Стейси Тромбли – Проклятие терний (страница 24)

Его отец подходит к нему и приседает рядом, чтобы прошептать над ухом:

— Ты всегда был глупцом, Ревелн, — громко шипит он. — А теперь ты полный неудачник. Легко будет отречься от незадавшегося спасителя.

Король усмехается и покидает комнату, оставляя Рева на полу.

Тот сидит неподвижно, вцепившись в свои волосы, ещё целую минуту. Всё это время я борюсь с желанием опуститься на пол и утешить его. Попросить у него прощения. Объяснить, что на самом деле тогда произошло. Заверить, что мои слова были ложью. Я не наслаждалась убийством Рихгана и уж точно не упиваюсь болью Рева сейчас.

Наконец, он поднимается и выходит из зала.

Я спрыгиваю на пол из своего укрытия. Теневые руки тянутся ко мне. Я вздыхаю.

— Знаю, — шепчу. — Я… — разыгрываю представление. Исполняю роль. И теперь до конца дней я буду лишь фантомом. — Прямо как вы.

Кейлин

Я даю себе минутку погрустить и затем беру себя в руки.

До сих пор сомневаюсь в правильности своего решения, но… Так было надо, верно? Возможность оттолкнуть его сама подвернулась, и я не могла ей не воспользоваться, ведь это именно то, что ему нужно. Даже если он этого не знает. Даже если он никогда об этом не узнает.

Моё сердце рвётся на части при мысли, что он никогда не поймёт, что я сделала это ради него.

Он будет ненавидеть меня до конца жизни, а я создала все условия для этого.

Тошнота подкатывает к горлу, но я стискиваю зубы, справляясь с болью. Используя её в свою пользу.

Таково моё наказание за долю правды в словах короля Светящегося двора. К сожалению, они не были целиком и полностью ложью.

Я действительно убила Рихгана с большим удовольствием. И сделала бы это снова.

Я бы пошла на всё, чтобы спасти Рева, сколько бы боли это нам ни принесло.

Я делаю глубокий вдох и выхожу из зала. Проношусь по коридору, по которому привёл меня Рев, и через бальный зал, где тени скрывают меня ото всех. Вверх по лестнице и обратно к карете Обваливающегося двора, стоящей в одном ряду с другими повозками.

Киллиан, олень Рева, фыркает и пятится при моём приближении.

Я забираюсь в карету и заглядываю в багажный отсек. Рев приготовил рюкзак со всем, что может понадобиться в Выжженных землях, просто на всякий случай. Что ж, сегодня, если мой план сработает, рюкзак ему пригодится.

Хватаю его и разворачиваюсь, а там меня уже ждёт полугном-полуфейри, наблюдающий за мной.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает Тьядин, скрещивая руки на груди.

Я выпрыгиваю из кареты и бросаю ему рюкзак.

— Отлично, ты-то мне и нужен.

Сведя брови к переносице, он осматривает поклажу.

— Что это? И что вообще происходит? Рев в бешенстве.

— Мне нужно твоё доверие, — слабым голосом произношу я. — Это возможно? Ты можешь довериться мне?

— Да. Но это не ответ на вопрос.

Я сжимаю зубы.

— Я сделала то, что должна была. Просто… Короче, слушай, Рев должен отправиться в Выжженные земли. Прямо сейчас. Но меня он не послушает. Мне нужно, чтобы ты передал ему рюкзак и сказал, чтобы он уезжал сейчас же.

Тьядин медлит, наблюдая за мной. Мотает головой. Он явно не верит своим ушам.

— Пожалуйста, — умоляю. — Я поняла, в чём была проблема. И уже исправила это. Теперь он сможет пройти через врата. Но мне он больше не доверяет. Поэтому это должен сделать ты. Не говори, что я попросила. Это важно. Ему нельзя знать о моей причастности.

Тьядин закрывает глаза на пару секунд.

— Хорошо, — и он возвращается обратно во дворец с рюкзаком для Рева.

Рев

Я выпиваю шот, затем ещё один.

— Эй, кто у нас тут!

Я игнорирую этот возглас. Мне ни капельки не интересно, кто ко мне подошёл и зачем. Единственное, о чём я могу думать — о чём я позволяю себе думать, — так это о том, как забыться. Хочу напиться в хлам, чтобы не помнить этот вечер.

Ни одной долбанной секунды.

Тонкая ладошка накрывает мой следующий стакан, сверкая фиолетовыми ноготками.

— У тебя всё нормально, Рев? — спрашивает Кари.

— Нет, — рявкаю я.

— Понятно, — она забирает мой напиток и выпивает сама.

— Это моё, — цежу сквозь зубы.

— Чума остановилась прямо перед тем городом, где я родилась, — небрежно начинает Кари, словно говорит о погоде, а не ужасной угрозе. — Она не распространялась две недели. Я очень этому рада, — она берёт два бокала игристого шампанского и передаёт один мне. — Но меня страшит момент, когда она возобновит своё движение. Мы эвакуировали население города и ближайших деревень, но невозможно предсказать, куда чума двинется дальше, — Кари делает маленький глоток шипучего напитка. — Я не хочу, чтобы она убивала мой народ, Рев.

Холодок пробегает по спине.

— Я тоже не хочу, — шепчу в ответ.

— Так что если что-то не так, если тебе нужна какая-либо помощь… Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь тебе остановить чуму. Ладно? Я никому не скажу, если не хочешь. Просто сделаю то, что требуется, без лишних вопросов. Понимаешь?

Я сглатываю, часто моргая. Новое напоминание о моей не начатой миссии, о том, что судьба всего мира лежит на моих плечах, быстро меня отрезвляет.

— Я спрошу снова, — продолжает она после маленького глотка. — У тебя всё нормально?

Впервые за весь разговор она смотрит прямо мне в глаза.

— Нет, — отвечаю.

Я разваливаюсь на части. И не знаю, как остановиться.

— Что тебе нужно? — её взгляд пристальный, на лице написана решимость. Она готова перевернуть землю, чтобы спасти свой народ.

Я не знаю. Не озвучиваю первую пришедшую на ум мысль, потому что не могу в этом признаться. Мне нужно почувствовать что-то, кроме боли, разрывающей меня изнутри.

Жёсткая ладонь хватает меня за плечо и разворачивает.

— Дин, ты что творишь?!

Он впихивает мне в руки рюкзак.

— Тебе надо ехать.

Моргаю.

— Что? — я сжимаю в руках кожаный ремень рюкзака. В нём мои вещи. Те, что я подготовил к походу в Выжженные земли и привёз с собой только потому, что мне так морально легче.

— Сейчас самое время, — чётко произносит он каждое слово. — Доверься мне.

Его взгляд острый, серьёзный как никогда.

— Ты уверен?

Моё сердце колотится. Я дико хочу, чтобы это было правдой, по тысяче причин. Самая главная из которых — возможность забыть о… том, что произошло несколько минут назад.

Внутренности сворачиваются в узел.