Стейси Мэри Браун – Мёртвые Земли (страница 8)
Остальные разбились по парам и сели на мотоциклы – все мы уезжали прочь от деревни, где располагалась база. По пути мы встречали в основном крошечные заброшенные дома, что-то похожее на заколоченные отели и давно забытые сувенирные лавки. Вывески потрепались и стерлись.
Не знаю, было ли дело в свежем воздухе или адреналине, но усталость и упадок сил канули в небытие, когда мы повернули в сторону столицы. Прохладный ветер хлестал меня по щекам.
Я никогда не покидала Будапешт и мало что знала о Чешской Республике, поэтому не понимала, где нахожусь. До сих пор все, что мы видели, очень напоминало мне район за пределами оживленных улиц в Диких Землях. Нищета и упадок. Любой смог бы понять, что в тех деревнях и городах, мимо которых мы проезжали, уже давно никого нет. Остались лишь призраки прошлого, остатки жизни, некогда заполнявшей улицы. Заброшенные здания обветшали, оплакивая давно минувшие дни.
Поездка выдалась тяжелой, так как основные трассы были разбитыми и ухабистыми, и это увеличивало время, превышая то, на которое рассчитывал Капитан. Я поняла, что мы приближаемся к городу, когда дома и здания стали ближе, превратившись в бесконечную вереницу разросшегося бетона и древесины. Голодающие ютились у костров, дома, сделанные из картона, кусков дерева, брезента и одеял, использовались для укрытия.
– В твоем городе так же? – Люк кивнул на обездоленных. – Все голодают, пока лидеры пируют, как избалованные короли, выбрасывая остатки еды?
Я кивнула, плотно сжав губы. Элита совершенно не интересовалась ситуацией за стенами Леопольда. Моей единственной ниточкой за этими стенами была Майя, моя горничная, рассказывающая о своих детях. А я что? Считала себя героем, воруя крошки у Иштвана. Объявила себя Робин Гудом, хотя в реальности мне все это было нужно ради острых ощущений. Сейчас это вызывало отвращение. Я была самодовольна, снисходительна, высокомерна и невежественна.
– Леон отгородил стеной весь район от Палладиума[3], за Староместской[4] площадью. – Я знала, что в Старе-Месте[5] находились знаменитые астрономические часы, а недалеко от них высокие готические башни, шпили и Тынский храм[6]. Как и Иштван, Леон оберегал знатную верхушку в их уютном коконе богатства и красоты.
По другую сторону знаменитого готического моста, идентичного будапештскому, фейри жили в замке на холме. Я не знала, кто их лидер, но ходили слухи, что он обычно находится под кайфом и слишком занят оргиями, чтобы заботиться о том, что происходило в его собственном благородном доме, не говоря уже о том, чтобы думать о стороне людей.
Я гадала, не поэтому ли Леон добился успеха в Праге.
Впереди я увидела, что Трекер сделал круговое движение рукой над головой. В тот же момент мотоцикл позади него отделился от группы, свернув на дорогу, а машина поехала в противоположную сторону.
– Здесь мы разделяемся. Ни у кого не должно возникнуть подозрений, что мы все вместе, – объяснил Люк, хотя в этом и не было необходимости.
С этого момента связь проходила только через наушники, спрятанные под нашими капюшонами. Подобного я никогда не видела. Люк разъяснил, что они украли их в одной из партий для Леона, прибывшей с Запада. Наушник был размером с камушек и помещался в ухе. Ни в одной стране Восточного Блока таких новшеств не было.
Лукас припарковал мотоцикл у входа шумного вокзала, пассажиры входили и выходили из дверей здания. У входа стояли несколько полицейских. У них были винтовки, пальцы покоились на спусковых крючках – они были готовы стрелять без вопросов. Когда мы с Лукасом пересекали трусцой автостраду, я нервничала и глубже куталась в капюшон. Я приметила несколько конных экипажей и мотоциклов. Когда на меня посмотрел один из охранников, рядом с которым сидела немецкая овчарка, сердце забилось чаще, пот выступил на шее. Собака не сводила с меня глаз и в итоге залаяла.
– Стоять, – приказал охранник.
Сердце ухнуло в пятки, и я замерла на месте. К горлу подкатила тошнота, когда охранник направился ко мне.
Узнают ли они меня? Наверняка Иштван назначил за мою голову награду, разослал мои фотографии по всем элитным газетам и приказал присматривать своим «приятелям» за его психически неуравновешенной подопечной.
Я могла бы сразиться с охранником. Вытащить пистолет и застрелить его в одно мгновение. Я бы рискнула всем, не только этой миссией, возможно, Люком и остальными. И знала, что поступлю так, если дойдет до этого. Разум гудел, тело готовилось к бою. Когда офицер подошел ближе, пальцами я коснулась пистолета в кармане куртки.
Страх разбудил адреналин, выдернув меня из реальности.
