Стивен Бакстер – Искупление (страница 2)

— Не так. Хотя, может, со мной что-то в этом роде. Больше информации, чем плоти.

— Значит, какой-то сбой в обработке? Призрачная копия?

Другой поморщился. — Возможно, призрак. Кажется, мне на самом деле легче связаться с тобой, чем с ним. — Он указал на Пула за его столом. — Не знаю, почему. Рад, что ты появился. Но тогда я многого не понимаю. Как всегда. — Снова эта улыбка. — Реальность просачивается, это все, что я знаю. Как будто сама вселенная иногда сомневается. Думаю, мы разберемся с этим вместе. Лета, мы должны работать вместе, чтобы пройти через это. Запомни это.

— Пройти через что?..

— С кем ты разговариваешь?

Он повернулся. К нему шла Никола Имри. Ее ждали; он вызвал ее сюда, чтобы обсудить кое-какие моменты. Или, скорее, Пул, его шаблон, позвонил ей, прежде чем копировать его.

— Я… — Он повернулся обратно. Другой Пул пропал. Никола изучала его с любопытством, забавляясь. — Пройти через что? спросил ты.

Пул не знал, что ответить. Даже ей. Хотя на борту не было никого ближе к Пулу, чем Никола, и это было правдой задолго до того, как флотилия покинула холодную Землю. Она была с Майклом Пулом, когда военный корабль ксили вырвался из прототипа червоточины системы быстрого перемещения "Пул Индастриз", намереваясь, как вскоре выяснилось, уничтожить человечество. И она оставалась с ним на протяжении всего того, что последовало за этим, во время опустошения Солнечной системы, вплоть до рассеяния человечества.

Команда называла ее "Хранительницей амулета". Даже Макс Уорд, старший военный советник Пула, столь же манипулятивный и амбициозный, сколь и компетентный, в ближайшее время не собирался разрывать эти отношения.

Не то чтобы с ней было легко. Никола сейчас было за пятьдесят, и морщинки вокруг глаз и рта, седина в коротко остриженных волосах были у нее как знаки отличия. Известно, и очень необычно, что она всегда отказывалась от любой АВТ. И хотя ее собственный комбинезон, довольно демонстративно покрытый нашивками для тренировочных миссий и петлями для оружия, был ярко-красным, она едва ли нуждалась в нем; Никола также была печально известна тем, что отказывалась разбрасывать свои виртуальные проекции. Если Никола обращалась к вам, вы могли быть уверены, что это подлинник, оригинал.

Теперь она смотрела на Пула с веселой озабоченностью. — Малышу всего минута от роду, и он не выглядит счастливым.

— Я в порядке.

— Что ж, это похоже на Пула. Чистое отрицание. Знаешь, я видела, как ты делаешь это снова и снова. Разбрасываешь виртуальные копии, как сбрасываешь шкуры. Например, когда ты или твоя копия летели со мной и моими бандитами с монополями против ксили на стоп-линии перед Землей… А потом ты впитываешь все это снова, с теми воспоминаниями, которые последняя кукла собрала за свою короткую, жалкую часть независимой жизни.

— Не уверен, что ты здесь помогаешь, Никола.

— Ты никогда не задумывался о том, что делаешь с собой. Создаешь отдельную, разумную, недолговечную копию, которая была тобой до момента проекции, а затем возвращаешь ее обратно в свою голову. Я всегда задавалась вопросом, не была ли эта цепочка мини-смертей своего рода самонаказанием за бедствие, которое ты обрушил на Солнечную систему. В некотором смысле, в конце концов, ксили пришли за тобой. Хотя, за тобой ли… — Она посмотрела в его нереальные глаза. — Ты какой-то другой.

— Просто ты меня по-другому раздражаешь.

— Скажи мне, что ты чувствуешь.

— Как будто у меня есть работа.

— Какая работа?

— Ну… — Его собственная нерешительность удивила его.

— Лета! Ты не знаешь, не так ли? Или, по крайней мере, не уверен. Это что-то новенькое.

Он снова посмотрел на свои руки. — Я действительно помню, что создал все те предыдущие копии. Конечно, помню; я делал это. Каждый раз перед этим я обнаруживал себя в красной униформе, смотрящим на копию в синем цвете.

— Ах. Проблема в том, — она ткнула пальцем ему в грудь, не дотянувшись, чтобы не "прикоснуться" к нему и не нарушить различные протоколы согласованности. — На этот раз ты проснулся и обнаружил, что копия — это ты. — Она ехидно ухмыльнулась. — Действительно, повезло. И тебе это не нравится, не так ли? Теперь ты знаешь, почему я сама никогда не создаю эти аватарки. Из страха проснуться, как ты, по ту сторону зеркала.

Теперь его оригинал, очевидно, отвлеченный разговором, вышел из-за стола. — К чему вся эта болтовня? — Он посмотрел на свою копию. — У тебя какие-то проблемы? Послушай, если в копии был какой-то дефект, я могу стереть тебя и…

— Нет. — Он поймал себя на том, что сдерживает слово "пожалуйста".

Никола сердито посмотрела на шаблонного Пула. — У тебя доброе сердце, не так ли? Ты понятия не имеешь, что чувствует это существо, не так ли?

