Стив Лайонс – Ходячие Мертвецы (страница 38)
Ему говорили, что имперские войска превосходят противника в численности, поэтому если он сможет убить хотя бы одного некрона, то уже сделает вклад в победу. Казалось, от него требовалось не так уж много. С лазганом «Люциус» в руках, Гюнтер чувствовал, что способен на большее.
Пара флаеров кружилась в воздухе, держась на приличном расстоянии от пушек некронов. Вдруг они развернулись и направились обратно к космопорту, и лейтенант СПО, стоявший позади Гюнтера, закричал:
– Взвод М, началось! Они здесь. Первый ряд, на колени!
То же приказ раздался слева и справа, и три сотни солдат опустились на колени, подняв оружие. Гюнтер тоже поднял лазган, хотя перед ним было четыре ряда солдат, и он знал, что не сразу сможет увидеть цель.
– Помните, чему вас учили, – говорил лейтенант. – Удерживайте позицию любой ценой. Кто может, переключите оружие на огонь очередями и выпускайте по этим кадаврам все, что у вас есть. Когда некрон падает, продолжайте стрелять по нему. Я получил сообщение от губернатора-генерала: он благодарен нам за те жертвы, которые мы приносим, и призывает благословение Бога-Императора на нас всех.
Почти сразу после того, как он закончил говорить, гора развалин задрожала от нескольких мощных взрывов с другой ее стороны. Из-за рядов имперской пехоты открыли огонь тяжелые орудия Корпуса Смерти, снаряды «Сотрясателей» пролетали над рассыпавшимися баррикадами обломков в надежде найти за ними цели.
Противник не стал ждать, пока его расстреляют. Некронские призраки летели вперед, проходя прямо сквозь камни и залпы лазерного огня двух первых рядов СПО. Солдаты знали об этих монстрах, были подготовлены к встрече с ними, насколько это было возможно. Но все же встретить их в реальности для многих солдат оказалось слишком, и новобранцы и ветераны пытались бежать, но из-за плотных рядов позади них бежать было некуда. Слева от Гюнтера значительная часть взвода N была сбита с ног в давке, устроенной этими трусами.
Услышав выстрелы лазганов позади, Гюнтер оглянулся и увидел, что покрытые содранной кожей вурдалаки оказались уже в самом центре строя Корпуса Смерти. Гвардейцы, конечно, ожидали этого, и их огонь разрывал некронов, прежде чем те успевали пустить в ход когти-клинки. Гюнтер вспомнил свою первую встречу с этими вурдалаками ночью в мертвом городе, казалось, так давно, в другой жизни. Он вспомнил, как боялся их тогда, но сейчас он чувствовал только ненависть.
Обстановка впереди не внушала уверенности. Дезертиры были остановлены сержантами, или просто поняли, что бежать некуда, и остается только защищаться. Воздух шипел от лазерных лучей, но некроны-призраки с легкостью проходили сквозь эту стену огня, и когда в одного все-таки попали, казалось, это совсем не причинило ему вреда.
К счастью, гренадеры Корпуса Смерти были на снайперских позициях, кучи развалин позволяли им стрелять с высоты над головами солдат. Их мелтаганы с шипением выстрелили, и, хотя некоторые призраки без вреда прошли сквозь огонь, многие были уничтожены. Но уцелевшие неумолимо рвались вперед, прорубая себе путь сквозь ряды солдат, и, прежде чем Гюнтер понял это, ряд перед ним опустился на колени, и пришло время ему принять участие в бою.
Криговский лазган не имел режима стрельбы очередями. «Одного меткого выстрела из него будет достаточно», говорил квартирмейстер. «Нет необходимости зря тратить боеприпасы». Конечно, он считал само собой разумеющимся, что стрелять будет хорошо подготовленный стрелок, ибо первые два выстрела Гюнтера прошли безнадежно мимо. Третий был уже ближе к цели, четвертый и пятый еще ближе, но Гюнтер терял драгоценные секунды. Некрон оказался прямо перед ним, и Гюнтер подумал, что сейчас монстр набросится на него, но призрак атаковал солдата, который стоял перед Гюнтером и стрелял, опустившись на одно колено.
Солдат ударил лазганом, пытаясь отбросить призрака, и некрон рванулся в сторону, но успел забрать лицо своей жертвы. Солдат схватился руками за лицо, но тут же отдернул их и рухнул на спину, столкнувшись с Гюнтером. На одну ужасную секунду их взгляды встретились. Глаза солдата были полны абсолютного ужаса, белые на фоне кровавой массы обнаженных мышц и сухожилий. Чувствуя всплеск ярости, Гюнтер сделал несколько выстрелов вслед призраку.
Последние два выстрела попали точно в цель, и Гюнтер едва не заплакал от разочарования, когда они прошли сквозь призрака, не причинив вреда.