На мгновение я оказалась в уютном доме Эша. Я почувствовала запах трав и огня. В то же время смотрела, как офицер, носящей чешскую форму, с собакой направляется ко мне. Перед камином Эша расхаживала массивная фигура, глаза цвета морской волны уставились прямо на меня. Он застыл на месте.
Уорик.
Он слегка приоткрыл рот, словно собирался что-то сказать, но его внимание привлекло что-то за моим плечом, и он нахмурился. Я знала, что Уорик мог видеть мою обстановку так же, как и я его.
Это длилось секунду, а потом он исчез. Увидели его и мне показалось, что кто-то пырнул меня ножом в живот. Потому что каждая клеточка моего тела жаждала его. Казалось, мне дали воздух, чтобы я могла дышать.
– Ты, – крикнул охранник.
Мое сердце екнуло, когда он прошел мимо и схватил кого-то за руку позади меня.
– Что у тебя в сумке?
Охранник впечатал маленького мужчину в стену, отчего тот закричал.
– У меня ничего нет. Клянусь, – взвыл мужчина, в каждом его слове звучала паника.
Охранник проигнорировал его и погладил собаку, которая все еще вела себя агрессивно: лаяла и скулила. Полицейский еще не понял, что дело было во мне.
– Идем, – прошипел Люк мне в ухо, сжав мою руку и толкнув вперед. Облегчение смешалось со страхом, выбив из легких весь воздух, когда мы прошли через двери и оказались внутри.
Люк выругался себе под нос, отпустил мою руку, но не сбавил шаг. Мы купили билеты, чтобы обезопасить себя, и вышли на платформу.
– Я думал, нам конец.
– Я тоже.
Я выдохнула, страх немного отступил. Я заметила еще больше полицейских, патрулирующих вокзал, некоторые были с собаками.
– Здесь всегда столько охраны? – пробормотала я, пытаясь успокоиться. Я старалась забыть на краткий миг встречу с Уориком и отчитывала себя за слабость. Напряженные эмоции, страх, казалось, связывали нас. Я должна была обуздать их.
Его образ вспыхнул в моей голове. На нем были темные джинсы и черная футболка. Щетина превратилась в бороду, а длинные спутанные черные волосы выглядели так, словно он снова и снова проводил по ним руками. Черт, этот мужчина был сексуальным и чертовски пугающим…
– Да.
Голос Люка вернул меня к реальности, выкинув из головы мысли о Уорике Фаркасе. Люк являлся полной противоположностью свирепости Уорика. Они были как свет и тьма, хотя оба чрезвычайно привлекательны. Люк лощеный и красивый, в то время как Уорик дикий и сексуальный. Тот, кто воплощает в жизнь самые дерзкие эротические фантазии.
– Леон предпочитает держать все под контролем.
– Думаю, что они с Иштваном бы подружились.
– Не уверен, – ухмыльнулся Люк, – Леон эгоист и желает доминировать.
Может, именно поэтому Иштван никогда не вводил Леона в свой круг. Слишком много эгоизма в одной комнате. Хотя если в поезде находилось то, о чем я думала, то их отношения развивались или, что более вероятно, Иштван решил использовать таблетки, чтобы взять верх над Леоном.
– Жак и Лия на месте, – прозвучал женский голос в моем ухе, отчего я подпрыгнула. Люк перевел на меня взгляд, и я пожала плечами.
– Блейд и Саб на месте, – сообщил мужской голос, и я поняла, что это Блейд.
Мне нравилось, что в группе моего дяди было четное количество мужчин и женщин. Иштван никогда так не делал. Ханна и я были единственными девочками в нашем классе в вооруженных силах людей. Большинство женщин воспитывали так, чтобы они впоследствии стали женами влиятельных людей. Капитана же интересовали сторонники и фейри, и люди, а не их пол. Хотя Трекер был единственным человеком в этой группе – остальные хотя бы полукровки.
– Наблюдайте и оставайтесь на месте, – сказала Ава.
– Люк и Экс подходят, – пробормотал Люк рядом со мной, его голос эхом раздался в моем наушнике.
– Четверо охранников только что остановились возле первой платформы, – произнес Трекер, когда мы с Люком проходили через то, что раньше называлось магазинами, направляясь к платформе. Раньше это место являлось транспортным узлом, теперь использовались лишь шесть платформ. Магазины были заколочены, и лишь несколько тележек с кофе и булочками находились на территории. Некогда красивое здание в стиле модерн стало еще одним объектом в списке «исчезающих».
– На шестой платформе нет охраны, – пробормотала Лия в моем наушнике.
– Говорят, что поезд прибывает как раз на шестую, – с польским акцентом сообщил Блейд.
– Приготовьтесь, – приказал Трекер. Ясно, что он являлся лидером группы.
Я посмотрела на первую платформу, запоминая каждую деталь вокруг. Рядом с ней находилась арка, ведущая в старый зал ожидания, после на улицу. Охранники расхаживали в дверном проеме.