Стивен Кинг – Монстр (страница 56)

- Ты уверена, что он не спит у себя в комнате?

- Говорю тебе, он где-то играл, пока я вязала. Я слышала его внизу.

- Ты что, уснула?

- А при чем тут это? Да. Дэнни?

- Когда ты сейчас спускалась вниз, ты заглянула к нему в комнату?

- Я... - Она замолчала.

Он кивнул - Так я и думал Не дожидаясь Венди, Джек начал подниматься по лестнице.

Она последовала за ним чуть ли не бегом, но он прыгал через две ступеньки. Когда он как вкопанный затормозил на площадке второго этажа, Венди чуть не врезалась ему в спину.

Он прирос к месту, глядя наверх широко открытыми глазами.

- Что?.. - начала она и проследила его взгляд.

Дэнни все ещё стоял там и сосал палец. Глаза были пустыми. Свет установленных в холле электрических светильников безжалостно демонстрировал отметины на горле.

- Дэнни! - взвизгнула она.

Крик нарушил паралич Джека и они вместе ринулись вверх по ступенькам, туда, где стоял сын. Упав перед мальчиком на колени, Венди обхватила его. Дэнни достаточно податливо подчинился, но не обнял её в ответ. Будто она держала в объятиях набитую войлоком куклу, отчего во рту сразу же появился сладковатый привкус страха. Он сосал палец, равнодушно тараща глаза на колодец лестничного пролета за их спинами, и все.

- Дэнни, что случилось? - спросил Джек. Он потянулся, чтобы потрогать шею Дэнни там, где она распухла. - Кто это с тобой еде..

- Не смей его трогать! - прошипела Венди. Она сжала Дэнни в объятиях, подхватила на руки и отступила на полпролета вниз, так, что сбитый с толку Джек успел лишь выпрямиться.

- Что? Венди, какого черта ты...

- Не смей его трогать! Я убью тебя, если ты ещё хоть раз протянешь к нему лапы!

- Венди...

- Ублюдок!

Она повернулась и сбежала вниз по лестнице на второй этаж. При этом голова Дэнни мягко покачивалась вверх-вниз.

Большой палец надежно покоился во рту. Глаза напоминали затянутые мыльной пленкой окна. У подножия ступенек Венди свернула направо, и Джек услышал, как её шаги удалились в конец коридора. Хлопнула дверь их спальни. Задвинулся засов. Защелкнулся замок. Короткая тишина. Потом тихие, невнятные причитания.

Неизвестно, как долго Джек стоял там, буквально парализованный всем, что случилось за столь короткий отрезок времени. Сон ещё не оставил его, придавая всему легкий оттенок нереальности, будто Джек хлебнул мескаля. Может, Венди права, он сделал Дэнни больно? Попробовал задушить сына по требованию покойного отца? Нет. Никогда он не тронет Дэнни.

(Она упала с лестницы, доктор)

Теперь он в жизни не тронет Дэнни.

(Откуда мне было знать, что дымовая шашка бракованная?)

Никогда в жизни Джек не был намеренно жесток... трезвый.

(Не считая случая, когда ты чуть не убил Джорджа Хэтфилда)

- Нет! - выкрикнул в темноту. И с силой обрушил кулаки на ляжки - еще, и еше, и еще.

Венди сидела на слишком туго набитом стуле у окна. Она держала Дэнни на коленях, обнимая его, бормоча те старые как мир бессмысленные слова, что потом никак не можешь вспомнить - неважно, как обернулось дело. Он безвольно опустился к ней на колени, не выразив ни радости, ни протеста, будто был бумажной куклой, повторявшей его силуэт. Когда где-то в холле Джек выкрикнул: "Нет!", Дэнни даже не взглянул на дверь.

Путаница в мыслях у Венди немного улеглась, но за ней обнаружилось кое-что похуже. Паника.

Несомненно, это дело рук Джека. Отрицания мужа ничего не значили для Венди. Ей казалось вполне вероятным, что Джек во сне пытался придушить Дэнни - так же, как разбил во сне приемник. У него какой-то нервный срыв. Но что предпринять? Невозможно до бесконечности сидеть тут взаперти.

Им нужна будет еда.

В действительности вопрос стоял только один - его-то и задавал полный холодности и прагматизма внутренний голос Венди, голос её материнства, который, будучи направлен из замкнутого круга мать-дитя вовне, к Джеку, превратился в холодный и бесстрастный. Он спрашивал:

(Насколько он опасен?)

Джек отрицал, что это его работа. Синяки и тихая неумолимая отъединенность Дэнни от окружающего привели его в ужас. Если это сделал он, ответственность лежала на некой обособленной части его "я". То, что Джек сделал это во сне ужасным, извращенным образом ободряло. Возможно, ему можно доверить вывезти их отсюда? Увезти на равнину, подальше от гор... После чего...

Но дальше благополучного прибытия их с Дэнни к доктору Эдмондсу в Сайдвиндер она не умела заглянуть. Правда, особой нужды в этом не было. Текущего кризиса было вполне достаточно, чтоб Венди не могла отвлечься.

