Стивен Эриксон – Полночный прилив (страница 186)
Женщина, нахмурившись, скрестила руки на груди, потом посмотрела в небо.
– Это еще что за магия?
– Не знаю, что-то новое.
– Или старое.
– Что-нибудь чувствуешь, Пернатая Ведьма?
Та лишь покачала головой.
– Это фокусы Ханнана Мосага, – продолжил раб, не дождавшись ответа. – Ты видела к’риснан? Те, что пришли с армией Фира, – сплошь уродцы. Магия изломала их тела, но они опять собираются пустить ее в ход.
– Урут и остальные женщины всегда придерживались Куральд Эмурланна, – возразила Пернатая Ведьма. – Они словно меряются, чья воля сильнее. Не думаю, что…
– Погоди, – перебил ее Удинаас, прищурив глаза. – Кажется, начинается.
Стоящий рядом Алрада Ан процедил сквозь зубы:
– Стоим и пялимся. Вот какая сегодня роль у воинов эдур.
– Возможно, нам предстоит не только ждать, – ответил Трулл.
Черная пыль поднималась в небо плотными вихревыми столбами, постепенно смещаясь к нейтральной полосе. Перед Труллом стояли два к’риснан, один – калека, уцелевший в битве за Высокий форт, второй был прислан от армии Рулада. Напоминающий пыль поток зернистых частиц поднимался в воздух от двух чародеев, чьи лица корчились в безмолвной му́ке.
Внимание Трулла отвлек треск на другом конце поля. Летерийские маги выстраивали перед собой искрящиеся волны ослепительного белого огня, между которыми пробегали арочные молнии.
На крайнем правом фланге Рулад двинул свои войска вперед, создавая ударный клин. Рядом находился Ханнан Мосаг со своими ротами, а по краю старого русла продвигались на юг тысячи дшеков и не меньше дюжины кенрилл’а – каждый с оравой обслуги. Их маневр не остался незамеченным, и Дикая Багровая бригада начала перестраиваться, чтобы встретить угрозу с фланга.
Предстоящая битва не сулила никаких стратегических и тактических тонкостей. Летерийцы выжидали, прижавшись к крутым склонам холмов. Тисте эдур с союзниками шли прямо на них. Такова была незамысловатая механика боя, одновременно и намеренная, и неизбежная.
Но магия говорила иным языком.
Вихревые столпы пыли с пронзительным свистом ввинтились в небо. Ветер выл с такой силой, что и летерийцы, и эдур втянули головы в плечи.
Белый огонь летерийцев хлынул вперед, вздыбившись двумя валами взнузданного кошмара.
Труллу стало трудно дышать. Он заметил летящую над нейтральной полосой незадачливую ворону. Совершившая роковую ошибку птица, трепыхаясь, упала на землю, став первой жертвой дня. Нехорошее предзнаменование, подумал Трулл. Счет павших пойдет на тысячи. Он представил себе, как с неба, кувыркаясь, падают вниз десятки тысяч черных птиц.
Столпы накренились, дрогнули и поползли вперед.
И начали опрокидываться.
Сильный порыв ветра ударил в спину Трулла и других воинов – к счастью, живительного и влажного, в то же время колонны сухой пыли продолжали катиться вперед. Шум ветра почти заглушил прозвучавшие тут и там команды «к оружию».
Пыльные вихри начали медленно оседать.
С позиций Королевского батальона преда Уннутал Хебаз наблюдала, как дневной свет меркнет в облаке пыли. Она видела, как ее солдаты обоих полов разевали рты, но их крики заглушал рев бури.
А потом плюющийся, шипящий огонь хлынул навстречу оседающим колоннам пыли.
Последовала серия быстрых толчков, от которых затряслась под ногами земля, а в склонах холмов открылись рваные расщелины. Со стороны крепости Бранс послышался глухой стон. Уннутал резко обернулась и в тот же момент была сбита с ног. Она успела заметить, не веря своим глазам, как пруд за крепостью поднялся в воздух сплошной массой мутной воды. Лицевая сторона крепости прогнулась вовнутрь, и башни скрылись в клубящемся облаке.
Восточная башня покачнулась, швырнув на землю баллисту вместе с большей частью боевого расчета. Маг Джиррид Аттаракт тоже полетел вниз.
Западная башня будто отклонилась назад, обнажив огромные камни фундамента, – и рухнула, погребя под градом обломков мага Нассона Метхуда.
Уннутал Хебаз закинула голову и посмотрела в небо.
Белый огонь рассыпался и погас. Пыльные колонны пробили защиту, расшвыряв в стороны оборонительные заклинания летерийцев.
Одна из колонн врезалась в центр Купеческого батальона, клубы пыли раскатились по флангам и поползли по склону холма.
