Стив Перри – Чужие: Земной улей. Приют кошмара. Женская война (страница 76)
Те, кто столкнется с чужими, скорее всего, будут уже не в состоянии бежать – Уилкс это точно знал. Спирс каким-то образом выпустил этих проклятых тварей на свободу, и теперь, насколько капрал понимал, монстры, сжигаемые жаждой крови, будут хватать всех, до кого доберутся.
Билли нашла портативную камеру и включила ее.
– Митч! Митч, ответь мне! Выбирайся оттуда, встреть нас в ангаре со звездолетами! Чужие на свободе! Спирс на станции! Митч!
Если Бюллер и слышал ее, он не отреагировал. У Уилкса не было времени беспокоиться об этом сейчас.
Из открытой двери в проход выскочил чужой и двинулся на них троих, разевая дьявольские челюсти. Слюна свисала с зубов длинными нитями.
– Твою мать! – выругался Уилкс. Он вскинул карабин, вручную прицелился – времени возиться с автонаведением по лазерному целеуказателю уже не было – и выпустил короткую очередь.
Грохот снарядов ударил по ушам Уилкса, будто кто-то шлепнул по ним ладонями. В ушах зазвенело. «Черт! Надо было воткнуть звуковые фильтры. Ладно, если я проживу достаточно долго, чтобы беспокоиться о глухоте на старости лет, то как-нибудь справлюсь с этим».
Бронебойные пули разбили морду чужого, осколки его жесткого хитинового покрова разлетелись в стороны, брызнула кислота. Чудовище накренилось вбок и назад, ударилось о стену и медленно сползло на пол. Кислота на полу пузырилась, испаряя клубы отвратительно воняющего дыма и проедая порог.
– Смотри, не вляпайся в кровь чужого!
Они побежали.
Из-за угла вышел солдат с поднятым оружием. Спирс увидел его первым. Он выхватил пистолет, вскинул его и, положив руку с оружием на ладонь левой руки и приняв классическую позицию, выстрелил три раза. Техника эта называлась Двойной мозамбикский удар. Название было связано с одной старинной полицейской акцией в далекой африканской стране, проведенной задолго до космических путешествий. Это была стандартная стрельба из пистолета: два в сердце, один в голову, всегда в таком порядке. Спирс в свое время догадался, что эта техника появилась в те далекие времена, когда под обычной гражданской одеждой порой скрывались бронежилеты, и, чтобы удостовериться в смерти противника, делали контрольный выстрел в незащищенную цель.
На несчастном солдате бронежилета не оказалось, так что любого из трех выстрелов хватило бы, чтобы убить его.
Когда парень упал, Спирс ощутил, что в крови его снова, как и всегда, когда он убивал кого-то своими руками, поднимается чувство триумфа выжившего. Это оживило старые воспоминания. Генерал вспомнил тот момент, когда он был еще мальчиком и в первый раз переиграл своего противника…
Томми спрятался в подсобке, среди швабр, пылесосов и ароматических туб очистителей. Из-за чистящих средств свербело в носу, он хотел чихнуть, но, зажав нос пальцами, держался.
Рядом с этим темным чуланом, в полуосвещенном холле, выискивая его, Томми, бродил Джерико Акс. Свет был погашен, все должны были уже спать, даже взрослым морпехам и врачам полагалось быть в постелях, но Джерико не было до этого дела.
Томми знал, что Джерико – полный придурок, но придурок здоровенный, и к тому же имеющий вес среди кадетов. Томми не знал, как он попал в черный список Джерико, и теперь каждый раз, когда этот ублюдок видел его вне поля зрения взрослых, Акс норовил надрать Томми задницу. Не то чтобы Томми не давал сдачи, нет, но Джерико был старше, десятью килограммами тяжелее и на полгода раньше начал изучать боевые искусства. Томми уже несколько раз ввязывался с ним в настоящие драки, даже разбил этому членососу нос, что, правда, стоило ему сломанной руки, двух выбитых зубов и пятнадцати швов над левым глазом.
И потому Томми горячо желал только одного: чтобы Джерико как-нибудь решил прогуляться по краю небоскреба, в котором они жили, и случайно упал вниз, где сгнил бы под жарким солнцем, и чтобы его никто не нашел до тех пор, пока падальщики бы не покончили с ним.
«Можно точно так же мечтать и об отзыве со службы, не начав служить по-настоящему, дурень», – увещевал себя Томми. Джерико не был настолько глуп.
Томми сидел в чулане, надеясь, что Джерико не придет в голову искать его здесь. Он устал, ему хотелось лечь в постель, чтобы немного отдохнуть, перед утренней тренировкой, но ему приходилось прятаться здесь, чтобы избежать тумаков.
Босые ноги шлепали по полу возле подсобки. Джерико, конечно, снял ботинки, но все равно шумел, как сломанный робот. Томми услышал, как скрипнула дверь ванной, куда этот головорез отправился его искать.
Дерьмо. Он доберется и сюда. Спрятаться по-настоящему в чулане было негде, разве что залезть в мешок для мусора, установленный на мусоропогрузчике. Конечно, если бы он закопался в грязных мешках от пылесосов, присел очень низко и спрятался бы там, Джерико бы не увидел его.
Томми застыл, засунув одну ногу в мешок, но остановился. Внезапно ярость наполнила его, горячий бурлящий гнев поднялся вверх через ноги и пах, хлынул в его грудь, водоворотом закружился в черепе.