Она причитала над Дэнни, укачивая его на груди. Касавшиеся рубашки малыша пальцы отметили, что она сырая, однако в мозг Венди поступило лишь беглое сообщение. Поступи информация в полном объеме, Венди могла бы припомнить, что, когда Джек обхватил её в конторе, всхлипывая ей в шею, руки у него были сухими. Это могло бы дать ей передышку. Но её мысли по-прежнему занимало совсем иное. Следовало принять решение - можно подходить к Джеку или нет?

На самом деле это было не бог весть какое решение. В одиночку Венди ничего не могла сделать - даже перенести Дэнни вниз, в контору, чтоб вызвать помощь по радио. Мальчик пережил сильнейший шок. Его следует побыстрее увезти отсюда, пока не причинен непоправимый вред. Она отказывалась поверить, что непоправимое уже могло случиться.

Все же Венди мучилась над этим вопросом, судорожно выискивая альтернативы. Ей не хотелось, чтобы Дэнни опять попал в пределы досягаемости Джека. Теперь Венди сознавала, что уже приняла одно неверное решение, не послушавшись ни своих ощущений, ни ощущений Дэнни. Она позволила снегу запереть их тут... ради Джека. Следующее неудачное решение она приняла, когда отложила развод. Мысль, что она может опять ошибиться, да так, что всю оставшуюся жизнь будет ежедневно, ежеминутно жалеть об этом, почти парализовала её.

Ничего огнестрельного тут не было. В кухне с магнитных планок свисали ножи, но между ними и Венди стоял Джек.

В попытках принять верное решение, найти альтернативу, ей не пришло в голову, как горько ироничны эти мысли: час назад она заснула с твердым убеждением, что все нормально и скоро станет ещё лучше. Теперь же она рассматривала возможность использовать мясницкий нож против собственного мужа, если тот попытается вмешаться в их с сыном дела.

Наконец, с Дэнни на руках, она встала. Ноги дрожали. Выход был один. Придется смириться с тем, что Джек бодрствующий - это нормальный Джек, который поможет увезти Дэнни в Сайдвиндер, к доктору Эдмондсу. А если Джек попытается не только помочь, Господи, помоги ему.

Венди подошла к двери и отперла её. Подвинув Дэнни повыше на плечо, она открыла дверь и вышла в коридор.

- Джек? - нервно позвала она, но ответа не получила.

С растущим трепетом она прошла к лестничной клетке, но Джека там не оказалось. Пока она стояла на площадке соображая, что же делать дальше, снизу донеслось громкое, сердитое, горькое пение:

"Опрокинь меня в кле-е-евер,

и давай-ка ещё разок!"

Звук его голоса напугал Венди ещё сильнее, чем молчание, но все равно, других вариантов не было. Она начала спускаться по лестнице.

28. ЭТО БЫЛА ОНА!

Джек стоял на лестнице, прислушиваясь к приглушенным причитаниям и уговорам, которые неслись из-за запертой двери, и замешательство постепенно сменилось гневом. Так ничего и не изменилось. Для Венди, во всяком случае. Можно двадцать лет не брать в рот спиртного и все равно видеть (ощущать) легкое движение ноздрей жены, когда та пытается различить отправляющийся в дальние страны на поезде Джекова дыхания джин или виски. Венди всегда была склонна признавать самое худшее: попади они с Дэнни в аварию из-за упившегося слепого, которого перед самым столкновением хватил удар, она отвернулась бы, негласно обвинив Джека в полученных Дэнни увечьях.

Лицо жены, уволакивающей от него Дэнни - вот что появилось у Джека перед глазами, и ему вдруг захотелось стереть написанный на этом лице гнев кулаками.

Она, черт побери, не имеет никакого права!

Да, возможно, сперва так оно и было. Он пил, он вел себя ужасающе. Сломать руку Дэнни - страшное дело! Но, раз человек меняется к лучшему, не заслуживает ли он, чтобы рано или поздно ему предоставили кредит под его исправление? А если кредита нет, не следует ли этому человеку оправдать недоверие? Если отец будет постоянно обвинять дочку-девственницу в том, что та трахается со всеми мальчишками-старшеклассниками без разбора, разве она в итоге не утомится от этих нагоняев настолько, что начнет получать их не зря? А если жена тайком - да не так уж и тайком - продолжает верить, что её муж-трезвенник пьет...

Джек поднялся, медленно сошел вниз, на площадку второго этажа, и минутку постоял там. Из заднего кармана он вытащил платок, обтер губы и задумался: может быть, пойти, как следует постучать в спальню, требуя, чтоб его впустили посмотреть на сына? Она не имеет никакого права быть такой высокомерной, черт её возьми.

Ладно, рано или поздно ей придется выйти оттуда - если только она не выдумала для обоих какую-нибудь диету, снимающую все проблемы. От этой мысли губы Джека тронула довольно неприятная усмешка. Ну, пусть придет. Придет - в свое время.

Он спустился на первый этаж, в вестибюле бесцельно постоял возле администраторской стойки и свернул направо. Он зашел в столовую и остановился на пороге. Прямо в глаза Джеку заблестели пустые столы под белыми льняными скатертями, которые были аккуратно выстираны, выглажены и закрыты чистой прозрачной клеенкой. Сейчас комната была пустынна, однако