Сперва преда ничего не могла разобрать. Потом…
Летерийцев раскидало; их плоть чернела, на глазах превращаясь в гниль. Как они кричали…
Тень над головой Уннутал сгустилась. Преда посмотрела вверх и закрыла глаза.
Бешено крутясь, огромный кусок летерийской магии отделился от опадающего столба пыли и рухнул вниз, прорезав кровоточащую просеку в центре отряда мерудов за тысячу шагов слева от Трулла.
Воины мгновенно погибли, обратившись в кровавую взвесь.
Белый огонь, став розовым, покатился в сторону к’риснан. Юный чародей успел только вскинуть руки, прежде чем его поглотила магия.
Когда летерийский огонь угас, от к’риснан не осталось и следа, как и от оказавшихся поблизости эдур. Земля в этом месте почернела и растрескалась.
С другой стороны поля битвы поднимались все новые колонны из вертящихся в воздухе тел. На самом верху масса корчащейся плоти приобретала грязный оттенок, который сменялся белизной костей и блеском отполированного металла. Колонны продолжали расти, втягивая в себя все новых солдат. Жадная кривая глотка высасывала из укреплений роту за ротой.
Алрада Ан потянул Трулла за руку.
Трулл резко оттолкнул его.
– Это не Рулад, это работа колдуна-короля!
Мир вокруг них превращался в кошмар. Там и сям с грохотом падали шары кипящей летерийской магии, пробивая бреши в рядах тисте эдур и сжигая теней-призраков целыми сотнями. Один снаряд угодил прямо в центр роты демонов, испепелив всех до единого, включая командира кенрилл’а.
Другой понесся по земле к возвышенности с левой стороны от императорского отряда. Не встретив никакого сопротивления, шар метнулся вверх по склону и ударил в лагерь с женщинами, стариками и детьми эдур.
Трулл бросился было к ним, но Алрада Ан рывком вернул его обратно.
Кости летерийских солдат вертелись в небе над холмами. Купеческий батальон, батальон Рубак, батальон Змеиных Ремней, Королевский батальон… Столько людей!
Столпы пришли в движение. Все они следовали своим особым маршрутом, одни на запад, другие на восток, вгрызаясь в толпы охваченных паникой солдат и пожирая их с неутолимым голодом.
– Вперед!
Трулл взглянул на Алраду.
Капитан встряхнул его.
– Приказано идти вперед, Трулл Сэнгар!
На глазах Удинааса смертельная магия выкосила теней-призраков и покатилась к высотке, на которой стояли он и Пернатая Ведьма. Бежать было поздно. Время остановилось.
Вот оно, совершенство.
Сзади подул холодный ветер – это тени-призраки разом сделали общий выдох. Они бросились вперед и столкнулись с летерийской магией в двадцати шагах ниже по склону. Сплетаясь, тени-призраки образовали сеть, в которой застрял обезумевший огонь. И призраки, и огонь исчезли.
Удинаас обернулся.
В пятнадцати шагах за спиной стояли Урут и четыре женщины эдур. Две из них рухнули на землю, сразу было видно, что они мертвы – кровь вскипела в их жилах. Урут, пошатываясь, медленно опустилась на колени.
Раб опять повернулся к полю боя. Император вел свои войска через выжженную мертвую равнину. На позициях противника у противоположных холмов, похоже, не осталось ни одной живой души. Однако по обе стороны отряда Рулада еще продолжалась схватка. А точнее – бойня. С приближением столпов летерийские порядки сами собой распадались, и солдаты обращались в бегство. Дшеки опрокидывали их на землю, демоны топтали, отделения эдур азартно преследовали. Сухое русло ручья на правом фланге было уже захвачено. На левом фланге погибали остатки Дикой Багровой бригады.
Страшные чары Ханнана Мосага бушевали без передышки. Удинаасу начало казаться, что они, как и магия летерийцев, вышли из-под контроля. Отделявшиеся от вихрей колонны поменьше, не находя на своем пути живой плоти, рвали почву. Комья земли и камни поднимались все выше. Две наполненные костями колонны сошлись у остатков пруда и сцепились словно в схватке на взаимное уничтожение, рассыпая гигантские подземные толчки, от которых на многих холмах провалился грунт.
Вдруг на переходящие через нейтральную полосу войска тисте эдур с неба посыпались кости и доспехи. Целые конечности, оружие, шлемы, черепа забарабанили, словно смертоносный дождь, по сухому руслу. Живые гибли под градом из костей мертвецов. Вспыхнула паника, воины побежали.
Внизу, в шестидесяти шагах, у самой подошвы холма шагал Халл Беддикт. Держа меч одной рукой, он ошеломленно озирался. Прямо перед ним упал, подпрыгивая, череп в шлеме, но без нижней челюсти. Халл не отреагировал и, спотыкаясь, продолжал идти.
Удинаас подскочил к Пернатой Ведьме.