Стейси Тромбли – Испытание Терний (страница 50)
Под моей защитой… Я закрываю глаза, когда до меня доходит разгадка. Ответ теперь кажется очевидным. Не думаю, что я готова к той боли, что ждёт меня, если только я сниму броню со своего сердца.
— Сфинкс, мой ответ — броня, — говорю вслух.
— Задание выполнено, — объявляет Сфинкс. Я выдыхаю с облегчением.
Рев пожимает плечами.
— А мне нужно ещё немного подумать над своей.
Улыбаюсь. Я знаю ответ на его загадку. Она даже очевиднее моего, но позволит ли мне Сфинкс дать ему подсказку?
— Помнишь, что ты загадал у Рубинового колодца?
Его брови взлетают, соотнося ответ с загадкой.
— Кажется, я понимаю, — в его улыбке больше горечи, чем радости. Интересно, о чём он думает прямо сейчас?
— Если бы я только знал… — бормочет он.
Я поджимаю губы. К чему это он?
— Сфинкс, мне была загадана правда, — объявляет Рев.
— Верно, — отвечает Сфинкс.
Теперь, когда мы оба выполнили задание, мы можем покинуть пещеры, пока Дрейк и Бриэлль всё ещё обдумывают свои загадки. Хотя, возможно, они дали ответ сразу — мы были так увлечены друг другом, что всё пропустили.
В любом случае, защита теней — это преимущество, от которого я не собираюсь отказываться. Мы решаем найти место для ночёвки недалеко от входа в пещеру и попытаться поспать как можно больше.
— Ревелн, — манящий голос пробуждает меня из глубокого сна. Тьма обволакивает и тело, и душу. — Иди сюда, — зовёт голос. Он кажется знакомым, но очень далёким.
— Если хочешь знать правду… — рокочет он, всё более узнаваемый. — Если хочешь знать, как я умер… Если хочешь знать почему…
Я распахиваю глаза, внезапно понимая, почему голос звучит так знакомо.
— Рихган? — спрашиваю шёпотом.
— Даааа.
Мой мозг не может понять, что происходит. Страх сковывает мои руки и ноги. Страх и в то же время удивительное спокойствие. Моё тело движется само по себе, можно даже сказать без разрешения. Но я хочу этого. Да, я помню. Мне нужно узнать правду.
Мои ноги шаркают по неровной каменистой дороге, ведя меня в темноте, словно они знают дорогу, тогда как глаза не могут ни на чём сфокусироваться. Я бреду по лабиринту незнакомых пещер, по узкому тоннелю, где мне приходится нагибаться, чтоб пройти. И смутное беспокойство нарастает в груди —
— Рев? — зовёт ласковый голос, но я едва его слышу.
Мне известно только, что Рихган здесь и зовёт меня, и я должен встретиться с ним. Где-то там, в глубине этих пещер, брат ждёт меня…
Внезапно останавливаюсь, когда кто-то хватает меня за предплечье и крепко держит.
— Нет, — говорит она, и в её голосе страх переплетается с решимостью. Я моргаю, замерев на мгновение.
— Ты его не получишь, — обращается Кейлин ко тьме вокруг нас дрожащим голосом. — Я тебе не позволю.
В ответ разносится рокочущий смех из глубины тёмной пещеры впереди.
— Хочешь знать, почему Кейлин так сильна? — спрашивает меня голос, став каким-то зловещим. Я моргаю и встряхиваю головой. Это не Рихган.
Сердце колотится в груди, пока разум проясняется, и ко мне приходит осознание. Я был под чарами. Отступаю на шаг, и Кейлин оттягивает меня за руку подальше от тоннеля. Не знаю, что это за тёмная тварь, но она заманивала меня к себе, используя мою тоску по брату против меня же.
— Я дал ей силу, — рассказывает нечто, всё также смеясь, но злость пронизывает этот нечеловеческий голос. — Мы заключили сделку. Спроси её. Спроси, чего ей это стоило.
