Стейси Браун – Разрушенная любовь (страница 25)

Ну вот, как я и думала.

— Да, — кивнула я, не отрывая взгляда от Адама. — Я на него напала.

Директор Мэтлин сощурилась, пытаясь понять, правда ли то, что я признала. Раздался звонок на следующий урок. Она откашлялась, решая, что делать дальше.

— Адам, иди на урок. Я поговорю с тобой позже.

Самодовольная улыбка тронула его губы.

— Конечно.

— Всем разойтись по классам! Сейчас же! Иначе я начну раздавать дежурства, — крикнула она глазеющим. Те немедленно подскочили, схватили свои вещи и направились в сторону своих классов.

— Джеймерсон, иди за мной, — она жестом указала мне следовать за ней. Я послушно кивнула и на ходу схватила свой брошенный рюкзак.

Каблуки директора стучали по коридору. Я трусила за ней, бросив взгляд через плечо на выход, где стоял Хантер. Там никого не было. Я не могла побороть разочарование и раздражение. Вот я, вступилась за него, а он даже не остался. Чего я ожидала? И почему я встала на его защиту? Что заставило меня так сорваться

— Присаживайся, — миссис Мэтлин указала на стул напротив своего стола. Она прошла и опустилась в свое кресло.

Я села. Я должна была бы испугаться или занервничать. Меня никогда не вызывали к директору, уж точно не по такой причине. Раньше это было из-за наград или особых заслуг.

— Не знаю, что с тобой делать. Это совершенно на тебя не похоже.

Мне уже начинала надоедать фраза: «совершенно на тебя не похоже».

— Джеймерсон, — тяжело вздохнула она, — я не могу даже представить, что тебе пришлось пережить, — она покачала головой, сочувствие сквозило на ее лице и в словах. — Знаю, тебе нужно время, чтобы прийти в себя, но это уже не первая жалоба на твое поведение в последнее время.

Я резко подняла голову.

— Большинство учителей отметили, что твое поведение на уроках сильно изменилось. Ты стала агрессивной, вспыльчивой и дерзкой. На уроках ты теперь витаешь в облаках и не участвуешь в обсуждениях. Не сдаешь домашние задания, уходишь с уроков, грубишь и нарушаешь порядок.

Это была правда.

Она подалась вперед, сцепив руки.

— Понимаю, ты пережила ужасное трагическое событие. Но это не выход.

Я вызывающе подняла подбородок.

— А теперь еще и нападаешь на ученика? Разве Адам не твой друг? — друг? Раньше я бы, наверное, так и сказала. Но нет. Он был другом Колтона. — Можешь рассказать, что произошло?

Я сжала губы. Ни за что не стану ябедничать или говорить, что из-за простого оскорбления меня так сильно переклинило.

Она разочарованно выдохнула.

— Джеймерсон, я правда за тебя переживаю, — в ее глазах читалось сочувствие. — Я не хочу тебя наказывать. Ты хорошая ученица, и я знаю, что тебе пришлось многое пережить. Но я также не могу игнорировать это и надеяться, что все само собой рассосется, — она втянула воздух сквозь зубы. — Боюсь, мне придется сообщить твоим родителям.

— Вы собираетесь рассказать моим родителям? — я откинулась на спинку стула. — Серьезно? — для меня это было впервые.

— Мне жаль, — она склонила голову набок. — Но я не вижу другого выхода. Сейчас ты испытываешь сильную эмоциональную боль. Каждый справляется с ней по-своему, но я должна вмешаться, когда это влияет на других учеников и учителей. А главное, ты сама разрушаешь то, ради чего так усердно трудилась, — она снова вздохнула. — Ты скатываешься, Джеймерсон. Ты одна из самых одаренных учениц в школе. Я не могу сидеть сложа руки и позволить тебе не окончить школу или потерять стипендию из-за того, что ты перестала быть собой.

Я понимала, что она хочет добра, но меня это все равно раздражало. Мне надоели люди, которые говорят мне, как я должна себя вести и какой быть.

— Я свяжусь с ними сегодня, — она посмотрела на телефон на своем столе. — Надеюсь, ты понимаешь, что я действую в твоих интересах.

— Да. Спасибо, — я встала, подхватив рюкзак. — На этом все, директор Мэтлин?

Она кивнула.

— Пока что.

Я коротко кивнула ей и выскочила за дверь. Я понимала ее мотивы, но не могла справиться с кипящей яростью, поднимавшейся во мне.

Ноги сами понесли меня по коридору и вывели на улицу. Я жадно вдохнула морозный воздух начала декабря. На мгновение я запрокинула голову назад и закрыла глаза. Облака скрывали солнечные лучи, не давая мне согреться, и я обхватила себя руками. Прошло всего мгновение, как кожу закололо — кто-то за мной наблюдал.

Я открыла глаза и осмотрелась. Хантер, скрестив руки, облокотился на капот машины. Его лицо было словно высечено из камня, но голубые глаза сверкали гневом. Как под гипнозом, я спустилась по ступенькам к нему. С каждым шагом моя оборона крепла. Я остановилась перед ним, молча бросая ему вызов.

