Стив Берри – Пророчество Романовых (страница 66)
— Мелинда, мне нужно срочно поговорить с мистером Хейесом. Как только он позвонит из России…
— Майлз, мистер Хейес сейчас как раз на другой линии. Он попросил переключить его в режим ожидания и принять ваш вызов.
— Соедините меня с ним.
— Уже нажимаю кнопки.
Через несколько секунд в трубке послышался голос Хейеса:
— Майлз, ты где?
Лорду потребовалось несколько минут, чтобы рассказать все. Молча выслушав его, Хейес спросил:
— Ты хочешь сказать, сейчас рядом с тобой сидит наследник русского престола?
— Именно так.
— Никаких сомнений в этом?
— У меня никаких. Но любые вопросы снимет анализ ДНК.
— Майлз, слушай меня, слушай внимательно. Я хочу, чтобы ты оставался там, где находишься. Никуда не уезжай из города. Скажи название гостиницы, в которой ты остановился.
Лорд сказал.
— Оставайся в гостинице. Я буду у вас завтра вечером. Вылетаю из Москвы в Нью-Йорк первым же самолетом. Тут нужно вести себя очень осторожно. Как только я прибуду на место, мы подключим государственный департамент и всех остальных, кого только потребуется. В пути я свяжусь с нужными людьми. С этого момента я все беру на себя. Это понятно?
— Я все понял.
— Надеюсь. Я страшно зол на тебя за то, что ты ждал так долго и позвонил только сейчас.
— Разговаривать по телефону небезопасно. Я даже сейчас боюсь, что нас могут прослушивать.
— Этот телефон абсолютно надежен. Даю полную гарантию.
— Тейлор, извините, что столько времени держал вас в неведении. Но у меня не было выбора. Я все объясню, когда вы прибудете сюда.
— Жду не дождусь нашей встречи. А теперь ложись спать. Завтра увидимся.
ГЛАВА 45
Лорд следовал указаниям Майкла Торна. Сам адвокат сидел на заднем сиденье джипа «чероки», взятого вчера напрокат в аэропорту Эшвилла. Акулина устроилась спереди.
Лорд и Акулина провели беспокойную ночь в гостинице «Азалия», возбужденные своим открытием. Лорд нисколько не сомневался, что лысеющий мужчина средних лет с мягкими серыми глазами и есть наследник русского престола. Кто еще мог знать точные ответы на все вопросы? Не говоря про золотой язычок, которого недоставало колокольчику. Майкл Торн выполнил все условия, предложенные Юсуповым для установления его личности. С тех пор наука шагнула далеко вперед, и теперь бесспорный вердикт вынесет анализ ДНК, проведения которого обязательно потребует Царская комиссия.
— Здесь поворот налево, Майлз, — сказал Торн.
Вчера вечером после двухчасовой беседы и звонка Тейлору Хейесу они перешли на «ты». За завтраком Торн спросил, не хотят ли они увидеть могилу. Вспомнив категоричный приказ Хейеса оставаться на месте, Лорд тем не менее решил, что от короткой поездки ничего плохого не будет. Поэтому они проехали несколько миль на юг от Дженезиса к очаровательной рощице золотых и медно-красных деревьев. Погода стояла солнечная и ясная. Лорд посчитал это небесным знамением, обещанием, что все будет хорошо.
Вот только будет ли?
Здесь, в американской глубинке, известной простоватыми трудолюбивыми жителями, среди горных хребтов, затянутых голубой дымкой, жил самодержец всея Руси. Провинциальный адвокат, получивший образование в Университете штата Северная Каролина, а потом окончивший юридический факультет расположенного неподалеку Университета Дьюка. Заплативший за обучение студенческим кредитом, за который приходилось расплачиваться подработками. Сумевший вырастить двоих детей.
Торн подробно рассказал о себе. Лорд и Акулина обязаны были знать о нем все. Получив диплом, Торн вернулся в Дженезис, где двадцать четыре года занимался юридической практикой. Он открыл контору и повесил на самом видном месте вывеску. Так требовал Юсупов. Знак, указывающий след. Разумеется, Юсупов не мог предположить, что появятся компьютеры, спутниковая связь и Интернет, позволяющие отыскать человека нажатием клавиши. Мир сделался таким маленьким, что в нем почти негде спрятаться. Однако Николай Максимов и отец Торна, а после него и сам Торн строго выполняли все распоряжения Юсупова, и эта дотошность принесла свои плоды.
— Машину можно оставить здесь, — сказал Торн.
Лорд затормозил перед кряжистым дубом. Легкий ветерок шевелил ветвями. Осыпаясь, листья кружились, будто в танце.
В отличие от замерзшего кладбища в Стародубе, здесь царил безукоризненный порядок. Трава пострижена, на многих надгробиях лежали свежие цветы и венки. Нигде ни мха, ни плесени, хотя среди могильных камней встречались и такие, что несли на себе печать времени. Вымощенная щебенкой дорожка рассекала обширное кладбище надвое, тропинки вели к самым отдаленным уголкам.
