Стейси Браун – Разрушенная любовь (страница 62)

— Без штанов? — я потерла колени. — Не думаю.

— Ладно, я быстро, — он подошел ко входной двери и постучал. Через несколько секунд дверь открылась, и на пороге появилась девушка. Я узнала ее — это была та блондинка с Суперкросса, которая, увидев меня, тут же ушла. Криста. Высокая, стройная, с собранными в хвост волосами. Одета она была по-домашнему: черная футболка, толстовка и боксерские шорты. Она была красивой, но стоило мне попасть в ее поле зрения, как ее лицо неизменно искажалось недовольством. Даже увидев Хантера у своей двери, ее лицо не сильно изменилось, но телодвижения — да. Опустив плечо, она облокотилась на дверной косяк, скрестив длинные ноги.

Она слушала Хантера, который показывал в мою сторону. Глаза девушки последовали за его жестом. Недовольное выражение Кристы стало еще более напряженным. Она замотала головой, и ее повышенный голос донесся до меня:

— Нет. Абсолютное нет, Хантер.

— Это всего лишь штаны, Криста, — его голос повысился в ответ. — Я верну их тебе.

— Черт с этими штанами, Хантер. Не в них дело, — она уперлась руками в бока. — Что ты делаешь?

— Не начинай.

— Кто-то должен. Они… — она подняла большой палец, указывая куда-то внутрь дома, — не смогли пробить твой толстый череп.

— Я знаю, что я делаю.

— Нет. Не знаешь.

— Криста…

Она перебила его:

— Послушай меня, Хантер, я сейчас действительно веду себя как твой друг. Говорю тебе, что все думают.

— С каких это пор тебя волнует чужое мнение? — огрызнулся он.

Она сложила руки на груди и покачала головой.

— Неужели ты не понимаешь? Ты хочешь связаться с ней? С девушкой Колтона? Думаю, это уже о многом говорит. Она тебе не подходит. Ты думаешь, она когда-нибудь смирится с тем, кем ты на самом деле являешься? Я знаю тебя, и уже вижу, чем это закончится. Ты не позволяешь себе влюбляться, но когда это происходит… — она запнулась, ее голос смягчился. — Я не хочу, чтобы тебе было больно. Для нее это просто развлечение. Горячий парень с Суперкросса. К тому же, она недавно потеряла парня, который, между прочим, выглядел совершенно как ты. Не будь дураком, Хантер.

Слезы застилали глаза, сердце упало куда-то в пятки. Ее обидные слова разожгли во мне гнев. Я стиснула зубы, и прежде чем осознала это, надела сапоги, схватилась за ручку и распахнула дверь.

«Что ты, черт возьми, делаешь, Джеймерсон?» — я проигнорировала голос, старый и уставший, который годами сдерживал меня, заставляя вести себя подобающе.

В нижнем белье, свитере и высоких сапогах я зашагала по дорожке к ее дому. Хантер обернулся, его глаза расширились, затем наполнились весельем, на губах появилась усмешка.

Лицо Кристы больше не было напряженным, оно буквально полностью исказилось от шока, увидев меня. За ней я увидела Джонса, Меган, Дага и Криса, которые играли в видеоигры и пили в гостиной. Они замерли. Все взгляды были прикованы ко мне.

— Вау! — сказал Даг, поднося бутылку пива к губам. — Моя ночь становится только лучше.

Я сложила руки на груди, но твердо стояла на ногах.

— Знаешь, я постоянно вижу голых девушек… — Крис сидел на диване ближе всех ко мне, — но эта сцена определенно горячее. Отличные сапоги, детка, — он поднял свой напиток в моем направлении.

— Выпьем за это! — чокнулся Джонс бутылками с Крисом и Дагом. Меган просто наблюдала за мной, весело дергая бровями.

— Спасибо, — закатила глаза я, повернувшись к Кристе. — Очевидно, что я тебе не нравлюсь. Ладно. Но ты же вроде как за Хантера переживаешь. Окажи ему эту маленькую услугу и одолжи мне штаны.

Взгляд Кристы скользнул по мне сверху вниз. Я не дрогнула под ее критическим изучением.

— Лично я голосую против, — снова подал голос Крис.

— Ага, но твоего мнения никто не спрашивал, — я обошла девушку, обращаясь к нему. — Разве ты не должен быть на встрече со Стиви?

— Встреча позже, — ухмыльнулся он.

— Просто дай ей штаны, Криста, — сказала Меган, сидя на полу и упираясь локтями в журнальный столик.

— Ладно, — Криста развернулась и направилась по коридору. Хантер подтолкнул меня, чтобы я шла за ней. Я бросилась следом, внезапно смутившись. Стараясь не замечать пристальных взглядов, я кивнула присутствующим и пошла по коридору навстречу своей участи. Сзади послышался голос Хантера, присоединившегося к своим друзьям, а я, словно на казнь, шла по коридору.

Криста вошла в комнату, включив свет. Я нерешительно шагнула внутрь. Она подошла к комоду, достала пару леггинсов и бросила их мне.

— Держи.

— Спасибо.

Она наклонила голову, ее взгляд буквально прожигал меня насквозь.

