Стивен Кинг – Книга ужасов (страница 80)

Вернувшись в гостиницу, Джеффри застал Томсу и Гарри за кухонным столом. Они заканчивали обед, состоявший из сэндвичей и яблок.

– О, привет! – улыбнулась Томса и похлопала по стоящему рядом стулу. – Обедали в «Тиннерсе»?

– Ездил в Пензанс, – Джеффри сел и положил на стол карту. – Сейчас снова уеду, может, поужинаю в пабе.

– Он хочет посмотреть на фугу, – сказала Томса. – Уже ходил, но так и не смог его найти. Ведь он там, у Зеннорского холма?

– Мне рассказывал о нем один друг… Они с моей женой видели его, когда были детьми, – помолчав, проговорил Джеффри.

– Да, – подтвердил Гарри. – Там еще жил детский писатель. Какие-то развалины там точно есть.

Джеффри постарался, чтобы его голос звучал спокойно:

– Писатель?

– По-моему, да, – сказала Томса. – Мы его не знали. Один из наших постояльцев как-то зашел к нему, но не застал. Это было много лет назад. Старая ферма «Головенна».

Джеффри ткнул пальцем в хаотичное переплетение линий на карте, которые напоминали трещины на старой глиняной посуде:

– Что это вообще такое?

Гарри придвинул стул поближе и грязным пальцем обвел контуры Карду:

– Система полей с каменными стенами.

– Шутите? – рассмеялся Джеффри. – Наверное, кто-то умом тронулся, когда рисовал все это.

– Ну, сейчас есть GPS и спутниковые снимки, – сказала Томса. – Жаль, что у меня не было этой карты утром, когда вы решили прогуляться.

Гарри поднял карту, чтобы солнечный свет падал на участок, прилегающий к Карду:

– Это где-то здесь.

Они оба склонились над картой. Джеффри отметил маркером круговые захоронения и каменные пирамиды, стоячие камни и могильные курганы. Все это находилось совсем близко от Карду. Гарри продолжал качать головой.

– По-моему, вот он, – наконец заявил он и посмотрел на сестру. Грязным ногтем он очертил на карте квадрат размером в полтора сантиметра, рядом с которым готическими буквами было напечатано:

– По-видимому, это он и есть, – сказала Томса. – Но он далеко от дороги. Не знаю точно, где стоит дом, но женщина, которая хотела его посмотреть, сказала, что ей пришлось битый час бродить по пустошам.

Джеффри провел пальцем по линии, обозначавшей дорогу:

– Я могу доехать сюда. Если найду, где оставить машину, проберусь на пустошь вот здесь. Если только эвакуатор машину не увезет.

– Никто ее не заберет, – заверила Томса. – Эти земли относятся к ферме «Головенна», а там никого нет. Писатель ведь никогда не занимался сельским хозяйством, все превратилось в пустошь. Но даже если с вашей машиной что-нибудь и случится, вы будете всего в миле от Зеннора. По средам там собираются местные музыканты и дают концерт.

Джеффри сложил карту. Томса протянула ему яблоко, а Гарри вышел из кухни.

– Не провалитесь в болото, – предупредила она. – Топи покрыты травой, шагнете не туда, увязнете, и вас затянет. Это как зыбучие пески. Десять лет назад там обнаружили останки девушки. А еще лошадей и овец.

Джеффри нахмурился, и Томса рассмеялась:

– Все будет нормально. Просто держитесь тропинок.

Он поблагодарил ее, поднялся наверх, чтобы сменить пальто на ветровку, и снова сел в машину. Тучи развеялись, на лазорево-синем небе ярко светило солнце. Он чувствовал, как в нем поднимается то же приятное возбуждение, что и утром. Морской бриз качал тонкие стебельки нарциссов, над головой кричали чайки. Он съехал в Карду с открытым окном, и машина наполнилась медовым запахом утесника.

Дорога в Зеннор вилась между изгородями, покрытыми зеленой дымкой молодой листвы, и изумрудными полями, на которых паслись стада черно-белых коров. Одинокий трактор вдали медленно полз вдоль борозды. Джеффри понял, что тот двигается, только потому, что за ним следовала стая ворон. Движение птиц, которые то ныряли вниз, то взлетали вверх, напоминало тонкие черные стежки на голубом покрывале неба.

Дважды Джеффри останавливался, чтобы свериться с картой. Телефон здесь не работал, и он даже не мог посмотреть, который час, не то что направление. Часы в машине показывали 14:21. Он не заметил других дорог, только эту, с глубокими колеями, засыпанными где досками, где металлоломом, а где и просто ветками. Он попытался сосчитать стены, чтобы определить, какие поля принадлежат ферме «Головенна», остановился в третий раз и смирился с тем, что карта ему не поможет. Проехав еще сотню метров, он наткнулся на засыпанную гравием площадку между двумя полуразрушенными каменными стенами с ржавыми воротами. За ними тянулось запущенное поле, разделенное на две части гравийной дорожкой.

Джеффри находился в полутора километрах от Зеннора. Сложив карту, он сунул ее в карман, запихнул туда же яблоко и вышел из машины.