— За могилами ухаживает наше местное историческое сообщество. Со своей работой оно справляется замечательно. Первые захоронения относятся к временам Гражданской войны.
Торн провел Акулину и Лорда по периметру заросшей травой лужайки. Меньше чем в пятидесяти шагах выстроились ровным рядом императорские деревья, усыпанные яркими плодами.
Лорд увидел простые каменные надгробия с высеченными наверху крестами.
АННА ТОРН
18 июня 1901 — 7 октября 1922
ПОЛ ТОРН
12 августа 1904 — 26 мая 1925
— Любопытно, что даты рождения указаны настоящие, — заметил он. — Не слишком ли это опрометчиво?
— Ни в коей мере. Здесь никто понятия не имел, кто это такие.
На обоих могильных камнях была выбита одна и та же эпитафия. «ПРЕТЕРПЕВШИЙ ЖЕ ДО КОНЦА СПАСЕТСЯ».
— Последняя весточка от Юсупова? — предположил Лорд.
— Лично я считаю, эти слова очень кстати. Из рассказов я понял, что и Алексей, и Анастасия были необыкновенными людьми. Возможно, если бы они так и остались цесаревичем и великой княжной, окружение их испортило бы. Но здесь они были просто Полом и Анной.
— Какой она была? — спросила Акулина.
Губы Торна тронула улыбка.
— Годы пошли Анастасии на пользу. Подростком она была излишне полной и капризной. Но потом она похудела и, как мне рассказывали, стала красивой, какой в ее возрасте была мать. До конца дней своих Анастасия прихрамывала, тело ее было покрыто шрамами, но лицо осталось нетронутым. Отец передал мне все, что рассказывал о ней Юсупов.
Торн сел на каменную скамью. Издалека доносилось хриплое карканье ворон.
— Главной надеждой была Анастасия, хотя и существовали опасения, что гемофилия передастся от нее ребенку-мальчику. Никто всерьез не думал, что Алексей продержится достаточно долго, чтобы ему подыскали жену и у них родились дети. Просто чудо, что ту жуткую ночь в Екатеринбурге он пережил без обострения. Здесь у него было несколько приступов. Одному здешнему врачу удавалось облегчать течение болезни. Алексей полностью доверял ему, как доверял Распутину, и в конечном счете его свел в могилу обыкновенный грипп, а не плохая кровь. Тут Распутин тоже оказался прав. Он предсказал, что причиной смерти наследника станет не гемофилия. Когда Алексей умер, моему отцу был всего год. Бабушка дожила до семидесятых годов. Она была замечательным человеком.
— Она знала, кем был ее муж? — спросил Лорд.
Торн кивнул.
— Бабушка родилась в России, в благородной семье. Ее родители покинули родину после прихода к власти Ленина. Бабушке было известно все. Скрыть физический недуг Алексея было невозможно. Они прожили вместе всего три года, но, слушая рассказы бабушки, в это было трудно поверить. Она любила Алексея Николаевича.
Акулина опустилась на колени перед надгробиями. Лорд молча смотрел, как она перекрестилась и прочитала молитву. Акулина рассказала ему, что произошло в православной церкви в Сан-Франциско, и теперь он вдруг понял, что эта русская женщина более религиозна, чем признаётся сама себе. Лорда тронула эта сцена. Умиротворение нарушали лишь белки, снующие в ветвях императорских деревьев.
— Я часто прихожу сюда, — сказал Торн.
Он указал на три надгробия, развернутые в другую сторону.
— Здесь похоронены мои отец, мать и бабушка.
— А почему бабушка не похоронена рядом с мужем? — спросила Акулина.
— Она запретила. Сказала, что рядом нужно похоронить сестру и брата. Они были царских кровей, поэтому должны покоиться отдельно. Бабушка настояла на этом.
Они молча возвратились в Дженезис, и Лорд сразу направился в контору Торна. Там он обратил внимание на фотографию женщины и двух юношей, стоящую на пыльном серванте. Это были жена Торна — привлекательная, с темными волосами и теплой улыбкой — и сыновья — красивые, смуглые, с широкими славянскими скулами. В их жилах текла кровь Романовых. Четвертая часть. Они были прямыми потомками Николая II. Лорду захотелось узнать, как воспримут сыновья Торна известие о своем благородном происхождении.
Взяв сумку, ту самую, которая побывала в передряге в сан-францисском зоопарке, Лорд положил ее на деревянный стол. Вечером, ошеломленный случившимся, он забыл про яйцо Фаберже. И вот теперь он осторожно достал обломки сокровища и показал Торну два крошечных портрета Алексея и Анастасии. Торн пристально всмотрелся в лица.
— Я никогда не видел, как они выглядели, когда жили в Америке. Других фотографий не было. Бабушка рассказывала про эти снимки. Они были сделаны в часовне, недалеко отсюда.
Взгляд Лорда вернулся к фотографиям семьи Торна на серванте.
— А что насчет твоей жены?
— Я ей вчера так ничего и не рассказал. Вот приедет твой босс, мы определим, что делать дальше, и тогда я с ней переговорю. Ее нет в городе. Уехала в Эшвилл, к сестре. У меня будет время все обдумать.