Стивен Бакстер – Поток (страница 20)
Вот и все; воздух был наполнен всепроникающим, затхлым запахом толпы. Она словно снова стала маленькой девочкой и застряла в самом центре сетки, окруженная потными телами взрослых, других детей. Ей было жарко и она страдала клаустрофобией, внезапно осознав, что здесь, в городе, ее окружает больше людей, чем за многие поколения прожило в ее крошечном племени человеческих существ. Она почувствовала себя голой и не в своей тарелке.
Тоба коснулся ее плеча. - Пошли, - сказал он с тревогой. - Давай достанем носилки из машины. А потом найдем кого-нибудь, кто...
- Хорошо. Что у нас здесь? - Голос был резким, насмешливым и с напыщенным акцентом Тобы.
Дюра обернулась. Двое мужчин приближались, энергично размахивая руками в воздухе. Они были невысокими, коренастыми и носили одинаковые костюмы из толстой кожи; в руках у них было что-то похожее на свернутые кнуты, а на лицах - маски из жесткой кожи, которые приглушали их голоса и не позволяли прочитать выражения их лиц.
Глаза этих анонимных существ скользнули по Дюре и Фарру.
Она опустила руки на бедра. Веревка, которую она взяла с собой на охоту на корке, все еще была обернута вокруг ее талии, и она чувствовала мягкое прикосновение своего ножа, скребка для чистки, засунутого за веревку у нее за спиной. Присутствие этих знакомых вещей успокаивало ее, но - за исключением этого маленького ножа - все их оружие все еще оставалось в машине. Глупо, глупо; что бы сказал Лог? Она попятилась назад по воздуху, пытаясь найти свободный путь обратно к машине.
Тоба сказал: - Господа, я гражданин Микксакс. У меня пациент для больницы. И...
Охранник, который говорил ранее, проворчал: - Где пациент?
Тоба махнул ему в сторону машины. Мужчина подозрительно заглянул внутрь. Затем он высунул голову из машины, заметно сморщив нос под маской. - Я не вижу пациента. Я вижу потокового. А здесь... - он махнул рукояткой хлыста в сторону Дюры и Фарра, - я вижу еще двух потоковых. Плюс свиную задницу в трусах. Но пациентов нет.
- Это правда, - терпеливо сказал Тоба, - что эти люди из восходящего потока. Но старик тяжело ранен. И...
- Это больница, - нейтрально сказал охранник. - Это не чертов зоопарк. Так что уберите отсюда этих животных.
Тоба вздохнул и развел руками, очевидно, пытаясь подобрать еще слова.
Охранник терял терпение. Он протянул руку и ткнул в плечо Дюры пальцем в перчатке. - Я сказал, уберите их отсюда. Я никому не скажу...
Фарр двинулся вперед. - Прекратите это, - сказал он. И он толкнул, по-видимому, мягко, охранника.
Мужчина отлетел назад по воздуху, в конце концов врезавшись в обшитую деревянными панелями стену. Его хлыст безрезультатно волочился за ним.
Фарр откинулся назад от такой реакции; он с удивлением посмотрел на свои руки.
Второй охранник начал разматывать свой хлыст. - Что ж, - тихо сказал он, - может быть, несколько оборотов колеса помогут тебе понять свое место, малыш.
- Послушай, все идет наперекосяк, - сказал Тоба. - Я не хотел, чтобы что-то из этого случилось. Пожалуйста, я...
- Заткнись.
Дюра сжала кулаки, готовая двинуться вперед. Она не сомневалась, что они с Фарром смогут справиться с этим человеком, в кожаных доспехах или без - особенно с учетом огромной новой силы, которую они, казалось, приобрели здесь. Конечно, в Парц-Сити было больше двух охранников; и в течение следующих нескольких минут она могла представить себе сотни неясных и мрачных вариантов развития событий, расцветающих, как смертоносные бутоны, из этого инцидента... Но этот момент был всем, на что она могла повлиять.
Охранник замахнулся кнутом на ее брата. Она потянулась за ножом и приготовилась к прыжку...
- Подожди. Прекрати это.
Дюра медленно повернулась; охранник опустил хлыст.
К ним направлялся мужчина, который наблюдал за разгрузкой другой машины - высокий, властный, одетый в красивую, но запачканную одежду, и с головой, шокирующе лишенной волосяного покрова.
Дюра заметила, что Тоба отпрянул назад. Охранник посмотрел на Фарра и Дюру с выражением неудовлетворенного голода.
Дюра спросила: - Кто вы? Чего вы хотите?
Новоприбывший нахмурился. Он был примерно ровесником Лога, решила она. - Кто я? Прошло много времени с тех пор, как меня спрашивали об этом. Меня зовут Мууб, моя дорогая. Я администратор этой больницы. - Он с любопытством изучал ее. - А ты - потоковая, не так ли?
- Нет, - сказала она, внезапно почувствовав, что ее тошнит от этого слова. - Я человеческое существо.