На хер все это!
Это неправильно! Не надо ему прятаться от тупого Джерико Акса только потому, что тот старше, сильней и лучше натренирован, чем он, Томми. Это неправильно!
В чулане, за исключением смутно блестевших частей автоочистителя, припаркованного у дверей, ничего не было видно, но все же Томми удалось рассмотреть в темноте широкую скобу, прислоненную к очистителю. Она была длиной немногим более полуметра, алюминиевый прут толщиной в запястье Томми, заканчивающийся тупым, посаженным под углом лезвием. Использовалось это орудие для того, чтобы соскребать песок с очистителя, и было похоже на криво собранную садовую мотыгу.
Томми оторвал скобу. Взвесил ее. Она был довольно тяжелой.
Когда Джерико открыл дверь, Томми был готов.
Большой парень успел моргнуть, а потом его глаза лишь широко открылись, когда Томми вскочил и воткнул тупой угол лезвия ему в череп прямо над правым глазом. Это было чертовски приятно.
Джерико закричал – слушать это тоже было весьма приятно – и отлетел назад по коридору, впечатавшись спиной в противоположную стену. Там он сполз на пол и, застонав, потянул скобу из головы. Кровь заливала его глаза. Он посмотрел на Томми, обалдев, как будто не мог понять, что случилось.
Томми двинулся на Джерико.
– Дай мне это, – сказал он и схватил скобу. Джерико отпустил ее. О чем он думал, Томми не знал. Сам Томми не боялся – скорее гнев, стыд, отголоски прежнего страха слились в нечто такое, чего он никогда не чувствовал раньше. Он ощущал в себе огромную силу и власть, которые давала победа над любым врагом.
– Я истекаю кровью!
– Это продлится недолго, – сказал Томми.
Он снова поднял скребок и воткнул в тело Джерико.
К той ночи, когда он убил первого своего врага, Томми Спирсу едва исполнилось девять…
– Дьявольщина, – прохрипел один из солдат Спирса.
Генерал оторвался от приятных воспоминаний и мельком глянул на упавшего солдата. Удивительно. Все воспоминания пронеслись в голове, может, секунд за пять в реальном времени, как сжатый файл данных.
Один из трутней стоял, готовясь к нападению.
Спирс медленно шагнул вперед, стараясь встать так, чтобы свет сверху падал прямо ему на лицо. Убедился, что чужой его видит.
– Ты знаешь, кто я такой, – сказал он и вытащил из-за пояса пульт управления. – А королева знает, что это такое, – он показал рукой на передатчик.
Пол отсека для яиц мог заполыхать взрывами – именно такое зрелище транслировалось на экране. Спирс убедился, что королева знала об этом. Разумеется, сейчас она призовет своих трутней спасать яйца, надеясь найти для них безопасное место, но у нее не будет времени, чтобы переместить их все, и, кроме того, она не могла знать, что Спирс заминировал всю эту гребаную станцию и в любой момент может отправить ее на орбиту.
Королева знала обо всем, что видели трутни.
Трутень зашипел, затем развернулся и побежал в противоположную сторону.
– Вот дерьмо, – снова сказал солдат. – Он испугался вас!
– Чертовски верно, – кивнул Спирс. – И у него есть причины. Пошли.
Взвод подчинился без колебаний.
– Пауэлл?
– Туда, – сказал майор.
Уилкс повернулся, чтобы посмотреть на девушку.
– Я в порядке, – сказала Билли, запыхавшись. – Но Митч…
– …невкусный, – перебил ее Уилкс. – Если он не будет дергаться, они пройдут мимо.
– Спирс не пройдет, – возразил Пауэлл.
– Спасибо, майор. – Потом Уилкс снова обратился к Билли: – Послушай, он знает, куда мы бежим, он будет делать то, что может, чтобы убедиться, что мы смогли сделать это, и тогда он присоединится к нам.
– Я не могу оставить его здесь, – сказала Билли.
– Отлично. Мы подождем его. Обещаю.
Билли кивнула. Придется поверить. У нее нет выбора – остается доверять Уилксу.
Позади них кто-то закричал, затем послышался звук булькающей жидкости.
– Часики тикают, ребята.
Билли показалось, что она бежит большую часть своей жизни. Однако это было не то время и не то место, чтобы останавливаться и подводить итоги.
– Иди, – сказала она. – Я за тобой.
Они побежали.
19
Уилкс не боялся смерти. Он бежал туда, где, по его мнению, сейчас находилось самое безопасное место на этой крошечной планетке. Если ему не удастся спастись – что ж, очень плохо. Капрал и так жил в долг со времени первой встречи с чужими уже много лет. Сколько уже? Двенадцать, четырнадцать стандартных лет? Билли тогда было десять, надо бы спросить, сколько ей сейчас. Он должен был умереть со своим отрядом, но этого не случилось, и он потратил много выпивки, пытаясь забыть тот кошмар. Судьба не хотела его смерти, но тот, кто должен управлять миром, не говоря уже о командовании Колониальной морской пехоты, снова ткнули прошлым ему в лицо. Где-то по пути он придумал новую цель: уничтожить пришельцев вплоть до последнего трутня, до последнего яйца. Собственная гибель помешала бы капралу выполнить его миссию, и это волновало Уилкса больше, чем сама смерть. В его жизни когда-то присутствовал и обычный человеческий страх, но эти времена давно миновали.