Темная громада вдали, видимо, и была Зеннорским холмом. Ферма «Головенна» находилась где-то между ним и местом, где стоял Джеффри. Он внимательно огляделся по сторонам, пытаясь запомнить все, что видит: извилистую дорогу, едва заметную из-за изгородей и каменных стен, скалистую гряду, уходящую в море и упирающуюся на юго-западе в вершину Гуннара, а на северо-востоке – в Зеннорский холм. На горизонте тоже что-то чернело. Это могли быть и скалы, и развалины, и даже здания. Заперев машину и убедившись, что не забыл телефон, Джеффри перелез через ворота и пошел вперед.

Солнце основательно припекало; он пожалел, что не взял ни шапки, ни солнечных очков. Первое поле он преодолел за несколько минут и испытал облегчение, когда заметил в следующей стене проход с двумя огромными камнями по краям. Дорожка стала уже, но все равно хорошо просматривалась среди торфяных кочек, поросших садовой ромашкой и стрелками молодого папоротника.

Почва под ногами была по-весеннему мягкой. Джеффри вспомнил предостережения Томсы о болоте и поискал вокруг палку. Но никаких деревьев поблизости не было, только заросли терновника по краям поля.

Он нашел проход и в следующей стене; тот, как и предыдущий, был окружен высокими, в человеческий рост, камнями. На следующем поле он с трудом развернул на ветру карту и попытался разобраться в хаосе линий и понять, где находится. Отчаявшись, он засунул карту обратно в карман, встал спиной к ветру и приложил ладонь козырьком к глазам.

Из-за солнца рассмотреть что-то было трудно, но ему показалось, что впереди, через три или четыре поля, он заметил какую-то выпуклость, черное пятно на желто-зеленом фоне. Это могли быть развалины, ферма, или хозяйственные постройки. Топча сухую траву и папоротник, Джеффри перебрался через стену в том месте, где из нее выпало несколько камней, и поспешил к следующей. Здесь он увидел остатки ворот: переплетение ржавых прутьев и металлические столбы, торчащие из гранитных оснований. Джеффри сел на корточки у стены, чтобы перевести дух. Через несколько минут он встал и прошел в ворота, слегка коснувшись камня рукой. Несмотря на жаркое солнце, он почувствовал ладонью что-то очень холодное, больше похожее на металл. Он обернулся посмотреть, не дотронулся ли ненароком до ржавых прутьев, но увидел лишь поросший мхом булыжник.

Поля, по которым он шел, выглядели заброшенными; очевидно, их перестали обрабатывать еще несколько десятилетий назад. Но то, что простиралось впереди, было настоящей торфяной пустошью. Повсюду виднелись заросли утесника – желтые всполохи среди бледно-зеленых ростков папоротника и пучков фиалок. Джеффри продвигался очень осторожно. Свежая поросль плотно укрывала землю, но почва под подушкой прелой прошлогодней травы, остро пахнущей октябрем, была твердой. Он так старательно выверял каждый шаг, глядя под ноги, что едва не врезался в вертикально стоящий камень.

Сделав резкий вдох, он отступил назад. На долю секунды ему показалось, что это человек, но перед ним был всего лишь камень в два человеческих роста высотой, наклоненный в сторону моря под углом сорок пять градусов. Джеффри обошел его, провел ладонью по нагретой солнцем и заросшей лишайником гранитной поверхности, раскидал ногой сухие стебли папоротника и плети плюща у основания, нагнулся и, пробравшись рукой сквозь траву, коснулся сырой земли.

Потом встал и, отступив назад, принялся разглядывать ничем не примечательный и в то же время пугающий древний памятник. Он не припоминал, чтобы на карте между Карду и Зеннором был обозначен стоячий камень. Сверившись с картой, он убедился, что его там и нет.

Недалеко впереди посреди пустоши находилось кое-что еще – дом. Джеффри подходил к нему очень медленно, чтобы у того, кто там жил, было время выйти навстречу.

Но никто не появился. Через пять минут Джеффри уже стоял на изрезанной колеями площадке перед длинным одноэтажным строением из серого камня, похожим на те, что он встречал по дороге – с шиферной крышей, небольшими глубокими окнами и засохшим деревом у крыльца, поскрипывающим на ветру. Под нижним карнизом висела покосившаяся от времени табличка с надписью: ФЕРМА “ГОЛОВЕННА”.

Джеффри огляделся. Машин поблизости не было, только поваленный набок мусорный бак. Он постучался, подождал, снова постучал в дверь и крикнул: «Здравствуйте!» Никто не ответил. Тогда он нажал на ручку, но дверь оказалась запертой.

Он подошел к окну, чтобы заглянуть внутрь. Там было пусто и темно, ни занавесок, ни мебели, ни других признаков того, что здесь кто-то живет. Дом пустовал уже много лет. Он обошел здание кругом, заглядывая во все окна и пробуя их открыть, но безуспешно. Завершив круг, он подошел к мусорному баку и заглянул в него. Тот тоже оказался пустым.