Стиг Ларссон – Все дни, все ночи. Современная шведская пьеса (страница 69)

Тумас. А что будет с Ульрикой? И со мной?

Брур молча смотрит на него.

Тумас. Мне пора.

Брур. Иди. Если и впрямь начнется мировая война, я, пожалуй, понадоблюсь в центральной редакции.

Тумас. Наверняка. Спасибо за ободряющие слова.

Брур. Пошел к дьяволу.

Тумас. Я уже в пути.

Брур. Привет Ульрике.

Тумас. Она ничего не знает.

Брур. Ты собираешься сам рассказать ей об этом? Дело-то ведь, как говорится, сугубо семейное.

Тумас. Я не хочу потерять Ульрику. Я люблю ее, но тебе этого не понять.

Брур. Тебя бы следовало хорошенько взгреть...

Тумас. Спасибо. (Уходит.)

Брур. Малютка Тумас! Я безутешен, я готов выплакать глаза из-за тебя и Ульрики.

Тумас оборачивается, кивает и уходит.

Свет сосредотачивается на Бруре, но высвечивает на минуту и Тумаса. Потом падает на Магду.

Брур. Я помню, когда я в ту ночь вернулся домой, Магда проснулась, посмотрела на меня и что-то в моем лице ее задело.

Магда. Выражение грусти.

Брур. Она спросила, что произошло, и я рассказал.

Магда. Ульрика! Тумас! Я еду к ним.

Брур. А я говорю, нет. Нет, Магда. Мы не можем помочь. Это их дело.

Магда. В ту ночь я долго сидела на кровати в ожидании рассвета. Рассвета не было. Дождь со снегом хлестал по стеклу. Через декабрьскую темноту пробивался слабый свет, и только. Настало утро, настал вечер...

Свеча. Стеариновая свеча. Когда сцена освещается, мы видим Таню, сидящую на полу. Нос у нее слегка покраснел, она неуклюже заворачивает рождественские подарки. Рядом стоит Тумас в пальто.

Тумас (оглядываясь). Какая хорошая квартира.

Таня (шмыгая носом). Это папа.

Тумас. Отлично.

Таня. Почему ты не звонил?

Тумас. Извини.

Таня (шмыгая носом). Я знала, что ты придешь. Мама с папой ужасно возмущены, но я тебя защищаю. Им пора понять, что я уже взрослая. С мебелью здесь будет еще лучше. Я сменю обои. Я точно знаю, какую мне хочется мебель и детскую кроватку!

Тумас. Таня. Нам нужно поговорить.

Таня. Сейчас придут родители. Они тоже хотят поговорить с тобой.

Тумас. Таня. Все это как-то глупо.

Таня. Что ты имеешь в виду?

Тумас. Ты не хочешь меня спросить, что я обо всем этом думаю?

Таня. Само собой.

Тумас. Или Ульрика?

Таня (смотрит в сторону). Это не мое дело.

Тумас. Не твое. А если я скажу, что ребенок — не мое дело?

Таня. О чем ты?

Тумас. Ты слышала, что я сказал! Прости, прости.

Таня. Ты собираешься отказаться?

Тумас. Разумеется, нет.

Таня. Ты не можешь так поступить. Не можешь, понимаешь?

Тумас. Таня. Малышка Таня. Послушай меня. Ведь это вовсе не то, о чем ты мечтала. Ты хотела жить с тем, кто любит тебя, быть с ним вместе, словно у вас кожа одна на двоих — так ведь ты говорила. Но этого не будет.

Таня. Ну, так будет по-другому.

Тумас. Через пару лет ты встретишь какого-нибудь парня, вы поженитесь, родите ребенка, и все будет так, как ты мечтала.

Таня. Ты хочешь, чтобы я сделала аборт! Ты хочешь превратить меня в убийцу! Никогда. Я хочу, чтобы у моего ребенка был отец, и я хочу, чтобы им был ты, ведь это так и есть!

Тумас. А если я не хочу?

Таня. Настанет день, и ты тоже будешь рад нашему ребенку, как я.

Тумас. А Ульрика?

Таня. У нас же есть загородный дом. Там мы все можем видеться... Ты, я, ребенок... и все другие.

Тумас не отвечает, он ошеломлен.

Таня (ободряюще). Тебе просто нужно время. Папа всегда говорит, что нужно время, чтобы привыкнуть.

Тумас. Привыкнуть? Знаешь, мне кажется, твой отец что-то недопонимает, если говорит, что цель жизни — привычка.

Таня (после паузы, радостно). Хочешь, скажу, какое я придумала, какое я придумала ему имя?

Тумас не успевает ответить, появляются Гертруд и Фредрик, у нее в руках пакет с продуктами, у него — елка.

Тумас. Здравствуй, Гертруд. Привет, Фредрик. (Смеется.) Ну и вид у вас! Неужели вы сами не замечаете, что это смешно?

Гертруд. Смешно?

Тумас. Забудь об этом. Извини, черт побери.

Гертруд. Что ты собираешься делать?

Тумас. Делать?

Гертруд. Ну да. Что ты собираешься делать? (Иронически, не услышав ответа от Тумаса.) Может быть, вы собираетесь съехаться?

Тумас. Господи, Гертруд...

Гертруд. Ну, мне-то откуда знать. Мне известно только, что ты не появлялся с тех пор, как Таня тебе позвонила. Это мне известно. Я, по глупости своей, думала, что ты живешь с Ульрикой.

Тумас. Живу.