Стив Берри – Измена по-венециански (страница 68)

Виктор выглядел так же, как в тот момент, когда появился в соборе: с покрытым сажей лицом и в грязной одежде. Он шел тяжелой поступью очень уставшего человека.

Малоун отступил за угол и, дождавшись, когда Виктор вошел внутрь и повернулся, чтобы направиться к главному залу аэропорта, покинул свое укрытие и двинулся следом за ним.

— Долго же вы добирались.

Виктор остановился и повернулся. На его лице не отразилось ни малейшего намека на удивление.

— Я полагал, что моя задача — помочь Витт.

— А моя — помочь вам в этом.

— Вы с вашими друзьями подставили меня в Копенгагене. Мне не нравится, когда мной играют.

— Кому же такое понравится!

— Возвращайтесь туда, откуда явились, Малоун, и дайте мне самому разобраться с этим делом.

Малоун вытащил пистолет. Одно из преимуществ перемещения на американском военном самолете состояло в том, что его экипаж и пассажиры не должны были проходить таможенный контроль.

— Меня просили помочь вам, и я намерен это сделать вне зависимости от вашего желания.

— Вы собираетесь застрелить меня? — Виктор покачал головой. — Кассиопея Витт убила моего напарника в Венеции и пыталась убить меня.

— В то время она еще не знала, что вы работаете на нас.

— По-вашему, это представляет собой проблему?

— Я еще не решил, представляете ли собой проблему вы.

— Проблемой является эта ваша женщина, — сказал Виктор. — Я сомневаюсь в том, что она согласится принять помощь — хоть от вас, хоть от меня.

— Может, и так, но она все равно ее получит. — Малоун решил сменить тон на более мягкий и проговорил: — Мне характеризовали вас как ценное приобретение для нашего правительства, так давайте вместе поможем ей.

— Я и собирался это сделать, только не рассчитывал на то, что у меня появится подручный.

Малоун сунул пистолет за пояс под куртку.

— Проведите меня во дворец.

Эта просьба удивила Виктора.

— И всего-то?

— Для командира Священного отряда с этим не возникнет сложностей. Вам никто не станет задавать вопросы.

— Вы все с ума сошли, — потряс головой Виктор. — У вас что, склонность к суициду? Плохо уже то, что здесь оказалась она. Так теперь еще и вы. Я не могу нести ответственность за все это. Кроме того, глупо уже одно то, что мы с вами стоим тут и беседуем. Зовастина знает вас в лицо.

Малоун уже думал об этом, но, проведя предварительную рекогносцировку, убедился, что в вестибюле камер наблюдения нет. Они располагались дальше, в основном зале терминала. Поблизости даже не было людей, потому он и решил, что вестибюль — самое подходящее место для разговора.

— Просто проведите меня во дворец. Если вы сделаете это, я выполню основную работу. Таким образом и вы не будете расшифрованы. Вам не придется делать ничего, разве что подстраховывать и прикрывать меня. Вашингтон хочет любой ценой сохранить вас для дальнейшей работы, и именно поэтому я нахожусь здесь.

Виктор, словно не веря собственным ушам, развел руками.

— И в чьей голове созрел этот дикий план?

Малоун ухмыльнулся.

— В моей.

67

Винченти вывел Линдси с задней террасы дома на каменистую тропку, что вела к горе. Зная, что ему часто придется ходить по этой древней тропинке, он загодя приказал выровнять ее, вырубить в некоторых местах скалы ступени и провести к тропе электричество. И тропинка, и гора находились на территории его владений. Каждый раз, возвращаясь сюда, он вспоминал старого целителя, который по-кошачьи карабкался по склону горы, цепляясь за ее поверхность босыми ногами и пальцами. Винченти взбирался следом за ним, полный предвкушением чуда, словно ребенок, который поднимается за отцом по крутой лестнице на чердак, с замиранием сердца гадая, что там находится. И он не разочаровался.

Серая поверхность скалы была испещрена блестящими прожилками кристаллической породы, поэтому казалось, что они находятся в каком-то созданном самой природой храме. Ноги Винченти болели от напряжения, дыхание с хрипом вырывалось из груди. После того как он преодолел еще один уступ горы, пот градом струился по его лицу. Линдси, худой и жилистый, выглядел таким же свежим, как в начале подъема.

Оказавшись на последнем уступе, Винченти с облегчением выдохнул.

— На западе — Федерация, на востоке — Китай. Мы стоим на перекрестке.

Линдси покрутил головой, осматривая открывшийся перед ними вид. Лучи полуденного солнца освещали длинные гряды напоминающих пирамиды вершин. По долине, раскинувшейся позади дома, бесшумно несся табун лошадей.

