Стив Лайонс – Ледяная гвардия (страница 29)
— Для начала познакомимся, — сказал он голосом, гладким как шелк. — Я правитель этого улья по праву завоевания. Я избранник богов Хаоса и верховный жрец на их службе. Я твой тюремщик, допросчик и, возможно, палач. Но самое главное, что тебе нужно знать обо мне, и сейчас это становится важным фактом в твоей жизни: я твой новый и единственный повелитель.
— Я знаю, кто ты такой, — сказал Стил, не пытаясь скрыть презрение в своем голосе. — Ты Мангеллан.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
До уничтожения Крессиды 12 часов 12 минут 8 секунд
Тварь двигалась так быстро, что ледяные гвардейцы едва успевали реагировать. Не обращая внимания на огонь лазганов Пожара и Анакоры, она заскользила к ним по сточной воде и, согнув свои короткие толстые лапы и цепкий хвост, прыгнула прямо в центр группы. Ледяные гвардейцы рассредоточились, насколько позволяло пространство, но тоннель был слишком узкий. Существо кидалось на них, выпуская когти и чудовищно разевая свою огромную пасть с зубами, напоминавшими клинки цепных мечей. Его челюсти чуть не сомкнулись вокруг руки Гавотского. Благо сержант успел вовремя ее отдернуть.
Наконец монстр плюхнулся брюхом в воду. «Видимо, принял свою естественную позу», — догадался Баррески. Длинное чешуйчатое тело твари делало ее похожей на аллигатора, но на спине вдоль хребта топорщились острые шипы, а голова была сплошь утыкана бесформенными гноящимися глазами.
Монстр опять встал на дыбы. Его горячее зловонное дыхание, перемешанное с брызгами слюны, ударило Гавотскому в лицо. Тот схватил подвернувшегося под руку мутанта-проводника и толкнул его прямо на чудовище. Ударившись о тело канализационного монстра, мутант издал пронзительный визг. Монстр же, не сомневаясь в удаче, тотчас вонзил в мутанта когти и, захватив челюстями голову, снова нырнул в воду.
Это дало ледяным гвардейцам время перегруппироваться и начать отстреливаться всерьез. Но, похоже, чудовище этого даже не заметило. Оно оторвало мутанту голову и с победным ревом отшвырнуло ее, забрызгав стены кровью.
Если ледяные гвардейцы надеялись, что одной жертвы будет достаточно, чтобы удовлетворить его аппетит, то их ждало жестокое разочарование.
— Полковник Станислав Стил, — сказал Стил. — Командир Триста девятнадцатого Вальхалльского полка Имперской Гвардии. И это все, что ты от меня узнаешь.
— Командир полка, хмм?.. — произнес Мангеллан, скривив губы в ухмылке. — Мне считать за честь, что тебя послали сражаться со мной? Или, напротив, принять как оскорбление, что ты привел с собой жалкую кучку солдат?
— Тебе следует бояться! — огрызнулся Стил на захватчика, скаля зубы. — Когда я освобожусь от этих цепей…
— О да, — сказал Мангеллан. — Ты хочешь освободиться, не так ли? В конце концов, разве не этого мы все хотим? Освободиться от цепей.
— Все, чего я хочу, — прорычал полковник, — это исполнить свой долг перед Императором.
— И ты хорошо ему послужил, очень старался. Вы смогли проникнуть в мой улей гораздо глубже, чем я предполагал. Не сомневаюсь, что ты — бывалый боец и хороший командир. И как твой бог воздает за преданность?
— Император дает нам все, что нужно.
— Каково тебе будет узнать, полковник Стил, что для Императора твоя жизнь так мало значит, что он готов жертвовать ею ради столь бесполезного дела?
— Это не бесполезное дело — сражаться за порядок и нанести удар по вашей философии.
— Я знаю, зачем вы здесь. Похоже, мнение исповедника Воллькендена о собственной важности не так раздуто, как я предполагал.
Стил не смог скрыть напряжение при упоминании имени исповедника.
— О да, — продолжал Мангеллан, явно наслаждаясь вызванной реакцией. — Я так и думал, что тебе это будет интересно. Воллькенден здесь. Он жив. Мы с ним много беседовали. Скоро ты сам его увидишь. Я устрою тебе личную встречу с человеком, ради которого ты был готов пожертвовать собой. Интересная будет встреча…
— Мне порезать его, повелитель? Заставить его говорить?
Взгляд Стила был прикован к Мангеллану, и он не сразу заметил вновь прибывшего, который, протиснувшись между предателями снаружи, замаячил возле дверного проема. Это был горбатый приземистый мутант, одетый во все черное. Длинные черные волосы падали на покатый лоб; на его ушах, бровях и шее пучками росла серая шерсть. В руках мутант вертел длинный, измазанный кровью нож, с какой-то особой нежностью поглаживая пальцами его лезвие.
— Нет необходимости, Фурст, — сказал Мангеллан. — Полковник Стил — не пленник, а гость.
— Тогда освободи меня, — предложил Стил, — и увидишь, как вальхалльский гвардеец отплатит тебе за гостеприимство.
