Стейси Ревивар – Обманчивое мнение (страница 10)

– Что будете заказывать, юные леди? – мило улыбаясь, поинтересовалась старушка.

– Нам два больших Латте и два десерта тирамису. – Эви заказала за нас двоих, и это облегчило мне задачу. Я всегда путаюсь, когда нужно сделать быстрый выбор. Сразу расплатившись на кассе карточкой, я только присела в мягкое кресло, как вдруг зазвонил телефон. Мама. Она не звонила мне целую вечность.

– Прости, это мама. Я поговорю с ней на улице, – как можно извиняющимся тоном сказала я, вытаскивая наушники из сумочки.

– Конечно, иди! – сказала Эви с широкой улыбкой.

Как только я оказалась на улице и надела наушники, лицо мамы озарило экран. Она выглядела все так же красиво и прилежно.

– Привет, мам, – улыбнулась я.

– Привет, милая! А что это на тебе надето? – брезгливо спросила она, глядя на толстовку Эви.

– Это моей подруги. Я взяла ее поносить.

– Ох, Изабель, я же говорила, что тебе больше подходит классический стиль одежды. Не расстраивай нас с папой. Все должны видеть, какая ты хорошая ученица. – Мама отчитывала меня, а я боролась с желанием закатить глаза. Завернув за угол, я зашла в маленький тупик между кофейней и антикварным магазинчиком, чтобы не мешать людям.

– Я поняла, мам, – простонала я, когда ее речь, казалось, никогда не закончится. – Как дела?

– Изабель, сколько раз я тебе говорила…

– Не перебивай взрослых, – перебила я ее. – У меня мало времени, скоро начнутся занятия и все такое, – солгала я, чтобы избавиться хоть от части ее нотаций. – Просто хочу поскорее узнать, как у вас дела?

– Все хорошо, ты же знаешь. Твой отец постоянно в расчетах, бумажках, а у меня выходной. Вот и позвонила.

– Понятно, – сказала я, не зная, о чем поговорить еще. Наши разговоры всегда были однотипными.

– На самом деле у нас есть новость для тебя, – сказала мама, искренне улыбаясь.

– Какая? Вы заберете меня отсюда? – в надежде спросила я.

– Нет, дорогая. У тебя скоро будет братик! – Шок, который я сейчас испытываю, перекрыл все. – Мы не хотели тебе говорить, пока все точно не решиться. Вчера я отправила нужные документы, и уже завтра мы заберем мальчика из детского дома. – Я перестала что-либо слышать и просто смотрела на стену впереди себя. Как это вообще возможно? Мои родители, которые, по сути, никогда не выполняли свою роль, решили взять ребенка из приюта? Когда я нахожусь в опасности, они думают о другом. Может, они просто решили, что я отсюда живой не выйду, и нашли мне замену?

– Я вас поздравляю, – как можно оптимистичнее сказала я. – Мне пора идти. Созвонимся позже! – прежде чем она успеет что-либо сказать, я отключила телефон. Внутри который раз разрывалось все от боли. Одинокая слеза скатилась по щеке, но я быстро ее стерла, когда услышала звон.

Глава 12

Шагая к краю здания, я медленно выглянула из укрытия. Никого не было, кроме одного высокого парня, одетого во все черное, с капюшоном на голове. Он медленно шел вниз по улице, глядя в свой телефон. Черт! Вдруг он такой же новенький и не знает правил? Недолго думая, скорее на адреналине, я побежала к нему и, схватив за рукав, потянула обратно в переулок. Там вроде была заброшенная комната, примыкающая к антикварному магазинчику – отсидимся там. На удивление, парень оказался податливым и без лишних слов шел туда, куда я его тащила. Боюсь представить, как себя чувствовал Вито, когда я брыкалась и кричала.

Мы добрались к двери, и я отодвинула металлическую пластину, которая наполовину закрывала дырку в ней.

– Пойдем, я объясню все внутри, – сказала я, не оборачиваясь, и первая пролезла внутрь.

Здесь был маленький коридорчик с длинной лавочкой и кучей разных коробок, покрытых паутиной. Господи, надеюсь, здесь нет пауков? Мне пришлось придвинуться к этим ужасным узорам, чтобы парень смог залезть. Ему далось это труднее, с его то ростом. Даже кажется, что он выше Дема, хотя в том метр восемьдесят.

Незнакомец встал напротив меня и стянул капюшон с головы, представ во всей красе. Он был мускулист, что даже мешковатая одежда не могла скрыть всех рельефов его тела. Черные, как смоль волосы спадали на лоб, прежде чем он провел по ним рукой, зачесывая назад. Четко выраженные скулы добавляли мужественности и обаятельности. Но самое завораживающее в нем – его глаза. Они горели ярко зеленым даже в этом тусклом коридоре. По моему телу прошел разряд. Этот парень был невероятно красив.

– У тебя необычные глаза, – сказала я, прежде чем успела подумать.

– Ты за этим меня в эту дыру завела? Чтобы любоваться? – спросил он. А я умираю. Лучше бы он не открывал свой рот. Его сводящий с ума голос вызывает во мне то, что не должен. Он начал блуждать по мне взглядом, как я делала это прежде с ним. Мне понадобилась секунда, чтобы вспомнить, как я одета. Должно быть, он подумал, что перед ним какая-то психбольная.

