Стивен Кинг – Новая книга ужасов (страница 50)

Пока бабушка рылась в сумочке, Дэнни заметил, что за ним наблюдает мужчина, который сидел на скамейке по другую сторону от дедушки. Он был крепко сложен и лыс, с тяжелой челюстью, а его наряд составляла старая темная рабочая одежда. Мужчина походил на рыбака. Одна его рука лежала на спинке скамьи за головой дедушки так, что два пальца касались плеча. Поймав ответный взгляд Дэнни он убрал пальцы и наполовину сжал руку в кулак.

Добыв два мороженых для себя и для бабушки, Дэнни заторопился обратно. Лысый человек исчез, и мальчик уселся на освободившееся место.

– Бабушка, что это был за мужчина? – спросил он.

– Который?

– Тот, что обнял дедушку за плечо.

– Дэнни, о чем ты говоришь? Я уверена, он ничего подобного не делал.

– Делал, – настойчиво сказал мальчик. – Я думаю, он хотел, чтобы дедушка пошел с ним.

Услышав в голосе Дэнни убежденность в правоте, бабушка наклонилась вперед и повернулась к нему.

– Странное это место, верно? – продолжил Дэнни.

– Тодли-Бэй? Тебе здесь не нравится?

– Не так, как в Брайтоне.

– Я думаю, здесь очень мило.

– Нет детей.

Бабушка улыбнулась.

– Сколько-то должно быть.

– Я ни одного не вижу.

Бабушка поправила очки на носу и огляделась вокруг.

– Может быть, не здесь и не сейчас, – уступила она, – но на пляже…

Дэнни проглотил последний кусочек мороженого и вытер рот.

– Нет. Все здесь старые, повсюду.

– Ты преувеличиваешь. Как насчет той девочки, которая живет в нашем отеле? Она примерно твоего возраста. Почему бы тебе не попробовать с ней познакомиться?

– Она болеет. Зуб даю, она никогда не выходит из отеля.

– М-м, – задумчиво согласилась бабушка. – Она выглядит нездоровой. Думаю, она поправляется.

– Я думаю, что она умирает, – прозаично сказал мальчик.

– Дэнни! – воскликнула бабушка, заставив мужа проснуться от дремы. – Я уверена, это не так. Что в тебя вселилось?

– Что стряслось? – требовательно спросил дедушка. – Что вселилось в кого?

– В Дэнни, Гарри. Я думаю, ему здесь не нравится. Он в очень странном настроении.

– Дэнни? – дедушка смотрел на внука как на совершенно чужого человека.

Лицо бабушки снова помрачнело. Она посмотрела на часы.

– Господи боже, посмотрите, который час. Нам пора возвращаться, если хотим успеть к ужину, – с этими словами она поднялась со скамейки.

Дедушка последовал за ней и пристроился к плечу как сиамский близнец.

Дэнни удивляло, как легко можно было заблудиться в отеле. Коридоры и общие комнаты выглядели одинаково на всей территории, из-за чего сложно было ориентироваться, но даже это не объясняло того, что мальчик так часто терялся. Раз за разом он оказывался не на том этаже! Он внимательно считал лестничные пролеты и был уверен, что точно знает, где находится – только для того, чтобы промахнуться на этаж, а то и два.

Он заметил, что довольно много бродящих по отелю пожилых людей время от времени выглядят более озадаченными, чем обычно. Предположение, что не только он один испытывает подобные сложности с ориентированием, заставило его почувствовать себя лучше.

Несколько раз Дэнни натыкался на Келвина, медбрата с тонкими усиками, который рассказывал ему, как добраться туда, куда требовалось. Он был не то чтобы недружелюбным, скорее, очень занятым человеком, потому что задерживался ровно настолько, чтобы дать нужные указания, а потом уносился прочь.

На третий вечер каникул Дэнни, оставив бабушку и дедушку в гостиной смотреть телевизор, десять минут блуждал по неправильным коридорам, прежде чем смог найти свою комнату. Он похвалил себя: дело шло все лучше. Прошлым вечером найти дорогу заняло у него вдвое больше времени.

Надевая пижаму, он услышал, как большой ящик толкают по пристани.

Выглянув в окно, он обнаружил, что светящийся туман, прокравшийся с моря с наступлением темноты, ушел. В чистом воздухе мальчик увидел, что мужчина почти дотолкал ящик до окончания пристани. Дэнни стало очень любопытно, что будет дальше: он знал, что с пристани на променад ведут две ступеньки, и не понимал, как один человек без помощи сможет поднять по ним ящик.

Он забрался в кровать и, когда зашла бабушка, притворился спящим, чтобы она сразу же ушла. Из-за этого Дэнни чувствовал себя виноватым, но он был сыт по горло ее компанией за сегодняшний вечер, потому что бабушка без остановки квохтала над дедом, который определенно двинулся умом. Им обоим явно становилось хуже с каждым днем. Часто их общество раздражало.