Он фыркнул, покачал головой и отвел взгляд куда-то вдаль.

— О чем ты думала?

— Что?

— Я сказал… — он снова сфокусировал свое внимание на мне. — О. Чем. Ты. Думала?

Я сделала шаг вперед.

— Я вступилась за тебя.

— Не надо было этого делать, — процедил он, наклоняясь ко мне. Нас разделяло всего несколько футов. Я чувствовала, как от него исходит волна гнева. — Я могу сам о себе позаботиться.

Обида, смущение, разочарование и ярость кипели под моей кожей. Мне казалось, что сейчас я похожа на персонажа из мультика, у которого пар идет прямо из ушей.

— Я думала, так поступают друзья, — ровно и твердо сказала я. — Видимо, ошиблась. Больше такой ошибки не повторю.

Он шумно вдохнул, приблизив свое лицо ко мне еще больше. От нас обоих исходила ярость. Он стиснул челюсти, на мгновение опустив взгляд на мои губы.

«Поцелуй меня. Поцелуй меня прямо сейчас, — я отшатнулась, когда эта мысль молнией пронеслась в моей голове, побуждая мышцы к действию. — Какого черта, Джеймерсон? Бррр. Ты не это имела в виду, — волна стыда прокатилась по моему телу. — Как я вообще могла об этом подумать? Это отвратительно. Наверное, потому что мне не хватает Колтона. Должно быть, причина в этом».

Парень втянул воздух и отвел взгляд, опершись спиной о машину, произнес:

— Мы не можем быть друзьями.

— Почему нет? — что происходило со мной в последнее время? Я словно больше не фильтровала свои слова и поступки.

— Твой мир, твои друзья… они несовместимы с моими, — он продолжал смотреть на здание школы. — И тебе уж точно не стоит за меня вступаться.

— Это что, хантеровская логика?

— Нет, это старшая школа, — он скрестил руки на груди. — И тебе лучше держаться от меня подальше.

До нас доносились звуки занятий физкультурой на поле. Наверное, на нас сейчас кто-нибудь смотрит.

— Мы же и раньше не были друзьями. Почему сейчас должно быть по-другому?

— Ты серьезно? — воскликнула я. — Неужели ты думаешь, что то, через что мы прошли, ничего не меняет?

— А разве меняет? — он повернулся ко мне. — Ты стала бы обедать со мной и моими ребятами? Ходила бы со мной по коридорам? Тусовалась бы по выходным? — он покачал головой. — Только в фильмах наши миры смогли бы пересечься. Держись своих, Джеймерсон. В конечном итоге так будет лучше, — парень оттолкнулся от машины и схватил свои костыли.

— Прости, что? — огрызнулась я. — Держаться своих? Это кто тут еще сноб? И откуда тебе знать, что будет для меня лучше?

Он обошел меня и направился к черной машине на парковке. И тут я заметила, что кто-то сидит внутри. За рулем был его друг Джонс, из окна струился дым. Я почти уверена, что это была не сигарета.

— Не знаю. В этом и суть, — он двинулся к черной “Honda Civic”. Матовая покраска делала седан более агрессивным, чем обычно. Бока и заднее окно украшали наклейки с черепами, питбулями и другими эмблемами. — Пока, Джеймерсон.

Я кипела от ярости, следуя за ним.

— Не думала, что именно ты будешь говорить мне, что делать и кем быть.

Он схватился за дверцу машины и распахнул ее. Быстро бросив костыли на заднее сиденье, он всем своим видом показывал, что хочет уехать от меня. Это было как холодный душ. Я остановилась как вкопанная.

— Да пошел ты, Хантер.

Захлопнув дверь, он забрался в низко посаженный автомобиль со странным выражением лица. Машина взревела, оглушительная музыка загрохотала по воздуху.

— В одном ты прав, — прокричала я сквозь шум. — Мы не друзья. Мы — ничто, — я резко развернулась и заковыляла прочь, разочарованно вздыхая из-за своей скорости.

“Honda” сорвалась с места, ее ревущая музыка визжала вместе с машиной. Это было словно кто-то пробил мне дыру в груди и заполнил ее еще большей злостью. Мне хотелось доказать, что теория Хантера ошибочна. Что я смогла бы общаться с ним и его друзьями. Но так ли это? Сколько времени прошло бы, прежде чем всеобщее насмехательство сломило бы меня, заставив отвернуться и встать в строй? Нам нравилось притворяться, что все может быть по-другому. А фильмы обожали показывать, как противоположности притягиваются, и как популярный парень может влюбиться в ботанку. Это чушь. В реальном мире такого не бывает. В старшей школе царит власть сверстников. Люди по своей природе хотят принадлежать к высшей расе, быть принятыми в нее. Раньше я ничем не отличалась. Но теперь? Одна мысль о том, чтобы вернуться в ту компанию, снова стать ведомой, била по всем моим нервам.