Стейси Тромбли – Проклятие терний (страница 27)

— Ты войдёшь в Выжженные земли следом за ним? — шепчет Кари, сочувствие в её глазах сменяется осуждением. — В платье?

— Я пыталась найти какие-нибудь вещи, — защищаюсь я.

Она качает головой.

— Ботинок мало. Тебе нужно нормальное снаряжение.

Дин разворачивается к Кари.

— Нет, ты не будешь поддерживать эту затею!

Кари поджимает губы.

— Я просто говорю, что если…

— Нет! — кричит Тьядин. — Никаких «если»! Кейлин, — он разворачивается ко мне, в его глазах смесь боли и ярости, — если ты войдёшь туда, только один из вас сможет выйти.

Сердце сжимается.

— Да, — шепчу я.

— Это же самоубийство.

— Нет.

— Да, чистой воды самоубийство. Потому что ты собираешься спасти его. И если у тебя это получится, ты не сможешь вернуться. Никогда.

Я прикусываю губу.

— Говоришь так, будто это проблема.

Он вскидывает руки. Я вздрагиваю, ожидая удара, но он только прижимает меня спиной к карете.

— Нет! — рычит он. — Ты важна для нас, Кейлин. Я не позволю тебе рисковать жизнью, будто она не имеет значения!

— А какие у нас ещё варианты, Дин? — кричу в ответ. Его ладони всё ещё давят мне на грудь, из-за чего мне труднее дышать, но я не чувствую от него угрозы. — Если он выживет, я вновь отправлюсь в изгнание в мир людей. Так ли это сильно отличается от изгнания в Выжженные земли?

— Да! В мире людей ты сможешь завести нормальную жизнь! Обрести счастье!

Я мотаю головой, по щекам ручьями текут слёзы.

— Всё — всё — это было ради Рева. Всё, чем я пожертвовала. Все преступления, на которые я пошла. Каждый мой выбор. Всё было ради него. Если он умрёт… То это всё было зря. Если Несущий Ночь доберётся до него сейчас, то мы проиграли, — мои губы кривятся, обнажая зубы, злость клубится в груди, и я кричу: — Я не дам ему победить!

Кари ахает, её глаза округляются, но она ничего не отвечает. Что ей известно о Несущем Ночь? Я никогда не слышала о нём до того, как он принудил меня к сделке, но, быть может, легенды о нём не так покрыты мраком, как я считала раньше? Может, о нём хорошо знают правящие дворы? Может, есть истории, о которых я не слышала?

— Если Рев умрёт, мне всё равно придётся отправиться в Выжженные земли. Но если я пойду сейчас, то мы сможем объединить усилия и увеличить наши шансы победить врага, которого, как я знаю не понаслышке, почти невозможно одолеть. Мы должны сражаться вместе, или будьте уверены, что потеряете нас обоих. Если я пойду сейчас и Рев выживет, значит, я просто поменяю одно место изгнания на другое.

Дин слегка ослабляет давление, но не убирает руки. В его глазах стоят слёзы.

— Я не могу отпустить тебя туда.

Я обхватываю пальцами его ладонь, лежащую напротив моего сердца, и сжимаю.

— Я тоже тебя люблю, Дин, — грустно улыбаюсь. — Но я должна это сделать.

Он закрывает глаза и слегка качает головой, его плечи беспомощно опускаются.

— Ты собираешься отправиться в тяжёлый поход, — тихо добавляю, — который с высокой вероятностью приведёт тебя к гибели, ради мизерного шанса помочь восстановить разрушенное государство. Разве это сильно отличается?

— Да, — шепчет он, не поднимая глаз от земли. Я уже знаю, что победила в споре, но он продолжает: — Потому что у меня ещё есть надежда, даже пускай совсем крошечная. Если же ты сейчас отправишься в Выжженные земли, то никакой надежды не будет. Мы однозначно тебя потеряем.

— Я понимаю, что вы этого не осознаёте… Но я потеряна много лет назад.

Тьядин мотает головой.

— Ты не права, — он снова смотрит на меня. — Ты считаешь себя потерянной душой, сломленной тем испытанием десятилетней давности. Но я не встречал никого с такой силой духа. Пускай твоя душа изранена, сердце разбито на осколки, а магия — порождение тьмы. Но ты, Кейлин из Двора Теней, сияешь ярко, как, мать его, солнце.

Я открываю рот от потрясения, разглядывая его лицо. Он искренне в это верит.

— На это просто нужно было немного времени, — мягко продолжает он. — Рев тоже это заметил. Ему было непросто, но он начал открываться тебе. Он бы полюбил тебя. Он бы нашёл способ отменить твоё наказание, рано или поздно. Я видел это. Будущее, где вы могли бы быть вместе. Где вы могли бы быть счастливы. Я хотел, чтобы у вас всё это было.

Зажмуриваюсь, губы дрожат.

— Я никогда не видела нашего будущего, — признаюсь. — Но тоже хотела бы.

Дин опускает руки.

Я стою, тяжело дыша, зажатая в невидимые тиски. Но затем хмыкаю и выпрямляюсь, вновь набираясь решимости.

— Выбор за тобой, Кей, — произносит Кари. — Пойдёшь или останешься?

Она не пытается склонить меня ни к одному из вариантов.

— Пойду, — вне всяких сомнений.

Она отрывисто кивает.

— Тогда иди за мной.

Я вскидываю голову.

— Что? Куда?

— До моего двора всего один портал. Я дам тебе всё необходимое в дорогу.

Медленно моргаю. У меня много вещей осталось в Обваливающемся дворе, но до туда час пути.

— Хорошо.

Я заключаю Дина в долгие объятия и благодарю его за всё. За дружбу, помощь, веру в меня. Это всё для меня на вес золота. А затем следую за Кари к чёрному коню, с любопытством взирающего на нас.

— На заметку: я полностью согласна со всем, что только что сказал Дин.

— Эм, спасибо?

По большей части, он говорил, что мне не стоит идти. Она тоже так думает? Зачем тогда помогает?

— Но будь я на твоём месте, то пустила бы так же. Я бы уничтожила всех, кто стоит на моём пути. И поэтому я не могу препятствовать тебе.

— Спасибо.

Рев

Ветер воет, обдувая мою кожу и растрепывая волосы. К счастью, их длины едва хватает, чтобы достать до глаз. Не обращая внимания на кусачий холод, я продолжаю идти против разбушевавшегося ветра.

Здесь минимум на двадцать градусов холоднее, чем было по ту сторону стены, и почти ничего не видно в темноте.

Если бы я продумал свои действия, то переночевал бы в лесу, перед тем как войти в Выжженные земли. Но я был не в том состоянии, чтобы мыслить здраво.

Да и сейчас, если уж на то пошло. Ярость разъедает меня изнутри. Боль, которую невозможно описать словами, зажимает в тиски.

Её голос эхом звучит в голове.

Слова Кейлин о том, каким наслаждением было убивать моего брата.

Встряхиваю головой. Как вообще я подпустил её так близко? Как я мог ей доверять?

Желчь подкатывает к горлу.