Стейси Тромбли – Душа терний (страница 35)
— Я боюсь суда, да. Как и все мы, иначе мы бы не были призраками.
— Значит, не я одна такая, — ухмыльнулась я. Он заворчал.
Мне хочется расспросить его, с чем он столкнулся в пламени. Я так мало о нём знаю. Интересно, Хранительница Греховных Врат тоже с ним разговаривала? Но я не хотела бы рассказывать о своём опыте, поэтому предполагаю, что он тоже не захочет.
Я не так сильна духом. Поверить, что Рев просто ушёл спустя всего несколько минут после того, как узнал, что я мертва, было почти достаточно, чтобы уничтожить меня.
Я делаю глубокий вдох, мотивируя себя идти дальше.
Мы все умрём, но не сегодня.
Прямо сейчас мне нужно обхитрить древнее могущественное существо и спасти свою истинную пару.
— Раз уж мы теперь официально союзники, мне, наверное, надо перестать называть тебя призраком. У тебя есть имя?
— Зови меня Даррен.
— Даррен Заклинатель Теней, — бормочу я. Знакомое имя.
Я читала о нём и его семье, когда была ребёнком. Снова и снова. Я обожала историю. Столько правды скрыто между строк, столько правды утеряно со временем. Возможно, если я выберусь отсюда, то напишу обо всём, чтобы знали потомки. Даже если никто не поверит мне, переложение истории на бумагу сделает её более реальной. Более завершённой.
«Но у тебя не будет такой возможности», — шепчет внутренний голос. У меня перехватывает дыхание.
Что ж, тогда попрошу Рева это сделать. Моя последняя просьба.
Помните меня. Помните моих предков. Помните, чем пожертвовал мой народ, чтобы спасти всех нас от этих чудовищ.
К слову об этом, я ведь так и не рассказала Реву всей истории. Он не знает, кто такой Даррен. Не знает, что я полноправная наследница трона Двора Теней. Этот кусочек мозаики, возможно, утерян навсегда.
А может, если он проведёт тщательное исследование, то раскроет правду. Может, ему расскажут мои родители.
Сглатываю. Последний раз я видела маму с папой, когда мне было семнадцать. Десять лет назад. Делаю глубокий вдох.
Я умру. Так ведь сказала мне Хранительница Греховных врат? Я просто должна умереть в нужно время нужным способом.
— Расскажи мне то, что слышал, пока мы идём. У нас есть время, пока я буду карабкаться наверх.
Мой призрак — Даррен — застывает на месте, широко распахнув глаза. А затем кивает. Мы выбираем путь, который Вселяющая Ужас от нас не ожидает.
Сначала мы заберём книгу и, даст Бог, Рев будет ещё жив, когда я получу рычаг воздействия.
Я чувствую одну лишь боль. Перед глазами мерцает то чёрная, то алая пелена.
Кости трещат. Кровь брызжет.
— Ты убьёшь его, — предупреждает резкий голос. Не знаю чей. Мне плевать, кто это может быть. Это не имеет значения.
Существо, нависающее надо мной, рычит и швыряет меня на каменную поверхность.
— Хочешь занять его место?
— Хочу, чтобы он выжил. Как и твоя госпожа.
От нового рыка я содрогаюсь всем телом.
— Его тело столько не выдержит.
— Я едва начал! — возмутился мучитель. — Он не может быть настолько слабым.
— Ты проделал отличную работу… наказывая его. Если остановишься сейчас, то, вероятно, у тебя ещё будет шанс помучить его потом. Если же продолжишь, то разрушишь его разум или тело. Твоя госпожа, возможно, оценит повреждённый разум, но ты его уже не сможешь наказывать. Если же испортишь тело, она спустит с тебя шкуру.
Должно быть, незнакомец победил в этом споре, потому что земля начинает трястись, грохот постепенно отдаляется.
— Рев, — шепчет голос.
Я пытаюсь разлепить глаза, но безуспешно. Пытаюсь заговорить, но губы не открываются.
— Это я, — заявляет голос. — Рихган.
Имя моего брата мгновенно отзывается во мне. Рихган. Мой брат. Пришёл меня спасти.
— Ты поправишься, — заверяет он. Я никогда ещё не испытывал такой боли. Это длилось недолго… вроде бы. Мантикора просто швырнул меня о камень несколько раз, а дальше я не помню.
— Можешь исцелить себя? Станет легче.
Я стону. Шевелиться слишком больно. Магия бурлит под кожей, но у меня нет сил направить её.
— Кейлин, — бормочу я.
Я слышу раздражение в голосе Рихгана, когда он произносит следующие слова:
— Она пока ещё в порядке. Не знаю, почему ты вообще за неё переживаешь. Она бросила тебя, и теперь тебя пытают.
Я быстро моргаю. Сложно сказать, что с моим зрением, потому что я вижу лишь кромешную тьму. Постепенно ко мне возвращается контроль над телом. Я уже могу двигать руками и ногами, хотя боль всё ещё сильна.
Живот сводит при попытке подняться.
— Лежи на месте, дурак, — говорит Рихган. — Сначала залечи разум, а затем кости. У тебя наверняка сильное сотрясение, а то и внутреннее кровотечение. Этой твари повезло, что у тебя целительский дар, иначе ты был бы уже мёртв.
Я мычу, пытаясь вернуть контроль над кружащейся головой. Наконец, моя магия вспыхивает тёплым светом в моём разуме. Рихган прав, мой мозг пострадал больше всего. Тяжело дыша, я использую магию, чтобы исправить сотрясение. Мои конечности ноют от боли, перед глазами всё кружится. Но спустя несколько минут разум возвращается… в относительно нормальное состояние.
Мне всё ещё тяжело думать о чём-либо, пока тело так сильно болит. Я не могу пошевелиться, потому что сломанные кости тут же дают о себе знать. На то, чтобы исцелить всё остальное, уйдёт немало времени. И, чёрт побери, я не хочу расходовать весь резерв. Что ещё я могу сделать?
— Возможно, — выдавливаю я между тяжёлыми вздохами, — ты захочешь сообщить своей хозяйке, что если мантикора сделает это снова, то у меня уже не останется магии на исцеление.
— Моей хозяйке?
— А разве нет?
— Нет. Я заключил с ней сделку, чтобы спасти тебе жизнь, только и всего.
— Ммм, — мычу я. Не знаю всех намерений Рихгана, но не верю, что он правда целиком и полностью на моей стороне. — Кейлин? — повторяю я. Мне нужно знать, как она.
— Она никогда тебя не полюбит.
— Я не спрашивал твоего мнения о наших отношениях, — со стоном огрызаюсь я.
— Ты вообще ничего не спрашивал. Просто бормочешь имя этой шлюхи снова и снова.
Слабый рык вырывается из моего горла, ярость кипит в груди, но сил на большее нет.
— Не смей… — шпилю я.
— Ладно, ладно. Она святая. Подумаешь, хладнокровно меня убила.
— После того, как ты угрожал ей. Причинил ей боль.
— Мелочи.
— Факты.
— И всё-таки она вонзила кинжал мне в сердце. Я ведь имею право злиться?