Стивен Браст – Дороги Мертвых (страница 66)

— А! — сказала Тазендра. — Еще одна карта.

— Точно.

Она скатала первую карту и расстелила вторую, которая была меньше первой и казалась древнее, тем не менее детали на ней были все еще ясно видны и понятны.

— Как вы можете видеть, — сказала она, — вы пойдете вдоль подножия Восточных Гор, но не заходя в них. Здесь вам надо быть особенно осторожными, так как в этих горах действуют шайки очень жестоких бандитов.

— Мы будем осторожны, — сказал Китраан.

Тазендра пожала плечами, как если бы хотела сказать, что волноваться по поводу сражений с бандитами просто смешно.

— Здесь, — продолжала Чародейка, — вы опять окажетесь на берегу Восточной Реки, и вы пойдете вдоль нее так, что она будет от вас по левую руку, вплоть до этого места, где вы опять пересечете ее.

— Но как мы пересечем ее? — спросила Зарика.

— О, что до этого, когда-то здесь был мост, но, не исключено, что его больше нет.

— И тогда?

— Тогда вам придется найти лодки, или соорудить плоты. Но вы будете около нижних склонов Горы Классор, которые густо заросли лесом, так что вы без труда найдете дерево для плотов.

— Кстати, — заметил Китраан, — нам придется взять с собой топоры.

— Очень хорошо, — сказал Пиро. — Согласен, нам нужны топоры.

— Что еще? — спросила Зарика.

В ответ Чародейка скатала карту и расстелила другую, самую большую из всех.

— Здесь, — сказала она, — место, где вы пересечете Восточную Реку. Отсюда, как вы видите, надо проехать совсем немного миль до подножия Пепельных Гор. Вы едете дальше, сюда, пока не доедете до этой точки, а отсюда вы спускаетесь, пока не окажетесь на берегу Кровавой Реки, по которой вы идете в Долину Серого Тумана, а отсюда рукой подать до Водопада Врат Смерти.

— Хорошо, а что потом? — сказал Пиро, который спросил только для того, чтобы показать, что эти имена не испугали его.

— Потом Зарика спустится туда, и, как мы надеемся, вернется обратно с Орбом. А вы все возвращаетесь на Гору Дзур.

Чародейка выпрямилась и сказала, — Итак, я предлагаю этот путь. У кого-нибудь есть какие-то вопросы?

Пиро прочистил горло и сказал, — Да, на самом деле у меня возник один вопрос, пока мы все слушали.

— Если вы спросите его, я постараюсь ответить.

— Тогда вот мой вопрос: описывая дорогу, которой мы поедем, вы, как мне показалось, все время использовали слово вы.

— А, так вы отметили это?

— Я более, чем отметил, я обратил на это самое пристальное внимание.

— Вы знаете, — сказала Тазендра, — я тоже отметила это обстоятельство.

— Но, — сказала Чародейка, — это не что иное, как наблюдение. Но ведь у вас есть и вопрос?

— О, конечно. И очень значительный вопрос.

— Хорошо, спрашивайте.

— Я сейчас задам его.

— Очень хорошо.

— То, что вы постоянно использовали вы, не говорит ли о том, что вы сами не будете участвовать в нашем путешествии?

— Да, в точности, — сказала Чародейка. — Вы совершенно точно поняли, что я имела в виду.

— Просто замечательно, — заметила Тазендра, — как много всего связано с таким маленьким словом.

— Да, но, — сказал Пиро, — вы же понимаете, что ваше присутствие было бы полезно во время пути.

— И, я понимаю это, — сказала Сетра.

— И?

— Увы, это невозможно.

— Как, невозможно?

— Или, скорее, нежелательно.

— И тем не менее…

— Если вы преуспеете — то есть если Зарика сумеет добыть Орб — некоторые силы немедленно узнают об этом. На самом деле существуют некоторые сложные и тонкие иллюзии — и изрядная доля везения — которые удерживают их далеко от этого мира, но, когда Орб уйдет, эти иллюзии уйдут вместе с ним. Из Горы Дзур я, может быть, сумею отбросить их.

— А, — сказал Пиро, у которого возникло чувство, что он не в состоянии понять более подробное объяснение, и, следовательно, лучше больше не спрашивать.

— Может быть? — сказала Зарика. — Вы сказали, что может быть сумеете отбросить их?

— Да, точно, — сказала Чародейка.

— Хорошо, но…

— Да?

— Что будет, если вы не сумеете?

— О, если я не сумею…

— Да?

— Тогда, без всякого сомнения, они уничтожат вас, заберут Орб себе и подчинят себе этот мир.

— И тем не менее…

— Но вам не надо беспокоиться об этом, моя дорогая Феникс.

— Как, не беспокоиться об этом?

— Ни в малейшей степени.

— Хорошо, но почему это не должно меня беспокоить?

— По самой лучшей причине на свете, моя дорогая: потому что вы все равно не сможете ничего сделать с этим.

— Да, это причина, в любом случае. И тем не менее…

— Да?

— Я не убеждена.

Чародейка пожала плечами.

— Но в конце концов, — беспечно сказала Тазендра, — вас могут убить только один раз, максимум два.

Зарика быстро повернулась к ней, сказав, — Мадам, я прошу вас поверить мне, что меня не заботит моя жизнь; спасибо Фортуне, я родилась не обделенной мужеством. То, что беспокоит меня — моя миссии. Вы же понимаете, что передо мной стоит задача восстановить Империю — Империю, вы понимаете, мадам? Я думаю, что задача настолько важна, что стоит задать несколько вопросов, которые помогут ее выполнить. Если вы не согласны, скажите это прямо, и мы посмотрим, что мы сможем с этим сделать.

Тазендра, со своей стороны, взглянула на девушку Феникс с чем-то вроде блеска в глазах, и сказала, — Клянусь богами, я не сомневаюсь в вашей храбрости; надеюсь, что и вы не сомневаетесь в моей преданности. Поэтому, если мы понимаем друг друга, я прошу вас погасить два факела, которые сейчас горят в ваших глазах, и продемонстрировать немного вежливости, которая подходит для того, кто готов отдать свою жизнь как за вас, так и за дело, которому мы посвятили себя.

Зарика встала, поклонилась Тазендре и сказала, — Прошу прошения, если я неправильно поняла вас, и, конечно, в любом случае я не могу сердиться на вас; вы же знаете, насколько я благодарна за то, что у меня есть ваша сильна рука, которая всегда готова поддержать меня.

— Но тогда, — сказал Китраан, — если Чародейка — здесь он поклонился леди, которую упомянул, — не будет сопровождать нас, то, возможно, было бы неплохо знать, кто будет.