Стивен Джонс – Только хорошие индейцы (страница 51)

– Разве что только до двадцати одного, – говорит она Шейни. – Пока они не вернутся.

– Уверена, что твой тренер не будет против?

– Нет, если я буду играть так, как играю, не бу- дет.

– Сколько тебе лет? – спрашивает Шейни, насмешливо прищуриваясь, отчего вокруг ее глаз появляются морщинки.

– А тебе сколько? – тут же парирует Денора.

Шейни указала головой в сторону, зовет Денору следовать за собой. Денора идет за ней и, сворачивая с дороги, видит, что лобовое стекло грузовика ее отца провалилось внутрь со стороны пассажирского сиденья. На секунду она даже замедляет шаг, но ведь произойти могло что угодно. Насколько она его знает, он уже готовит шесть различных историй о том, что случилось, одна грандиознее и невероятнее другой, и в каждой из них виноватым будет не он.

А седьмая история, вероятно, будет о том, как ему нужны эти сорок долларов на новое лобовое стекло. Неужели его Финалистка хочет, чтобы он замерз зимой насмерть?

Денора идет по следам Шейни, которые та оставляет в твердом снегу. Она выбирает камни и сухие участки, но этот путь позволяет им дойти туда, не промочив ног и не расцарапав до крови голени.

Шейни сильно бьет мячом о бетон и следит за его полетом вверх и вниз, одновременно снимая повязку для волос с запястья и собирая волосы на затылке. На третьем отскоке мяча она прыгает вперед, как кролик, хватает его в полете, потом резко останавливается, делает одно обманное движение и взлетает вверх, выполняя аккуратный бросок с отклонением от кольца, в результате которого мяч точно ложится в корзину, как деньги в банк.

– Твой тренер разрешает так выставлять вперед левую ногу? – спрашивает Денора, стоящая на одном колене и завязывающая шнурок на правой спортивной туфле.

– Это же кроубол, – отвечает Шейни. – А вы во что здесь играете? Соблюдаете основы техники и остальную скучную чепуху?

Денора берется за другую туфлю, туго затягивает шнурок, проверяет, одинаково ли завязаны банты. Не потому, что она суеверна, а потому, что разумно завязывать их одинаково.

– Закончила тянуть время? – спрашивает Шейни, она стоит у столба и подает ей мяч через площадку.

Деноре приходится быстро вскочить, чтобы поймать его у живота и не дать ему врезаться в лицо.

Шейни выше ее примерно на шесть дюймов. Но высокие девушки никогда не вводят мяч в игру, по крайней мере в маленьких школах, в школах резерваций. Высоких девушек учат заграждать проход соперницы к кольцу, делать подборы, располагаться вблизи кольца и наигрывать комбинации, используя бедра и локти. Все это, конечно, необходимо команде для победы. Но мало толку в игре один на один, которая состоит из резких ударов, остановок и рывков.

Денора один раз делает дриблинг, чтобы почувствовать этот мяч, эту площадку.

– Разогреемся? – предлагает Шейни, подскакивая на месте.

Денора бросает ей мяч обратно со словами:

– Чтобы ты могла определить мою доминирующую руку, мое любимое место на трапеции?

Шейни смеется и отвечает:

– Тут нет трапеции, малышка, только ты и я.

– Черноногая и кроу… – говорит Денора.

– Если тебе так хочется на это посмотреть, – отвечает Шейни и подходит к тому месту, где должна быть линия штрафного броска, ждет, чтобы Денора встала на позицию перед ней.

Денора не торопится, не позволяет себя торопить.

– Не бойся, я не хочу измотать тебя перед важной игрой, – говорит Шейни слегка язвительным тоном и бросает перед собой мяч, чтобы Денора его осмотрела.

Денора берет мяч обеими руками, крутит его по направлению к себе и демонстративно оглядывается по сторонам:

– Что, тут есть еще одна баскетболистка, которой я не вижу?

– Ты дерзкая, мне это нравится, – говорит Шейни, принимая мяч обратно. – Такая же, как твой отец.

– Закончили тянуть время? – спрашивает Денора, становится в стойку, ладони подняты, она дважды хлопает предплечьями по внешней стороне коленей, будто включает состояние защиты.

Шейни один раз стучит мячом о бетон у правого бедра, а затем поворачивается кругом, подставляя Деноре свой зад и оставляя ее сзади, как и надо действовать, имея преимущество в размере.

Когда ты проигрываешь в размерах, ты можешь рассчитать время и просунуть руку, выбить мяч у соперницы.

Денора отступает, будто поддается на ее уловку, затем, когда Шейни в следующий раз бьет мячом о землю и ее округлая спина оказывается у груди Деноры, Денора отступает назад – ее тренер называет это «выдернуть стул», – она протягивает правую руку к этому мелькающему пятну из оранжевой кожи.

Но только Шейни не собиралась оставлять ее сзади. Она устроила ей западню.