Стоило бабушке уйти, Дэнни снова поднялся и выглянул в окно. Ящик лежал примерно в ярде от ступенек, а мужчины не было видно. Мальчик некоторое время подождал, но ничего не происходило, так что он разочарованно, чувствуя себя обманутым, скользнул под простыню и заснул. Позже что-то его разбудило. Звуки со стороны пристани. Разнообразные звуки! Он протрусил к окну и посмотрел.

Мужчина вернулся. Он поставил фонарь на краю верхней ступеньки и положил рядом с ящиком со стороны ступеней длинную металлическую трубу или вал четырех-пяти дюймов диаметром. И поднимал ящик домкратом.

Когда тот оказался на нужной высоте, мужчина пинком загнал конец трубы под ящик с одного края, опустил ящик и обошел его, чтобы повторить процесс с другой стороны. Когда труба полностью скрылась под ящиком, мужчина подошел сзади и начал толкать. Усилия привели к тому, что ящик немного сдвинулся по направлению к ступеням, а его край, под которым лежал валик, чуть приподнялся. Через три сильнейших толчка мужчина достал откуда-то еще одну, более толстую трубу и поместил ее перед первой. Потом снова зашел сзади и начал толкать дальше и дальше.

Вскоре передний край ящика оказался выше середины лестницы, а спустя двадцать минут, когда мужчина подложил еще валиков, после многократных усилий поднялся куда выше верхней ступени и за нее. Потом мужчина столкнулся с проблемой. Поскольку ящик располагался под углом, владельцу становилось все труднее его двигать – приходилось толкать не только вперед, но и вверх. Тогда он, казалось, сдался, уселся на верхней ступеньке и уставился сверху на ящик.

Дэнни смотрел на его съежившуюся фигуру, пока не устал. Он подумал, что мужчина мог уснуть. Мальчик уже почти собрался вернуться ко сну, когда заметил движение на пляже внизу. Прилив почти достиг верхней точки, и с узкой песчаной полоски по диагонали уходил в море мужчина. Маленький, тонкий сутулый человек в темной одежде был почти неразличим на фоне чернильной воды. Он двигался медленно и размеренно, словно вышел прогуляться по океанскому дну. Когда вода поднялась мужчине до пояса, он остановился, упал в море спиной вперед и скрылся из виду. Дэнни подумал – нет, знал точно, – что человек, кем бы он ни был, вытянулся на песке, как вчера та женщина в зеленом костюме.

Дэнни обратил внимание, что на пляже осталось несколько шезлонгов, примерно там, где он впервые заметил предположительно утонувшего мужчину. К своему изумлению в нескольких из них он заметил фигуры, которые могли быть только лежащими людьми. Мальчик вгляделся в свои часы. Была почти полночь – темно стало почти два часа назад!

«Они принимают лунные ванны», – подумал он и принужденно улыбнулся в темноте, понимая, что эти люди вовсе не выглядели смешно.

Снова посмотрев в окно, он увидел, как что-то стремительно вырвалось из моря на другой стороне пляжа и оказалось среди расставленных шезлонгов. Оно двигалось как паук – припадало к песку, не имело определенной формы, – и поначалу Дэнни подумалось, что это оторвавшиеся от корней мертвые водоросли. Сначала волны выбросили их на берег, потом высушило солнце, и теперь водоросли гнал ветер. Потом он понял, что ветра, который стоил бы упоминания, нет – уж точно не было достаточно сильного, чтобы гонять что-то солиднее бумажного обрывка.

То, что он видел, двигалось по своей воле и вскоре показало, что обладает немалой силой! Один его край слился с шезлонгом, и тот приподняло в воздух и опрокинуло, выбросив лежащего человека на песок. Тело лежало неподвижно, пока перемещающаяся тень не коснулась ближайшей к морю конечности – вытянутой руки. Тело один раз дернулось, потом плавно скользнуло к линии прибоя и дальше в волны, пока и человек, и то, что его тянуло, не скрылись в глубине.

После этого некоторое время на пляже ничего не шевелилось, хотя Дэнни напрягал глаза, стараясь уловить даже малейшее движение. Следующим его внимание привлек звук со стороны пристани – громкий стон то ли от боли, то ли от натуги, то ли и того и другого вместе. Мальчик повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как медведеобразный мужчина практически поднял ящик в воздух и затолкал его на край променада. Это, кажется, выпило остаток его сил. Волоча ноги, словно человек на последней стадии истощения, он поднял трубки, зажал их под мышкой, потом побрел к порту, пошатываясь на ходу. Дэнни наблюдал, как мужчина постепенно пропадает во тьме, потом понял, что задеревенел от неподвижной позы, и забрался обратно в кровать.

Засыпая, он гадал, чем же человек, который не спит большую часть ночей, занимается днем.

Следующий день выдался очень жарким. Настолько жарким, что бабушка с дедушкой впервые решили посидеть на пляже. Из-за бабушкиной ноги они не могли далеко идти по песку, поэтому Дэнни установил для них шезлонги у основания ведущей на променад лестницы. Некоторое время он сидел вместе с ними, глядя на заполненный пожилыми отдыхающими пляж, потом упомянул – чтобы что-то сказать, потому что старая пара не была расположена разговаривать на жаре, – что видел поздно ночью людей на песке.