Стивен Эриксон – Врата Мертвого Дома (страница 14)
– А кто был его предшественником? – поинтересовался Бальт.
– Картерон Краст, который однажды ночью утонул в Арэнской гавани.
Кальп фыркнул:
– Да Картерон мог пьяным проплыть сквозь шторм! А потом просто взял и утонул точь-в-точь как его брат Урко. Тел так и не нашли, разумеется.
– То есть? – снова спросил Бальт.
Кальп ухмыльнулся, но промолчал.
– Братья Краст были людьми императора, – объяснил Дукер. – Судя по всему, они разделили судьбу большинства спутников Келланведа, в том числе Тока-старшего и Амерона. Их тела ведь тоже не нашли. – Он пожал плечами. – Теперь это старая история. Запрещенная история, между прочим.
– Ты подразумеваешь, что их убили по приказу Ласин, – заявил Бальт и оскалил кривые зубы. – Но представь себе ситуацию, когда самые опытные командиры императрицы просто… исчезают. Она остается одна, остро нуждается в способных людях. Ты забываешь, историк, что, прежде чем стать императрицей, Ласин была хорошо знакома с Крастом, Урко, Амероном, Дассемом и остальными. Такие раны не заживают.
– Неужели Ласин воображала, что, если убьет двух старых приятелей – Келланведа и Танцора, – это ничуть не повлияет на ее отношения с боевыми командирами? – горько спросил Дукер и покачал головой.
«А ведь эти люди были и моими друзьями тоже».
– Некоторые ошибки исправить невозможно, – проговорил Бальт. – Император и Танцор, безусловно, были талантливыми полководцами, но вот насколько они оказались бы способными правителями?
– Что толку теперь гадать? – не выдержал Дукер. – Этого мы уже все равно никогда не узнаем!
Виканец издал странный звук: не то вздохнул, не то фыркнул.
– Согласен. Но если и существовал близкий к трону человек, который мог предвидеть, что произойдет, то это была Ласин.
Колтейн снова сплюнул на пол:
– Больше мне нечего об этом сказать, историк. Запиши слова, которые прозвучали здесь, если они не покажутся тебе слишком горькими. – Он покосился на Сормо И’ната и нахмурился.
– Даже если эти слова застрянут у меня в горле, то я все равно их запишу, – ответил Дукер. – Грош цена историку, который поступит иначе.
– Хорошо. – Кулак по-прежнему не сводил взгляда с Сормо И’ната. – Скажи мне, историк, а почему Маллик Рэл обладает такой властью над Пормквалем?
– Я бы и сам хотел это знать.
– Ну так выясни.
– Вы просите меня стать шпионом?
Колтейн обернулся к нему со слабой улыбкой на устах:
– А чем ты занимался в шатре торговца, Дукер?
Историк поморщился:
– Мне придется отправиться в Арэн. Не думаю, что Маллик Рэл снова допустит меня на заседания Совета после того, как я сегодня стал свидетелем его унижения здесь. Собственно, я уверен, что он теперь считает меня врагом, а его враги имеют досадное обыкновение бесследно исчезать.
– Ну, уж я-то точно не исчезну, – заявил Колтейн. Он шагнул вперед, вытянул руку и схватил историка за плечо. – В таком случае мы оставим без внимания Малика Рэла. А ты поступишь под мое командование.
– Как прикажете, господин кулак. – Дукер поклонился.
– Совещание окончено. – Колтейн развернулся к колдуну. – Сормо, ты расскажешь мне о том, что видел нынче утром… но позже.
Колдун поклонился.
Дукер забрал свой балахон и вышел из комнаты, по пятам за ним следовал Кальп. Как только двери за ними закрылись, историк потянул чародея за рукав:
– На пару слов. Без свидетелей.
– Я тоже хотел с вами поговорить, – ответил Кальп.
Они прошли дальше по коридору и отыскали пустую комнату, забитую старой мебелью. Кальп запер за собой дверь, а затем обернулся и в отчаянии посмотрел на Дукера:
– Ну и тип! Да наш новый наместник вообще не человек! Он зверь и ведет себя по-звериному. А Бальт – Бальт распознает рычание и оскалы своего господина и облекает их в слова. В жизни не встречал такого разговорчивого виканца, как этот покореженный жизнью старик.
– Совершенно очевидно, – сухо заметил Дукер, – что Колтейну многое нужно было нам сказать.
– Зря они разозлили жреца Маэля. Подозреваю, что прямо сейчас он уже готовит свою месть.
– Возможно. Но меня потрясло то, как Бальт защищал императрицу.
– Вы согласны с его аргументами?
Дукер вздохнул:
– Насчет того, что она сожалеет о своих действиях и теперь ощутила – во всей полноте – одиночество власти? Не исключено, что так оно и есть. Сие весьма любопытно, однако уже давным-давно не важно.
– Думаете, Ласин откровенничала с этими виканцами?
– Колтейна вызывали на аудиенцию к императрице, и, я полагаю, Бальт повсюду таскается за своим господином как приклеенный, но что произошло между ними в ее личных покоях – неизвестно. – Историк пожал плечами. – К поведению Малика Рэла они были готовы, это ясно. Скажите, Кальп, а что вы думаете про юного колдуна?
– Юного? – Кадровый маг нахмурился. – Да у этого мальчика аура древнего старика. Я почуял исходящий от него запах кобыльей крови, а этим ритуалом колдуны отмечают так называемую пору железа – последние годы жизни, высшее цветение своей силы. Обратили внимание, как он себя вел? Пустил стрелу в жреца, а потом спокойно стоял и смотрел, что из этого выйдет.
– Но вы же утверждали, будто не верите в переселение душ!
– Не хочу, чтобы Сормо И’нат догадался о моих подозрениях, так что я и впредь стану обращаться с ним как с мальчишкой-самозванцем. Если повезет, колдун вообще обо мне забудет.
Дукер помедлил. Вдохнул затхлый, пыльный воздух.
– Кальп, – наконец заговорил он, – у меня к вам будет одна просьба.
– Да, историк, слушаю вас.
– Это никак не связано с Колтейном, Малликом Рэлом или Сормо И’натом. Мне нужна ваша помощь.
– В чем именно?
– Я хочу освободить одного заключенного.
Брови кадрового мага приподнялись.
– Из хиссарской темницы? Откровенно говоря, я не хочу ссориться со стражей Хиссара…
– Нет, не из городской темницы. Это узник Малазанской империи.
– И где же его держат?
– Его продали в рабство, Кальп. Он сейчас в отатараловых копях.
Кадровый чародей ошеломленно уставился на собеседника:
– Худов дух, Дукер, и вы просите помощи у
– Будете ждать нас в лодке у берегов острова, – перебил Дукер. – На рудники вам соваться не придется. Это я обещаю, Кальп.
– Забрать узника, а потом что? Грести как демону, чтобы уйти от досийской галеры, которая сядет нам на хвост?
Дукер ухмыльнулся и кивнул:
– Что-то вроде того.
Кальп покосился на запертую дверь, а потом оглядел свалку в комнате так, словно прежде ее не замечал:
– Что это за помещение?
– Кабинет бывшего кулака Торлом, – ответил Дукер. – Здесь ее и прикончили однажды ночью убийцы – приверженцы Дриджны.