Стивен Барнс – Обман на Орд Цестусе (страница 40)

— Воспитывает орущий выводок где-нибудь во Внешнем Кольце. Я сделала бы это снова.

— Даже хотя это и привело вас сюда.

Странно, она чувствовала себя более чем просто уютно, и в голове мелькнула мысль, что «сюда» подразумевало как планету, так и его объятия. Хмм.

— Даже так.

— Я заметил, что вы говорите больше со мной, чем с моими братьями, — сказал он, приблизив губы к её уху. — Почему так?

— Вы мне интересны.

— Почему?

— Не знаю, — честно ответила она. — Может быть, потому что вы командир. Это делает вас больше похожим на Джанго.

Его внимание обострилось.

— Говорят, он был одиночкой.

— Да, — сказала она. — И прирожденным лидером. Когда было нужно, он мог быть незаметным, в чём, как я понимаю, кое-кто убедился — к своему короткому и мучительному сожалению.

Нейт издал сухой смешок. Да, конечно.

— Но если он хотел, то, когда он входил в комнату, каждая голова поворачивалась в его сторону. — Она помолчала. — Особенно моя. — Её голос стал мягче. — Но всё это было так давно. Мне было восемнадцать лет, а Джанго — двадцать пять.

— Он тогда уже был охотником за головами?

Она прикрыла глаза, погрузившись в старые воспоминания.

— Думаю, он был на перепутье. Он был свободен около двух лет, с тех пор, как мандалорцы были уничтожены. Я встретила его в секторе Меридиан. Он как-то потерял свою броню и искал её. — Задумчивая улыбка. — Мы пробыли вместе почти год. И вот, мы попали в беду. На нас напали космические пираты. Наше судно подбили, и в самый разгар сражения нам пришлось взять разные спасательные капсулы. Больше я его не видела. — Она помолчала. — Я слышала, что он выжил и вернул свою броню. Я не знаю, искал ли он меня. — Шиика пожала плечами. — Такова жизнь.

Затем она засмеялась, а он слегка отодвинулся и посмотрел на неё в замешательстве.

— Почему вы смеетесь?

— Вы напоминаете мне Джанго. Он всегда скрывал свои эмоции. Но я могу вспомнить моменты, когда он выпускал их из клетки.

— Например?

Другая часть её — любящая, дерзкая — рвалась наружу, и она была рада это чувствовать. Она уж думала, что никогда больше не почувствует этого.

— Если вам повезет, я могу когда-нибудь рассказать.

Его любопытство явно разыгралось, и она простила себе легкое преувеличение. На самом деле Джанго был немногословным человеком, держащим свои чувства в узде. При его образе жизни такая сдержанность была просто необходимой для выживания.

Из нескольких их бесед она знала, что при всех своих знаниях и смертоносных навыках Нейт не имел ни малейшего понятия об обычной человеческой жизни. До сих пор, до того момента, как он заключил её в объятия, она чувствовала, что он несколько дистанцировался от неё и относился к ней с неким определенным уважением — скорее, как к сестре, чем к кому-то другому. Вероятно, ему были знакомы всего два типа женщин: гражданские, которых следовало защищать — или которые могли быть подчиненными; в любом случае, к ним подобало относиться с вежливостью. А с другой стороны, это те женщины, которые предлагают себя солдатам в обмен на кредиты или защиту, которыми можно попользоваться и бросить. Пожалуй, это может быть эмоционально рискованно — сломать такое упрощенное мировоззрение.

Но ей пришлось признать, что она хотела пробиться сквозь его сдержанность, задаваясь вопросом, что она могла под ней найти.

Что бы произошло, как бы он отреагировал, если бы она позволила связи между ними углубиться? А если бы она позволила этой связи развиваться в новом направлении?

Она увела его прочь от танцев и смеха, в тени.

— Что теперь? — спросила она.

— Мы вне службы до рассвета.

Она взяла его за руку.

— Пойдемте, — сказала она. — Мне бы хотелось кое-что вам показать.

Его лицо потемнело от смущения.

— Я должен быть наготове…

— Вы сказали, что вы вне службы. Вы что, заключены на базе?

— Нет. — Он остановился. — Если меня вызовут, мне нужно вернуться в течение двадцати минут. Вы можете это гарантировать?

Она прикинула расстояние и скорость.

— Да.

