Стивен Кинг – Чужак (страница 83)

Из нагрудного кармана Юна донеслись первые такты «Baila Esta Cumbia» Селены. Юн вздрогнул.

Клод улыбнулся:

– Да, в нашей глуши есть мобильная связь. Прогресс.

Юн достал телефон из кармана, взглянул на экран и сказал:

– Полиция округа Монтгомери. Надо ответить. Прошу прощения.

Он встал и вышел на крыльцо со словами:

– Лейтенант Сабло слушает.

Холли извинилась и последовала за ним.

Хоуи сказал:

– Может быть, это насчет…

Ральф покачал головой, сам не зная почему.

– А где этот округ Монтгомери? – спросил Клод.

– В Аризоне, – ответил Ральф, опередив Хоуи и Алека. – Еще одно дело. Никак не связанное с нашим.

– А что делать нам? – спросила Люба. – Вы уже знаете, как поймать этого красавца? У меня никого нет, кроме сына.

Холли вернулась в гостиную. Подошла к Любе, наклонилась и что-то шепнула ей на ухо. Клод тоже склонился послушать, но Люба махнула рукой.

– Сходи на кухню, сынок, принеси шоколадное печенье. Если оно не расплавилось на жаре.

Клод, очевидно, привыкший слушаться маму, без возражений пошел на кухню. Холли продолжала шептать Любе на ухо. Люба слушала, широко раскрыв глаза. Потом молча кивнула. Клод вернулся в гостиную одновременно с Юном, который убрал телефон в карман и сказал:

– Это звонил… – Он умолк на полуслове. Холли слегка повернулась, чтобы встать спиной к Клоду, поднесла палец к губам и покачала головой. – Звонил местный шеф, – на ходу перестроился Юн. – Они арестовали какого-то парня, но это не тот, кто нам нужен.

Клод поставил на стол целлофановый пакет с печеньем (которое выглядело безнадежно подтаявшим) и с подозрением огляделся:

– Вы собирались сказать что-то другое. Что здесь происходит?

Ральф подумал, что это хороший вопрос. По дороге у дома проехал пикап, яркий солнечный блик, отразившийся от ящика в кузове, заставил Ральфа поморщиться.

– Сынок, – сказала Люба. – Сделай мне одолжение, съезди в Типпит и возьми нам куриных обедов в «Придорожном раю». У них неплохо готовят. Накормим наших гостей, и они поедут устраиваться на ночлег. «Индейский мотель» – конечно, не лучшее место, но все-таки крыша над головой.

– До Типпита сорок миль! – возразил Клод. – Если брать семь обедов, это выйдет недешево, и все остынет, пока я доеду!

– Мы их разогреем в духовке, – спокойно ответила Люба, – и будут как новенькие. Давай, сынок, не упрямься.

Ральфу понравилось, как Клод упер руки в бедра и посмотрел на нее с наигранным негодованием:

– Ты просто пытаешься меня сплавить! У вас тут какие-то тайны.

– Все верно, – сказала она, затушив сигарету в жестяной пепельнице, полной окурков. – Потому что если мисс Холли права, то он знает все, что знаешь ты. Может быть, это не важно и шила в мешке не утаишь, а может, и утаишь. Поэтому лучше перестраховаться. Так что послушай маму, как хороший, примерный сын, и привези нам куриных обедов из Типпита.

Хоуи достал из кармана бумажник:

– Позвольте, я заплачу, Клод.

– Я сам заплачу, – проворчал Клод, насупившись. – У меня есть деньги.

Хоуи улыбнулся своей фирменной адвокатской улыбкой:

– Простите, но я настаиваю!

Клод взял деньги и убрал их в кошелек на поясе. Потом обвел взглядом гостей, старательно хмуря брови, но все же не выдержал и рассмеялся.

– Мама всегда добивается своего, – сказал он. – Как вы, наверное, уже догадались.

Объездная дорога Болтонов, Рурал-Стар-рут, выходила на шоссе, но прежде от нее ответвлялась вправо грунтовая дорога, четырехполосная, однако явно нуждавшаяся в капитальном ремонте. На развилке стоял рекламный щит, тоже обветшавший. На нем было изображено счастливое семейство, спускавшееся в темноту по винтовой лестнице. Они держали в руках газовые фонари, освещавшие благоговейные лица, запрокинутые к сталактитам, что свисали с высокого потолка пещеры. Под картинкой шла надпись: «ПОСЕТИТЕ МЭРИСВИЛЛСКИЙ ПРОВАЛ, ОДНО ИЗ ВЕЛИЧАЙШИХ ЧУДЕС ПРИРОДЫ». Клод знал, что там написано, еще с тех времен, когда был беспокойным подростком, мечтавшим сбежать из Мэрисвилла, но сейчас от всей фразы осталось лишь «ПОСЕТИТЕ МЭРИС» и «УДЕС ПРИРОДЫ». Все остальное было заклеено широкой полосой с надписью (тоже поблекшей): «ЗАКРЫТО НА НЕОПРЕДЕЛЕННЫЙ СРОК».

Когда Клод проезжал мимо развилки (местные мальчишки, фыркая, называли дорогу к Мэрисвиллскому провалу «дорогой в дырку»), у него слегка закружилась голова. Но он включил кондиционер посильнее, и головокружение сразу прошло. Хотя Клод возмущался, что его пытаются сплавить, на самом деле он был даже рад хоть ненадолго уехать из дома. Неприятное ощущение, что за ним наблюдают, прошло. Он включил радио, нашел кантри, попал прямо на Уэйлона Дженнингса (отлично!) и принялся подпевать.