Теперь она разворачивается в другую сторону, ее длинные ноги дают ей возможность сделать то, что выглядит как неправильный первый шаг, и к тому моменту, когда она уже сделала этот шаг, посылая мяч вперед дриблингом, за которым она должна успеть, Денора уже потеряла свою позицию и может только смотреть.

Ее еще никогда так не обходили.

Еще хуже то, что Шейни не просто забрасывает мяч в корзину. Она ловит его обеими руками, резко отводит локоть направо, ставит один хайтоп[54] на столб примерно на уровне груди и использует ногу, чтобы толкнуть себя еще выше, поворачиваясь в воздухе вокруг правого бока и, таким образом, ей приходится провести мяч вокруг сетки, будто ей надо продираться сквозь деревья, чтобы добраться до корзины.

Она кладет его в корзину обеими руками и приземляется, уже отбегая назад.

Денора понимает, что на ее лице сейчас написано: «Черт, отличный бросок!»

Кажется, ее ждет отличная игра.

Классический день благодарения

Счет 15:15, и Деноре уже не нужно убирать с лица рассыпавшиеся волосы. Теперь они прилипают к ее потной коже.

Денора резко уходит влево, Шейни держится к ней почти вплотную, но каким-то образом их ноги не переплетаются, потом она останавливается и делает вид, будто собирается подпрыгнуть, вынудив высокую Шейни подняться в воздух. Это одна из двух стратегий, которые, как она обнаружила, могут принести успех в борьбе против этой высокой, резкой защитницы. Дело в том, что когда длинные тела высоких людей вытягиваются, у них уходит больше времени на то, чтобы снова сжаться и двинуться в другом направлении.

Вместо того чтобы позволить ступням оторваться от земли, Денора перекатывает мяч за спину обеими руками, потому что Шейни снова ударом выбьет его из ее рук на снег, а потом наклоняется вправо, ныряет вперед под уже опускающейся вниз рукой Шейни.

Позиция. Когда превосходство на стороне противника, тебе остается только делать все возможное, чтобы занять выгодную позицию. Пусть здесь нет судьи, который даст свисток, но даже кроу знает, что удар соперницы локтем по шее и плечу в момент броска приводит к повторной попытке.

Вот теперь Денора позволяет ступням оторваться от земли в рывке вперед под руками Шейни и отправляет мяч вверх, в корзину, достаточно мягким движением, потому что этот дерьмовый щит из фанеры не заслуживает доверия, особенно у того, кто не прожил здесь тысячу солнечных закатов, а часы всегда отсчитывают последние три секунды.

– Дешевый прием… – кричит Шейни.

– Шестнадцать, – отвечает Денора в сторону верхнего края площадки и посылает мяч Шейни, которая, как с удовлетворением видит Денора, наконец-то тоже запыхалась, и ее губы двигаются так, будто она из тех спортсменок, которые привыкли играть с жевательной резинкой во рту. Или жевать жвачку, как коровы, ха.

– Как давно ты играешь? – спрашивает Шейни. – Твой отец не рассказывал.

– Я родилась на баскетбольной площадке, – отвечает Денора. Шейни опускает мяч на бетон и медленно катит его между ними, давая ей время самой устремиться к ему.

– Значит, это для тебя важнее всего? – говорит Шейни. – Баскетбол? Ничего важнее для тебя нет?

Денора на секунду фиксирует взглядом Шейни, словно оценивает.

– И ты думаешь, что сможешь отобрать его у меня? – в конце концов спрашивает она. – Думаешь, можешь сломить мою гордость перед сегодняшней игрой? Ты замаскированный Голубой Пони?

– Я использую преимущества родной площадки, малышка.

– Ты далеко от дома, – отвечает Денора, приседает, демонстрируя угрозу позой и лицом. На тренировке ее тренер всегда кладет большую ладонь на лоб Деноры, когда она проходит с мячом, посылая его назад, и вперед, и во все стороны, стремясь пройти, сделать бросок, дриблинг. Теперь Шейни делает то же самое, ее грубая ладонь упирается прямо между бровями Деноры. Это нарушение, в любой игре ее остановили бы свистком, но в то же время оно замедляет вращение всего мира, позволяет Деноре увидеть ситуацию как бы со стороны, как на «конторской» живописи[55], будто эта битва между ними двумя настолько эпохальна, что ее нарисовали на стене бревенчатого дома, а внутри этого дома старик с жесткими тонкими косичками рассказывает эту историю о том единственном случае, когда Девочка играла за все племя. Как каждый дрибл так сильно сотрясал землю, что в заповеднике откалывались огромные пласты на заснеженных склонах и с грохотом летели вниз, срезая, как бритвой, деревья у подножия гор. Как каждый раз, когда мяч взлетал в небо, он сливался с солнцем, так что, когда он летел вниз, он превращался едва ли не в комету и разрубал оранжевый обод корзины. Как каждый финт был таким убедительным, что ветер пытался занять место этой баскетболистки, но потом его порыв сминался, потому что спортсменка уже снова занимала это пространство и устремлялась в другом направлении, и траектория ее зигзагообразного движения была быстрой, как удар молнии.