Пять минут карабканья по разбитой скале привели их к «Кружащему дракону». Когда Нейт пристегнулся, Шиика быстро провела предполётную подготовку и взлетела. Она летела к юго-востоку около двенадцати минут, почти сотню километров. Сначала она летела низко над землей, чтобы избежать сканирования. Затем, когда они оказались достаточно далеко, она вошла в стандартный транспортный коридор, полный пригородных челноков и крупных грузовиков, перевозящих товары для клиентов, не желающих платить орбитальный налог.

Нейт смотрел на проносящуюся внизу землю и наслаждался тем, как ловко Шиика управляла кораблем. Он всегда ценил компетентность. Эта женщина так отличалась от других, и это отличие слегка сбивало его с толку. И, что самое странное, ему это нравилось.

Итак, Нейт расслабился, а она тем временем направилась к пилообразной гряде холмов и начала снижаться. С тех пор, как они оставили лагерь, прошло не больше восемнадцати минут.

Поселение располагалось на склонах гор, несколько различных отверстий шахт указывали на естественные и искусственные проломы в поверхности. Когда она приземлилась, им навстречу вышли десяток чужеземцев и пара кси'тинг. Все улыбались, кивали или махали им в приветствии.

— Что это за место?

— Это моя большая семья, — сказала она. — Не по рождению. По выбору.

— Вы здесь живете?

Она улыбнулась.

— Нет. Мы еще не знаем друг друга настолько хорошо. Но… мой дом — почти как этот.

Теперь он смог разглядеть жилища. Они были замаскированы, окрашены так, чтобы их не было видно с воздуха. А если смотреть с земли, они были скрыты в тенях и скальных формациях.

— Почему они скрываются?

Она засмеялась.

— Они не скрываются. Мы просто любим горы и наслаждаемся единением с ними, насколько возможно.

Снова опасность видеть всё глазами солдата.

На склоне зазвенели высокие нежные голоса. Нейт повернулся и увидел там нескольких маленьких человеческих мальчиков и девочек, играющих в какую-то игру. Они носились, выкрикивая имена, визжа, наслаждаясь длинными тенями.

Внизу вокруг выкрашенных под цвет камня жилищ столпились дети постарше. Некоторые из них были грациозными кси'тинг, стройными и большеглазыми, немного напоминающими ему каминоанцев. Похоже, юноши помогали взрослым работать — строить, налаживать инструменты.

Он задумчиво наблюдал за ними. Обстановка вокруг немного смущала его. Или это Шиика его беспокоила? Как бы то ни было, он понял, что вспоминает собственное ускоренное детство, обучающие игры, в которые он играл…

И снова Шиика Тулл, казалось, разгадала его мысли.

— Каким вы были в детстве?

Умно. Она привела его сюда посмотреть на детей, надеясь, что это пробудит его собственную память?

Он пожал плечами.

— Учился, рос, старался. Как все остальные.

— Я посетила много планет. Большинство детских игр помогают детям раскрывать свои индивидуальные способности. А как вы можете это сделать? Ведь предполагается, что вы все одинаковы?

Опять дразнит его? Он понял, к собственному удовольствию, что надеялся на это.

— Неправда. Был основной курс обучения, который мы все освоили, но после этого мы специализировались, изучали различные вещи, готовились к различным функциям, продолжали различные учебные упражнения, сражались в различных войнах. Среди нас нет двоих, находящихся в одинаковой среде, и из-за этого мы сильнее. В совокупности мы прожили миллион жизней. Весь этот опыт растет в нас. Мы — ВАР, и она жива.

— Расслабьтесь, а? — хихикнула она и протянула ему руку. Он заколебался, а затем, проверив комлинк и убедившись, что он доступен в случае любой чрезвычайной ситуации, последовал за ней.

39

Южный ветер бил им в спину. Шиика вела Нейта вверх по неровной пыльной тропе на склоне горы в отверстие одного из туннелей. Вход был примерно четыре на шесть метров, и уже внутри солдат увидел, что это не жилые помещения, как он думал. Наверное, склады для инструментов. Внутри было большое общее пространство, освещенное светящимися грибами, размещенными вдоль стен и наполненными жидкими питательными веществами, что сочились из трубы оснащения. Грибы переливались люминесцентной радугой. Когда он поднес руку ближе, то ощутил покалывание.