Быть может, куриные обеды из «Придорожного рая» – это не такая уж плохая идея. Клод решил, что возьмет себе большую порцию луковых колечек и съест их на обратном пути, пока они еще сочные и горячие.

Джек ждал у себя в номере, выглядывая сквозь щелочку в задернутых шторах, и наконец фургон с номерным знаком для инвалидов выехал на шоссе. Очевидно, это была старая клюшка. А в синем джипе, который последовал за инвалидным фургоном, несомненно, сидела веселая компания из Флинт-Сити.

Когда они скрылись из виду, Джек пошел в кафе, плотно подкрепился и изучил ассортимент «сопутствующих товаров». Никакой мази с алоэ тут не было и в помине, как и солнцезащитного крема, но Джек купил две бутылки воды и пару возмутительно дорогих бандан. Не самая надежная защита от лютого техасского солнца, но все-таки лучше, чем ничего. Он сел в машину и поехал на юго-запад, туда же, куда укатила компания любителей лезть не в свое дело. Добравшись до развилки, где стоял старый рекламный щит, он свернул к Мэрисвиллскому провалу.

Примерно через четыре мили он подъехал к покосившейся дощатой кабинке, стоявшей прямо посреди дороги. Наверное, раньше эта кабинка служила билетной кассой. Когда-то она была ярко-красной, но теперь краска выцвела и стала розовой, словно кровь, расплывшаяся в воде. На закрытом окошке висела табличка: «АТТРАКЦИОН НЕ РАБОТАЕТ. РАЗВЕРНИТЕСЬ». Дорога была перекрыта цепью. Джек объехал ее по обочине, сминая колесами перекати-поле и лавируя между кустами полыни, и снова вырулил на дорогу… если ее можно было назвать дорогой. По ту сторону цепи полоса плотного грунта представляла собой сплошные ухабы, и выбоины, густо заросшие сорной травой, и глубокие ямы, которые никто не пытался заделывать. Впрочем, его «додж-рэм» – с высоким дорожным просветом и полным приводом – легко преодолевал все препятствия. Камни и куски сухой грязи так и летели из-под колес.

Две медленные мили, и десять минут спустя он подъехал к пустой стоянке площадью около акра. Когда-то желтые линии разметки выцвели, асфальт потрескался и раскрошился. Слева, у подножия довольно крутого холма, поросшего кустарником, стоял заброшенный магазинчик. Упавшая вывеска валялась вверх ногами: «СУВЕНИРЫ И ПОДЛИННЫЕ ИЗДЕЛИЯ ИНДЕЙСКИХ РЕМЕСЕЛ». Прямо по курсу виднелись остатки широкой бетонной дорожки, ведущей к входу в пещеру на склоне холма. Вход был наглухо заколочен досками и увешан табличками: «НЕ ВХОДИТЬ», «ВХОД ЗАПРЕЩЕН», «ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ» и «ТЕРРИТОРИЯ ПАТРУЛИРУЕТСЯ ОКРУЖНЫМ ШЕРИФОМ».

Еще как патрулируется, подумал Джек. Наверняка заезжают сюда на минутку каждое двадцать девятое февраля.

Еще одна раскрошившаяся бетонная дорожка огибала сувенирную лавку, поднималась на холм и спускалась с другой стороны. Сначала она привела Джека к группе заброшенных туристических домиков (тоже закрытых и заколоченных досками), потом – к зданию типа склада или гаража, где, наверное, прежде хранилось различное оборудование или стояли служебные автомобили. Здесь тоже висели таблички «НЕ ВХОДИТЬ», но теперь к ним прибавились ярко-красные предупреждения: «ОПАСАЙТЕСЬ ГРЕМУЧИХ ЗМЕЙ».

Джек поставил пикап в чахлой тени склада. Прежде чем выбраться из машины, повязал голову банданой (что придало ему странное сходство с человеком, которого Ральф видел в толпе у здания суда, когда был убит Терри Мейтленд). Вторую бандану он обвязал вокруг шеи, чтобы не усугублять чертов ожог. Джек открыл ящик в багажнике и благоговейно достал оттуда оружейный футляр, в котором лежало его сокровище, его радость и гордость: винчестер под патрон «магнум» калибра.300, точно такая же, как у Криса Кайла (Джек смотрел «Снайпера» восемь раз). С оптическим прицелом «Leupold VX‑1» он попадал в мишень с расстояния в две тысячи ярдов. Ну, если по правде, четыре раза из шести в удачный день без ветра, но здесь стрелять придется с более близкого расстояния. Если придется.

Он заметил в сорняках несколько брошенных инструментов и подобрал ржавые вилы. Пригодятся от гремучих змей. За складским зданием начиналась тропинка, ведущая к вершине холма с противоположной от входа в провал стороны. Здесь было мало растительности – сплошные камни, словно это не холм, а какой-то утес. Вдоль тропинки валялись пустые банки из-под пива, на некоторых валунах красовались надписи вроде «СПЭНКИ 11» и «ЗДЕСЬ БЫЛ ДОДИК».

Где-то на середине подъема дорожка раздваивалась. Вторая тропинка изгибалась и, очевидно, вела обратно к парковке и закрытой сувенирной лавке. Здесь стоял изрядно побитый погодой, изрешеченный пулями деревянный щит с изображением индейского вождя в головном уборе из перьев. Под ним была нарисована стрелка. Надпись у стрелки выцвела почти полностью: «ЛУЧШИЕ ПИКТОГРАММЫ – ТУДА». Не так давно кто-то пририсовал вождю пузырь, как в комиксах, и написал внутри маркером: «КЭРОЛИН АЛЛЕН СОСЕТ МОЙ КРАСНОКОЖИЙ ЕЛДАК».