Лейтенант снова прокричал приказ, и Гюнтер с ошеломленным удивлением понял, что это приказ его ряду – теперь переднему – опуститься на колени. Его время почти вышло, а он все еще не убил ни одного врага – на большее он теперь и не надеялся. Он отбросил свои мысли о солдатах, которые погибли, не достигнув этой цели, боялся думать о том, что это может значить для исхода войны.
Полк Гюнтера этим утром выслушал две речи. Одну произнес полковник Браун в присутствии губернатора-генерала. Это была волнующая речь о чести, славе и верности Императору. Но перед ним криговские инструкторы произнесли речь о смерти, и уже тогда Гюнтер знал, какая речь была более честной.
Призрак бросился к нему, и Гюнтер сосредоточился на том, чтобы прицелиться, ждал, пока чудовищная тварь заполнит прицел, не позволяя страху заставить его спешить. Один меткий выстрел. Он попал прямо в глазницу, погасив сиявший в ней зеленый свет, некрон беспомощно завертелся и упал. Первая кровь Гюнтера, хотя о чудовищах, не имевших крови, так можно было сказать лишь метафорически. Его первый бесспорно убитый враг.
Он едва не вскочил на ноги и не закричал от радости. Он мог бы умереть с улыбкой на лице, если бы чья-то рука не схватила его за лодыжку. Он остановился и посмотрел вниз, в умоляющие глаза солдата с освежеванным лицом, все еще живого, хотя он, должно быть, испытывал сейчас невыносимую боль. Часть прежнего Гюнтера, все оставшееся в нем сочувствие пробудилось внутри него, и он был готов дать несчастному то, чего тот так хотел – быструю смерть от выстрела в голову, но голос криговского инструктора в голове выругал его за то, что он упускает из виду врага и хочет зря потратить боеприпасы.
По крайней мере, в первом случае призрачный голос был прав.
Середина огромной баррикады из развалин рухнула, и верхняя часть обрушилась в образовавшуюся брешь. Лавина каменных обломков поползла к Гюнтеру, хороня под собой его мертвых товарищей и угрожая тем же самым ему.
Следующее, что он помнил – он полз на животе, его голова болела, но он не знал почему. Он попытался подняться, и на тыльную сторону его руки упал комок полузапекшейся крови. Он подумал, что его, вероятно, ранило осколком камня, и на секунду он потерял сознание. Из всех способов умереть, какие он ожидал сегодня… «
Он осторожно поднял голову, вглядываясь сквозь пелену дождя, и увидел их. В первый раз он видел, с чем именно столкнулись имперские войска на Иеронимус Тета.
Конечно, скелетоподобных пехотинцев некронов Гюнтер видел и раньше, и даже в небольших количествах они были страшным противником. Но теперь на него шли сотни, тысячи их, и от зрелища их одинаковых бесстрастных лиц-черепов, сердце застыло в его груди. Их длинноствольные пушки извергали зеленые молнии в ряды имперских солдат; там, куда попадали эти молнии, люди превращались в пепел. Но пехотинцы некронов были еще не самым худшим.
Позади их рядов шагали еще более высокие фигуры с огромными двуствольными пушками, изрыгавшими лучи изумрудного цвета над головами пехотинцев – а фланги пехоты прикрывали некроны, почти так же изуродованные, как и призраки, нижние половины их тел были удалены, а верхние приварены к тяжело бронированным летающим скиммерам. Вместо правых рук у них были огромные гаусс-пушки, вместо правой половины черепа – ауспексы наведения.
Завершали эту кошмарную армию танки некронов. Инструкторы Гюнтера говорили о них, о разрушениях, которые они могут причинить. Они были пирамидальной формы, сделанные из темно-зеленого металла – техно-колдовского металла, как слышал Гюнтер, способного, как и сами некроны, восстанавливаться после самых тяжелых повреждений. На их бортах сияли золотом нечестивые символы, в их бронированных башнях горел зеленый свет. Их многочисленное оружие, к счастью, пока молчало, но Гюнтер инстинктивно понимал, что лучше ему быть где-то подальше отсюда, прежде чем эти пушки подойдут на дистанцию выстрела.
Но сейчас он был в ловушке между когтями призраков позади и зелеными молниями пехотинцев некронов впереди, и на секунду Гюнтер потерял всякую надежду. Некронов невозможно будет остановить.
Он недооценил Корпус Смерти Крига.
Гвардейцы Крига – большинство из них – были вооружены так же, как Гюнтер и многие его товарищи. Разница была в том, что они знали, как использовать свое оружие с максимальной эффективностью. Они действовали с безупречной согласованностью, каждое отделение гвардейцев сосредотачивало огонь на одном противнике, пока тот не падал. Огонь тяжелой артиллерии Корпуса Смерти тоже стал более действенным. Сейчас некроны были слишком близко для «Сотрясателей», но не столь дальнобойные «Медузы» более чем исправляли эту ситуацию, каждым снарядом, который они выпускали, уничтожая целые группы наступающих ксеносов.