я берегу себя для мужа, — просто ответила она.

Хантон и Джексон спокойно посмотрели друг на друга. За эту долю секунды Хантон понял, что все рассказанное Джексоном — правда: дьявол захватил власть над неживой сталью и оживил ее.

— Что теперь? — мрачно спросил Хантон, когда они ехали от Оулетт. — Нам нужно найти священника, чтобы он изгнал бесов?

Джексон фыркнул.

— Тебе придется долго искать, прежде чем ты найдешь священника, который не вызовет сразу же скорую помощь. Нет, нам нужно будет это сделать самим, Джонни.

— А мы сумеем?

— Может, и сумеем. Проблема вот в чем — мы знаем, что в сушильно-гладильном катке что-то есть, но не знаем, что это. — Хантон почувствовал холод, как будто кто-то невидимой рукой коснулся его.

— На свете существует множество бесов. Но кто наш бес? Может быть, он из приближенных Бубастиса или Пана? А вдруг он из команды Ваала. Или он христианское божество, которое мы называем Сатаной? Мы не знаем. Кстати, если бес намеренно вселился в машину, с ним легче будет справиться. Но, похоже, он очутился в нашем катке случайно.

Джексон пригладил волосы.

— С кровью девственницы все в порядке, но вряд ли нам это поможет. Нам нужно быть уверенными до конца, действовать наверняка.

— Почему? — резко спросил Хантон. — Почему просто не попытаться изгнать бесов?

Лицо Джексона стало холодным.

— Джонни, это не так просто, как у вас — грабители и полицейские. Ради бога, не думай, что это ерунда. Изгнание бесов очень опасно. Оно похоже на контролируемое расщепление атома — мы можем ошибиться и уничтожить самих себя. Бес сидит в этой машине, как в клетке. Но только дай ему шанс…

— Он может вырваться наружу?

— Он очень этого хочет, — угрюмо ответил Джексон, — и ему нравится убивать.

Когда следующим вечером Джексон пришел к Хантону, тот отослал жену и детей в кино. Они устроились в гостиной. Хантон едва мог поверить в то, что сейчас они собираются сделать.

— Я отменил свои занятия, — сказал Джексон, — и весь день просидел за такими ужасными книгами, о которых ты и понятия не имеешь. Потом я заложил более тридцати формул в компьютер и получил, на удивление, немного главных элементов.

Он показал Хантону список, в котором были кровь девственницы, кладбищенская грязь, десница божья, кровь летучей мыши, ночной мох, лошадиное копыто, глаз жабы.

Кроме этих главных были и другие, второстепенные элементы.

— Лошадиное копыто, — задумчиво произнес полицейский. — Смешно…

— Очень обычно, ничего смешного. Фактически…

— Необходимо ли присутствие всех этих ингредиентов в том виде, как ты их назвал? — прервал его Хантон.

— Например, может ли лишайник, сорванный ночью, заменить ночной мох?

— Да.

— Очень может быть, — сказал Джексон. — Магические формулы очень эластичны и неопределенны. Черная магия всегда оставляла широкое поле для творчества.

— Тогда заменим лошадиное копыто на желе «Джеллоу», — предложил Хантон. — Его очень легко достать. В день смерти Фроли я заметил под машиной небольшую коробочку с «Джеллоу». Кстати, желатин делают из лошадиных копыт.

Джексон кивнул.

— Согласен. Что-нибудь еще?

— Возьмем кровь летучей мыши… ничего страшного — в прачечной большой зал. Там есть немало неосвещенных углов и щелей, в которых могут жить летучие мыши. Хотя я сомневаюсь, что администрация допустит это. Во всяком случае, если они там водятся, одна из них легко могла попасть в машину.

Джексон потер руками воспаленные глаза.

— Всё сходится… да, все сходится.

— Правда?

— Да, я думаю, мы спокойно можем Отбросить десницу божью. Конечно же, до смерти миссис Фроли никто не засовывал туда руку мертвого человека, и так же маловероятно, что там могла оказаться белладонна.

— Грязь с кладбища?

— А ты что о ней думаешь?