— Обидишь его, и моя месть будет жестока.

Мой рот открылся, чтобы ответить, но слов не нашлось.

— Я знаю, что ты прошла через многое, но Хантер прошел через гораздо большее. Его доверие и сердце уже растоптаны родителями, братом… ты его только окончательно уничтожишь, — она сделала шаг ко мне. — Если у тебя есть хоть капля совести, ты прекратишь все это прямо сейчас.

— Ты меня не знаешь.

— Я знаю достаточно, — она приблизилась еще на шаг, нависнув надо мной. — Хантер — не очередной плохой парень, над которым ты можешь поставить галочку и написать «Есть». И еще безумнее то, что ты обращаешься к нему, используешь его, представляя на этом месте Колтона. Он совсем другой человек.

— Я знаю, — зарычала я, выпятив подбородок, чтобы встретиться с ней взглядом. — Я знаю, кто такой Хантер.

— Так ли это? — усомнилась она. — Потому что Хантер не тот, кто хочет жизнь с идеальным домом, отдыхом на Багамах и тихой работой.

— И ты с одного взгляда на меня решила, что именно этого хочу я? Почему тебя так волнует, с кем он общается? — я скрестила руки на груди. — Ты влюблена в него?

— В Хантера? Нет, — фыркнула она, глядя на меня с неприязнью. — Но я вижу, что он влюбляется в тебя. С виду Хантер — кремень, но когда он открывает свое сердце, то отдает себя целиком. После смерти брата он не выдержит, если еще какая-то дура разорвет его надвое, — в ее голосе сквозило презрение. Она обошла меня, задев плечом по пути к двери. — Поэтому я снова тебя предупреждаю: хватит кружить ему голову. Остановись сейчас… или я сама остановлю тебя.

— Почему ты меня так ненавидишь? Что я тебе сделала?

Она снова ухмыльнулась, словно я была объектом какой-то тайной шутки, а затем вышла, захлопнув дверь.

Я судорожно стянула с себя сапоги, блуждая взглядом по комнате, где стояли кровать, две тумбочки, стул и комод. Комод и тумбочки были украшены фотографиями. Я подошла ближе и взяла одну из них. На ней был изображен очаровательный малыш с ярко-голубыми глазами, копной темных волос и ямочкой на левой щеке.

— Господи… — я положила фотографию обратно. Мой взгляд метался между фотографиями. Понимание озарило меня.

Не было никаких сомнений. Маленький мальчик был точной копией Колтона. Он спал с Кристой? Моему разуму было сложно совместить образ этого веселого, добродушного футболиста с жесткой рокершей. Ненависть Кристы ко мне внезапно стала кристально ясной. Я — девушка, которую он выводил в свет, а она — его "грязный секрет", о котором никто не должен был знать. Получается, теперь у меня было доказательство его измены.

Одно дело — слова Хантера, но увидеть это своими глазами — совсем другое. Доказательства разорвали в клочья последние сомнения. Стыд вспыхнул внутри, расползаясь по лицу, словно сорняки. Как я могла быть так слепа к предательству Колтона? Он обманывал меня не один и не два раза.

У Колтона был сын.

Словно по заказу, сквозь дверь донесся плач ребенка, заставив меня резко вдохнуть.

— Подождите меня, — послышался крик Кристы. — Я сейчас вернусь, — ее шаги загрохотали по коридору, приближаясь к двери.

Я натянула леггинсы и сапоги, а затем поспешила к двери. Тихонько открыла ее и выглянула. Ночник наполнял комнату по другую сторону коридора достаточным светом, чтобы все разглядеть. Она держала на руках ребенка месяцев от шести до восьми, укачивая его из стороны в сторону, пока он сосал из бутылочки.

Мой взгляд был прикован к шевелящемуся свертку, в груди все сжалось. Мальчик был магнитом, таким же, как его отец, как его дядя, и я подчинилась его зову. Я вошла в комнату. Криста резко обернулась, увидев меня, ее челюсти сжались.

Я смотрела на ребенка, его крошечные пальчики пытались обхватить бутылочку.

— Я знаю, — пробормотала я. — Я знаю, что он сын Колтона.

Она стиснула зубы, глядя на малыша. Ее глаза смягчились, но снова похолодели, когда она посмотрела на меня.

— Может, биологически. Но Хантер был для этого ребенка больше отцом, чем им когда-либо был или мог бы быть Колтон, — ее гнев был направлен на меня.

Я знала Хантера достаточно хорошо, чтобы понимать, что он возьмет этого ребенка как своего, не просто признает, а станет ему полноценным отцом. Справедливо ли это по отношению к Хантеру? Глядя на маленького мальчика, невинного во всем этом безумии, это перестало иметь значение. Хантер сделает это добровольно. И я поняла. В каком-то смысле Колтон действительно продолжает жить.

— Как его зовут?

— Коди.

— Он прекрасен, — подошла ближе. — Сколько ему лет?

— Восемь месяцев. — Криста провела пальцами по густым темным волосам малыша. Восемь месяцев — значит, он родился в июне. У меня бешено заколотилось сердце.

— Когда его день рождения? — я знала ответ еще до того, как она его озвучила.