Виртуальный Пул поморщился. — Существо?

Никола усмехнулась не без ехидства. — Я на твоей стороне.

— Спасибо.

Пул-шаблон выглядел неуверенным. — Раньше у меня никогда не было проблем с виртуальными копиями. Вы определяете миссию, создаете копию, и все начинается.

— Ну, на этот раз что-то было по-другому. Для чего он?

Он, а не оно.

Пул-шаблон нахмурился. Возможно, он тоже это заметил. — Конечно, чтобы устранить проблемы в "Гэа".

Теперь виртуальный Пул вспомнил. Один из кораблей-побратимов, "Гэа", представлял собой корпус, напичканный аппаратурой и программным обеспечением для искусственного интеллекта, а экипаж состоял исключительно из виртуалов, скопированных со спящих оригиналов. Предполагалось, что "Гэа" станет мозгом флота, сердцем которого будет светящийся зеленым "Айленд", а кулаком — нагруженный оружием "Коши".

— Тебе предстоит отправиться туда и разобраться с проблемами перерасхода энергии. Искажением научных отчетов. Ты знаешь протокол; только виртуальные посещения "Гэа" ради физической стабильности. Все эти комплексы деликатной обработки.

— Вот и все, — сказал Пул, вспоминая. — Я не сосредоточился. Имею в виду, ты не сосредоточился. Ты думал о проблеме второго поколения. "Это военный корабль, а не ясли". Это была строка, которую ты добавил в свои заметки для выступления, как раз когда…

Пул поднял руку. — Ладно, моя вина. Я скинул испорченную копию, когда отвлекся. Но обычно процесс более надежен.

Отвлечение. В этом-то и была проблема, понял виртуальный Пул.

Это была миссия Майкла Пула: цель ее состояла в том, чтобы преследовать корабль ксили и, если возможно, уничтожить его в качестве мести за то, что он сотворил с Солнечной системой. Это — в предположении, что на борту одиночного корабля находилось одно существо. Но никто не знал, можно ли отличить ксили по их технологии, или на корабле был какой-то коллектив. В тридцать седьмом веке о ксили ничего не было известно, кроме его/их названия.

С самого начала команда Пула разделяла эту цель, решимость преследовать ксили; вот почему они вызвались следовать за ним. Но Пул был инженером, а не военным офицером, не командиром. Он мог командовать, но это всегда было когнитивным напряжением. Еще хуже, когда Пула призывали вдохновлять.

Он был перегружен, отвлекался. И, как результат, это.

— И что теперь? — надавила Никола. — Ты собираешься свернуть этого парня и послать еще одну копию?

Виртуальный Пул затаил дыхание. Он понял, что здесь у него нет власти; его существование как копии самого Пула, отличающейся всего на несколько минут, было в руках этого другого.

Но шаблон Пула тоже, казалось, терзали сомнения. — Думаю, нет. Ты достаточно хорошо знаешь миссию. Приходи на собрание, чтобы узнать что-нибудь новое.

Виртуал осторожно выдохнул, не желая выдавать своего облегчения.

Но его шаблон все равно заметил. — Ты не должен так себя чувствовать, знаешь ли. Как я уже сказал, другие копии никогда не доставляли никаких хлопот.

— Откуда ты знаешь? — огрызнулась на него Никола. — Ты не был в их головах, не выглядывал наружу. Ты когда-нибудь спрашивал? Может быть, они все чувствовали себя копией.

— Не называй меня копией.

Пул-оригинал уставился на него. — Так как бы ты хотел, чтобы тебя называли?

Пул заколебался.

Никола усмехнулась. — Джофиэл. Нарекаю тебя Джофиэлом.

Шаблон нахмурился. — Что это, во имя Леты?

— Имя ангела. Знаешь, мне нравится моя мифология. И у Пулов есть привычка называть своих сыновей в честь ангелов — не так ли, Майкл? Таких, как Гэбриэл, который начал замораживание Антарктиды в двадцать седьмом веке… Считай, что это мой подарок тебе, от меня, твоей хранительницы амулета. — Она посмотрела на них двоих, пока они неуверенно смотрели друг на друга. — Что ж, это было весело. Мы не опаздываем на собрание экипажа?

Пул — Джофиэл — кивнул. — Думаю, я могу просто слететь вниз. Для нас, виртуальных ангелов, крылья необязательны.

— Не валяй дурака, — прорычал Майкл Пул. — Придерживайся протоколов согласованности. И сохраняй комбинезон с цветовым кодом, как бы ты себя ни называл.

Никола отсалютовала издевательским, тщательно продуманным салютом в стиле бандита-одиночки. — Да, сэр!

Пул умчался прочь.

Джофиэл последовал за ним вместе с Никола. Он чувствовал себя…дезориентированным. Озадаченным. В конце концов, ему было всего несколько минут от роду. И он вспомнил свою встречу с тем другим Пулом, таинственным пожилым Пулом в поношенном комбинезоне… Природа его собственного чудесного рождения, его столкновение с неминуемой смертью были даже не самыми странными вещами, которые он пережил в те минуты.