Вернувшись в наш лагерь, я приземляюсь на задницу, чувствуя себя выжатым как лимон.
— Так ты получила эту свою силу? — в горле пересохло, и голос звучит хрипло. — Это существо… чем бы оно ни было… Ты… — я тру глаза кулаком. — Как?..
Я знаю, что этот монстр пытался меня одурачить. Навеял чары, чтобы я пошёл прямо в его ловушку. Но его слова почему-то застряли в моей голове, и я теперь не могу перестать об этом думать.
Он сказал правду. Я знаю это. Глубоко внутри я верю, что так оно и было.
Мои собственные слова. Отчаянная мольба, которую столь великодушно показали мне Чёрные врата. Умирая — жестокой, насильственной, полной чувства вины и сожалений смертью, — я повторял снова и снова: «Если бы я только знал».
Рубиновый колодец намекал на это.
Загадка Сфинкса намекала на это.
Чёрные врата намекали на это.
Я упускаю из виду нечто очень важное — то, что я должен знать, иначе это меня погубит. И вот я смотрю в тусклые глаза Кейлин, неожиданно засиявшие силой, которую никто от неё не ожидал, и знаю, что у неё есть ответ.
— Расскажи мне, — рычу я.
— Нет.
— Клянусь, Кейлин, я… — сжимаю кулаки, готовый к нападению, готовый сделать всё, что в моих силах, чтобы выбить из неё эту информацию. Потому что всё внутри меня кричит о том, что моя жизнь зависит от этой правды.
Она резко, почти отчаянно, втягивает воздух, её рот раскрывается, а глаза распахиваются от шока. Моргаю, сбитый с толку её реакцией. Что такого я…
— Ой, — вся ярость испаряется, как воздух из сдувшегося шарика.
Я сказал её имя вслух.
Волна сожаления обрушивается на меня, вся решимость рассеивается в одно мгновение. Я снова падаю на задницу, не имея ни сил, ни желания удерживать даже свой собственный вес. Она ничего не говорит и вообще не двигается. Готов поклясться, её тени блокируют звуки даже от нас самих.
Делаю глубокий вдох. Это всё ещё очень важно. Я не могу позволить ей отвлечь меня, переключить на другую тему.
— Ты заключила сделку с той тварью в пещере, чтобы получить силу, — это всё, что мне известно наверняка. Я мог бы выстроить ещё несколько предположений, но лучше не буду. Я хочу знать правду.
— Рев, поверь мне, ты не хочешь этого знать.
Стискиваю зубы.
— Знаешь, что показали мне Чёрные врата?
— Тебе не нужно…
— Плевать, — перебиваю её. — Моя смерть была хаотичной и болезненной. Но мне плевать на это. Я всё время слышал одну и ту же фразу. Собственные мысли на пороге смерти, так ты вроде говорила, да?
Она садится на камень, лицом ко мне, и медленно кивает.
— «Если бы я только знал», — делаю паузу, глядя на свои руки. — Вот что я слышал. Вот, о чём я думал, умирая. «Если бы я только знал». Но это не было просто случайной фразой, напевом или скандированием. Это был крик, мощный и… отчаянный. Это был ор, повторяющийся снова и снова. Чёрные врата очень чётко обозначили, насколько важны эти слова. Вопрос жизни и смерти. Так что можешь сколько угодно повторять, что я не хочу этого знать, но само испытание говорит мне обратное. Рубиновый колодец каким-то образом залез мне в голову, чтобы я загадал правду. Чёрные врата показали мне, как я пожалею, если не узнаю чего-то перед своей смертью. Даже ответом на загадку была правда. И я уверен, больше, чем в чём-либо ещё, что та самая правда, которая мне нужна, есть у тебя. Ты хранишь её. Я знаю, что это так.
Тяжело выдыхаю и снова набираю воздух в лёгкие.
Она смотрит на меня, не моргая.
— Я храню много правды, — шепчет она. — Правды, которую никто в мире не должен знать.