– Вообще то я тебя спасла. Если ты не знал, то в городе есть правила, и после трех звонов тебя и близко не должно быть на дороге. А ты делал все в точности да наоборот. – Как говориться, лучшая защита – это нападение. Думаю, сейчас именно тот случай. Поэтому я расправила плечи, чтобы всем видом показать, что не боюсь и мне ни капли не стыдно перед ним.

– И кого я должен бояться? – парень прислонился к стене и с ухмылкой продолжал смотреть на меня в упор. Кажется, его забавляет вся эта ситуация.

– Ты не знаешь Шварца? Монстра, живущего в замке? – Не уверена, показалось ли мне, но его улыбка дернулась, а глаза неодобрительно сверкнули.

– А ты его знаешь раз так говоришь?

– Лично не знаю, но мне и не надо знать, чтобы понимать, какой он человек. Из-за него у моей семьи неприятности.

– Какие? – Он произнес это так, будто ему действительно не все равно. Я слишком глупая, раз хочу открыться незнакомому человеку после стольких неверных людей на моем жизненном пути. Но мне так хочется быть ближе к нему, узнать его историю… Почему-то мне представляется, что у нас больше общего, чем мы думаем.

– Мой отец вынужден работать на него в Женеве, а меня поместили на этот закрытый остров. Я пыталась вернуться домой, в Париж, но без разрешения Шварца это невозможно.

– Почему ты хочешь уехать? Что-то плохое произошло здесь с тобой? – он прищурил глаза, пытаясь найти скрытый мотив в моих словах. Но я и так открыта перед ним, как книга. Бери да читай.

– Нет, но я не хочу ждать, пока это случится. Ты знаешь, какая у него способность? – он кротко кивнул. – Ну вот и ответ. Я боюсь, что он может просто взять и уничтожить любого одним взглядом. Мне рассказали некоторые случаи, и из них можно сделать вывод, что он бессердечный.

– Ты часто веришь в то, что тебе говорят другие? – с явной злостью сказал он. На что он злится? Я его задела как-то?

– Нет. Но по поводу него я верю всему. Тем более, когда у меня нет других данных о нем. В интернете пусто, и никто даже не знает его имени.

– Ты интересовалась им? Зачем? – Парень устал ютиться, поэтому подошел к скамье и, найдя кусок какой-то ткани, вытер ее от пыли. Аккуратно присаживаясь, он проверил ее на устойчивость. Я же просто молча наблюдала за ним, игнорируя вопрос. Его движения зачаровывали, вызывая бурю фантазий в моей маленькой головке.

– Садись, она кажется крепкой. – Он жестом указал на место рядом с собой.

Я перевела взгляд и увидела огромную паутину между концом скамейки и коробкой.

– Можно я сяду на твое место? – стоя напротив него, сказала я. Он смотрел на меня снизу вверх, в недоумении подняв одну бровь. – Там паутина. Я не хочу, чтобы на меня залез паук, – разъяснила я.

– Поздно. Он и так уже на тебе.

Его слова сработали на меня, как раскаленный камень на кожу. Я стала пытаться скинуть с себя это восьминогое чудище, трясясь и подпрыгивая на месте. Я буквально в шаге от истерики. Если сейчас же с меня не уберут паука, я заору на весь город. И все равно, что меня прибьет Шварц. Лучше он, чем это членистоногое.

– Убери его, убери! – просила я парня, хватая его за руки, побуждая притронуться ко мне.

– Эй-эй, успокойся, я пошутил! – Он нежно перехватил мои руки и сочувственно посмотрел на меня, пока я продолжала оглядывать свое тело. – Прости. Я не знал, что у тебя фобия.

Парень виновато погладил мои запястья, а затем бережно усадил на свое место, опускаясь передо мной на колени.

– Мне жаль, правда!

Мое сердце готово выпрыгнуть из груди. И не только из-за пережитого страха. Он такой милый, сидит передо мной на коленях, обращаясь, как с самой хрупкой вещью на свете. И мне так хочется коснуться его мягких волос, запустить в них пальцы… Мне стоило больших усилий, чтобы не поддаться порыву.

– Я в порядке, – прошептала я. Мы продолжали смотреть друг другу в глаза и тонуть. Я в его зеленом омуте, а он в моих цвета шоколада. Лес и земля. Изумруд и оникс. Такие разные, но в то же время дополняющие друг друга.

– Я хотела узнать о нем больше, чтобы знать, что от него ожидать, – тихо ответила я на его прошлый вопрос, прерывая нашу накаляющуюся атмосферу. Он улыбнулся, показывая еле видимую ямочку на левой щеке, а затем отпустил мои руки, садясь рядом. Так стало холодно от потери его теплых рук на моем теле, что я мысленно просила вернуться его обратно.

– Не стоит судить человека, не пройдя его путь. Все, что ты знаешь, всего лишь слухи.

Все, что я могу – это кивнуть. Конечно, он прав. Но это не отменяет тот факт, что он самый опасный человек в нашем мире. Единственный с такой опасной способностью. Я должна держаться от него подальше, как и все в этом городе. Это мой щит и моя волшебная пилюля от гибели.