Винченти с наслаждением наблюдал эту картину. То, что он открылся перед Карин Вальде, еще больше распалило его стремление добиться мирового признания. Он нашел нечто необыкновенное и сумел завладеть им. Настоящий подвиг, учитывая, что в то время этот регион был под пятой Советского Союза. Но Федерация все изменила, и, используя ресурсы Венецианской лиги, Винченти сделал так, что эти изменения пошли ему на пользу.

— Сюда, — сказал он, указав на расщелину в склоне горы.

Тридцать лет назад ему не составило труда пролезть в эту узкую щель, но тогда Винченти весил на семьдесят пять килограммов меньше. Теперь он протискивался с трудом.

Через расщелину они попали в узкий коридор, который привел их в пещеру с серыми стенами и неровным куполообразным сводом. Тусклый свет проникал только со стороны входа. Винченти подошел к распределительному щиту и включил установленные на потолке лампы. На каменном полу соседствовали два пруда диаметром в десять футов каждый. В одном из них вода была коричневой, в другом — зеленой. Оба они были подсвечены установленными в них водонепроницаемыми фонарями.

— В этих горах полным-полно горячих источников, — пояснил Винченти. — С древних времен местные жители верили в то, что они обладают целебными свойствами, — и были правы.

— Зачем понадобилась подсветка?

Винченти пожал плечами.

— Мне нужно было изучить воду, выяснить, почему в двух соседствующих прудах она разного цвета.

— Значит, здесь и живет архея?

Винченти указал на зеленый бассейн.

— Вот ее дом.

Линдси склонился над прудом и опустил ладонь в прозрачную воду, и от этого прикосновения по ней побежала рябь. Растений, которые плавали на поверхности пруда, когда Винченти оказался здесь в первый раз, теперь не было. Они, видимо, умерли много лет назад, но это не имело ровным счетом никакого значения.

— Примерно тридцать восемь градусов по Цельсию, — констатировал Линдси. — Но теперь, после того, как мы модифицировали их, они могут существовать и при комнатной температуре.

Одна из задач, поставленных перед Линдси, заключалась в том, чтобы разработать план действий, а именно: что будет делать компания, когда Зовастина развяжет свою широкомасштабную войну и понадобится большое количество антигена, поэтому Винченти спросил:

— Мы готовы действовать?

— Вырастить небольшие колонии бактерий, которые мы использовали против зоонозов, было нетрудно. Делать это в промышленных масштабах — совсем иное дело.

Винченти так и полагал, почему и попросил у Артура Бенуа крупный заем. Необходимо создавать инфраструктуру, нанимать работников, создавать сеть распространения, проводить дальнейшие исследования. Все эти задачи требовали значительных капиталовложений.

— На это можно переориентировать наши производственные мощности во Франции и Испании, — предложил Линдси. — Однако я рекомендовал бы со временем организовать отдельное, специализированное производство, поскольку нам понадобятся миллионы литров антигена. К счастью, бактерия воспроизводится с легкостью.

Настало время выяснить, действительно ли этот человек по-настоящему заинтересован в проекте.

— Вы когда-нибудь мечтали попасть в историю?

Линдси засмеялся.

— Кто же об этом не мечтает!

— Я говорю совершенно серьезно: войти в историю как человек, совершивший научное открытие — открытие века. А что, если я могу помочь вам удостоиться этой чести. Вам бы этого хотелось?

— Я уже ответил на ваш вопрос: кому бы этого не хотелось!

— Представьте себе: через десятки лет школьники читают в энциклопедии о ВИЧ и СПИДе, а там — ваше имя. Имя человека, который помог победить чуму двадцатого века.

Винченти вспомнил восторг, испытанный им, когда мысль об этом впервые пришла в голову ему самому. Почти такое же удивление и восторг читал он сейчас в глазах Линдси.

— Вы хотите быть частью этого?

— Конечно, — без колебаний ответил Линдси.

— Я могу помочь вам в этом. Однако — на определенных условиях. Нет нужды говорить, что одному мне все не потянуть. Мне нужен человек, разбирающийся в биологии, который будет лично контролировать производство. Разумеется, делом первостепенной важности является обеспечение безопасности. После того как наши патенты будут оформлены, я почувствую себя гораздо лучше, и все же понадобится тот, кто станет заниматься этим на постоянной основе. Вы, Грант, наиболее логичная кандидатура на эту роль. Взамен вы получите ограниченное признание как участник открытия и щедрое вознаграждение. Говоря «щедрое», я имею в виду миллионы.