— Мне нечего у него спрашивать, — продолжал Мангеллан, как будто не расслышав слова полковника. — Я знаю, зачем он сюда пришел, и не хуже его осведомлен, где находятся его солдаты. Они прячутся где-то в городе, и им никак не набраться храбрости, чтобы снова подойти к моему Ледяному дворцу.
Если бы бионический глаз Стила работал, полковник не замедлил бы разрядить его Мангеллану прямо в лицо. Видимо, хорошо, что он не работал, иначе Стил ограничился бы моральным удовлетворением от того, что покалечил своего врага. Однако выполнить задание это бы не помогло. Полковник был вынужден слушать Мангеллана и ждать момента своей готовности к бою, надеясь, что он в конце концов наступит. Тридцать пять секунд…
— Почему я еще жив, если тебе ничего от меня не нужно? — спросил Стил.
— Не задавай вопросы верховному жрецу! — прошипел горбатый мутант Фурст, пыхтя и переступая с ноги на ногу от возбуждения.
— Все в порядке, Фурст, — прервал его Мангеллан, словно вмешательство мутанта в разговор начало его раздражать. — Я рад сообщить полковнику Стилу все, что он желает знать. Именно поэтому я здесь — чтобы поговорить с ним, утешить его. — Он смотрел на Стила в упор. — И пригласить его присоединиться к нашему делу, — закончил он. В этот момент что-то блеснуло в черных безднах его глаз.
— Сосредоточить огонь! — прокричал Гавотский. — Попробуем прожечь его шкуру!
Канализационный монстр снова встал на дыбы, широко разинув свою пасть в пронзительном вое, то ли вызывая вальхалльцев на бой, то ли просто от боли. Ошеломленная и сбитая с толку тварь зашаталась под перекрестным огнем лазганов, и Михалев уже понадеялся, что она вот-вот рухнет или, по крайней мере, сбежит от греха подальше, но не тут-то было: жертвы были в очередной раз атакованы.
Палиневу удалось увернуться, и тварь со всей силы врезалась рылом в стену тоннеля, от чего, по идее, должна была сломать себе шею. Увы, нет. Чудовище снова упало брюхом в воду, подняв волну и вместе с ней выплеснув голову предыдущей жертвы — несчастного мутанта.
Тварь была оглушена и лежала неподвижно, ее спина возвышалась над водой, как покрытый шипами остров. Воспользовавшись преимуществом, ледяные гвардейцы усилили огонь. От их лазерных лучей чешуя у основания шипов на спине твари начала чернеть и покрываться пузырями. Чудовище беспомощно било хвостом. Анакора бросилась вперед и вонзила в монстра штык, рассчитывая его пригвоздить. Она метила верно, но ее сломанный штык не годился для такой задачи.
Монстр приходил в себя: над водой поднялась его голова, образовав еще один маленький остров. Многочисленные глаза свирепо вращались, и было невозможно понять, в каком направлении он бросится сейчас, кого выберет на роль следующей жертвы.
Анакора резко упала, словно подкошенная, и стоявший сзади Михалев заметил, что вокруг ее лодыжек обвился огромный хвост чудовища. Чтобы дотянуться до опутанной хвостом и беспомощно барахтающейся жертвы, тварь изогнулась назад и с невероятной ловкостью и гибкостью сложилась пополам.
Михалев был готов снова стрелять, но на пути у него встал Пожар, бросившийся на спину канализационному монстру с такой яростью, которую, несомненно, одобрил бы ныне покойный Борщ. Нащупав ножом один из множества глаз чудовища, Пожар воткнул в него лезвие, и тварь, издав вопль, отпустила Анакору, чтобы разбираться с более опасной угрозой.
Чудовище брыкалось и корчилось под тяжестью молодого солдата. Шип, пропоровший шинель, вонзился Пожару в живот. Пожар испустил стон и, задыхаясь от боли, соскользнул в воду. Анакора попыталась вытащить своего товарища, помочь ему, как он только что помог ей, но тварь быстро встала на дыбы и теперь нависала над обоими.
Рука Михалева нащупала в кармане шинели твердый цилиндрический предмет, который он держал наготове для подобных случаев. Использовать его здесь, в закрытом пространстве, было рискованно, особенно для Анакоры и Пожара, но Михалев знал, что если он не сделает это сейчас, товарищи будут мертвы, — и сделал все безупречно.
— Подрывной заряд! — крикнул он и метнул устройство. Цель и момент были выбраны идеально. Заряд, попавший твари прямо в пасть, скользнул с языка внутрь и исчез между зубами… Михалев вместе с остальными ледяными гвардейцами, точнее, с шестерыми из них, отбежал в сторону, в то время как беспомощные Пожар и Анакора оставались прижатыми к стене.
И тут по ушам Михалева ударил взрыв. Тоннель содрогнулся, Михалева обдало со спины брызгами чего-то мягкого и липкого. Тем не менее взрыв не сбил вальхалльца с ног и не разрушил проход. Когда он наконец обернулся в сторону Пожара и Анакоры, увидел, что они по-прежнему живы, только с ног до головы покрыты кровью, потрохами и обугленным мясом монстра, который едва их не сожрал.