Он улыбнулся. - Действительно. - Мууб взглянул на охранников, а затем повернулся к Тобе Микксаксу. - Гражданин, что здесь происходит? Я не приветствую беспорядки в моей больнице; у нас и без этого хватает забот.
Тоба поклонился; казалось, он дрожит. Его руки скользнули по передней части тела, как будто он внезапно смутился своего нижнего белья. - Да. Мне очень жаль, сэр. Я Тоба Микксакс; я управляю потолочной фермой около тридцати метров отсюда, в восходящем потоке, и я...
- Продолжайте в том же духе, - мягко сказал Мууб.
- Я нашел раненого потокового... раненого человека. Я привез его сюда. Он в машине.
Мууб нахмурился. Затем он скользнул к машине и просунул голову и плечи в дверной проем. Дюра могла видеть, как администратор внимательно осматривает Адду. Казалось, он был очарован копьями и сетями человеческих существ, артефактами, которые использовались для изготовления импровизированных лубков для Адды.
Адда открыл один глаз. - Отвали, - прошептал он Муубу.
Администратор изучал Адду, подумала Дюра, как можно рассматривать пиявку или поврежденного паука.
Мууб выбрался из машины. - Этот человек серьезно ранен. Его правая рука...
- Я знаю, сэр, - несчастно сказал Тоба. - Вот почему я подумал...
- Черт возьми, чувак, - беззлобно сказал Мууб, - как, по-твоему, они смогут заплатить? Они же из восходящего потока!
Тоба опустил голову. - Сэр, - сказал он дрожащим, но твердым голосом, - здесь рынок. И женщина, и мальчик сильные и подтянутые. И они привыкли к тяжелой работе. Я нашел их в корке, они охотились в условиях, которых не выдержал бы ни один кули. - Он замолчал, отвернувшись от остальных.
Мууб вытер испачканные пальцы о халат и рассеянно уставился в машину. Наконец он мягко сказал: - Хорошо. Вынеси его, гражданин Микксакс.... Охрана, помогите ему. И приведите женщину и мальчика. Приглядывай за ними, Микксакс; если они взбесятся или что-то испортят, я привлеку тебя к ответственности.
Страдание Микксакса, казалось, немного улеглось. - Да, сэр. Спасибо.
В зал въехала еще одна машина, очевидно, доставлявшая новых пациентов для больницы; Мууб махнул рукой, на его лице отразилась усталая ответственность.
7
Тоба неохотно предложил Дюре и Фарру пожить у него дома в городе, пока травмы Адды будут лечить в больнице. Сначала Дюра отказалась, но Тоба бросил на нее раздраженный взгляд. - У тебя нет выбора, - тяжело сказал он. - Поверь мне. Если бы был выбор, я бы рассказал тебе об этом; у меня есть своя жизнь, к которой я должен вернуться, в конце концов... Послушай, тебе некуда идти, у тебя нет денег - даже одежды.
- Нам не нужна благотворительность.
- Благородные дикари, - кисло ответил Тоба. - Ты знаешь, сколько времени потребуется, чтобы вас подобрали как бродяг? Ты видела охранников в больнице. И в больнице их выбирают специально за их теплое отношение к пациентам. Бродяги непопулярны. Как говорится,
Дюра видела, что выбора действительно не было. На самом деле, подумала она, у них были все основания быть благодарными этому раздражительному маленькому человечку - если бы он не предложил приютить их, у них могли бы возникнуть настоящие трудности. Поэтому она кивнула и смущенно попыталась сформулировать фразу благодарности.
Тоба сказал: - О, просто садись в машину.
Тоба повез их по все еще многолюдным улицам прочь от больницы. Улицы - обшитые деревом коридоры разной ширины - были для Дюры запутанным лабиринтом, и после нескольких поворотов она потеряла ориентацию. Повсюду были машины и люди, и не раз упряжка воздушных свиней Тобы почти сталкивалась с другими, заставляя Тобу натягивать поводья. Раздавались голоса, усиленные акустикой. Здесь, в городе, Тоба ехал с открытой дверью машины. Воздух на улицах был шумным, густым, горячим и насыщенным вонью людей и воздушных свиней; яркие лучи пробивались сквозь пыль и зеленые облака реактивных газов.
Наконец они оставили позади самые оживленные улицы и оказались в районе, который казался более тихим - не таким заполненным мчащимися машинами и воющими свиньями. Улицы-коридоры здесь были широкими и вдоль них тянулись ряды аккуратных дверей и окон, которые обозначали небольшие жилые помещения. Очевидно, при постройке они были практически идентичны, но теперь их владельцы придали им уникальность: маленькие растения в круглых корзинах у окон, искусная резьба на дверных проемах и другие небольшие изменения. Многие из вырезанных сцен изображали мантию за городом: Дюра узнала вихревые линии, корковые деревья, людей, радостно машущих руками в чистом воздухе. Как странно, что эти люди, все еще тоскующие по открытому воздуху, запираются в этой душной деревянной коробке.