Стейси Браун – Мёртвые Земли (страница 14)

Уорик замер, его глаза цвета морской волны вглядывались в мои. Я постаралась открыть рот, но ничего не вышло. Пальцем я указала в направлении своего настоящего тела, словно была жутким призраком. А затем вернулась в свое тело, ускользая прочь.

– Ковач?

Земля содрогнулась от моего имени, стука сапог, ощущений рук, тепла и… жизни.

А тьма забирала меня в свои владения.

Когда я открыла глаза, то обнаружила, что нахожусь не в своей комнате. Я лежала на кровати, кажется, в госпитале. К моей руке были присоединены трубки, в голове стучало.

– Ты очнулась.

На меня смотрела женщина. Я сразу поняла, что она фейри. Она носила одежду в цветочек, ее шелковистые золотисто-светлые волосы были собраны в пучок на голове, глаза цвета янтаря.

Древесная фейри.

– Что это?

Я указала на трубки в моей руке.

– Ты истощена. – Женщина осторожно вытащила трубки из моей руки. – Ты совершенно здорова и жизненные показатели в норме, но, когда тебя сюда принесли, ты была без сознания. Странно, я никогда с подобным не встречалась. – Она покачала головой. – Он практически разнес по камешку базу, пытаясь до тебя добраться. Поднял всех на уши и потребовал, чтобы кто-нибудь присматривал за тобой. Только так согласился уйти тихо.

– Уорик!

Я вскочила и услышала звук оков, бьющихся о металл. Меня приковали наручниками к кровати. Я посмотрела на них и ощутила леденящее чувство дежавю – также я очнулась в госпитале Киллиана, когда меня подстрелили, меня также приковали к кровати в лазарете.

– Сними с меня наручники, – усмехнулась я.

– Успокойся.

Женщина сделала шаг назад.

– Сними. С. Меня. Наручники. Сейчас же, – закипела я, дергая металл.

– Ковач.

Услышала я голос у дверного проема и посмотрела на него. Когда я увидела огромное мускулистое тело, у меня перехватило дыхание. Я знала, что в реальности его здесь нет, потому что параллельно могла видеть его настоящего, сидящего в камере. Эш находился недалеко, повсюду витал запах гнили и тел. Уорик сидел, прислонившись спиной к стене, положив руки на колени, позволяя миру поверить, что решетки могут удержать кого-то вроде Уорика Фаркаса. Он откинул голову на стену и на мгновение закрыл глаза. Уорик дышал так, словно снова смог вдохнуть полной грудью.

Свободно.

– Я приду. И вытащу тебя, – тихо произнесла я.

Услышав мой голос, Уорик снова открыл глаза. Он молчал и не двигался, но его взгляд прожигал меня насквозь. Раздевал. Срывал кожу, разрывая душу. Я могла чувствовать его везде.

Вторгающегося.

Врывающегося.

Поглощающего.

И что пугало меня больше – я соскучилась.

По нему.

Такое открытие вернуло меня обратно в клинику, сдавленно вздохнув, я прервала связь.

«Нет, Брекс. У тебя на него нет никаких прав».

– Далия, дай нам минутку, – раздался голос Микеля, и я посмотрела на дверь. Вместо Уорика в дверном проеме стоял мой дядя. Он был ростом с моего отца, сердце сдавило от боли, я отвернулась.

Целительница кивнула и вышла из комнаты, оставив нас одних.

Микель тяжело вздохнул и начал расхаживать по комнате, потирая седеющие брови.

– Я не знаю, что с тобой делать, Брексли.

– Понимаю.

Я погремела наручниками.

– Ты моя племянница, единственный ребенок моего брата. Моя кровь. – Он повернулся ко мне. – Но это не ничего не значит в моем мире. Я видел, как братья предавали друг друга, а матери отворачивались от своих детей. Кровь – это ерунда. Верность и преданность – вот что важно. Мы – семья, потому что верим в одну и ту же цель. И любого, кто вызывает мое недоверие, я здесь не потерплю. Сомнение – смерть. Понимаешь?

В реальности это не было вопросом, но я склонила голову в знак согласия.

– Когда мне чего-то недоговаривают, это заставляет задуматься, что же еще от меня скрывают. Как лидер, я обязан знать все.

У меня перехватило дыхание. Я чувствовала таблетки в своем кармане, которые впивались мне в бедро. Казалось, мой секрет был живым. Он колотился и извивался, готовый меня выдать. Информация – это жизнь в мире, где никто никому не доверяет. Все являлось рычагом воздействия и оружием.

– Я многим рискую ради тебя, потому что ты – единственный член семьи, который у меня остался. – Микель засунул руки в карманы своих темных карго-брюк. – Мне не нравится все это, но я хочу верить, что ты на нашей стороне.

– Я не шпионю для Иштвана или Леона, если ты об этом. – Свободной рукой я убрала с лица спутанные волосы. – Но ты ведь в курсе этого. – Я наклонила голову, осознавая, что Микель не зря оказался на своем месте. – Знаешь, что мои люди охотились за мной.

Он покачал головой.

– Однако это хороший план. Послать мою же племянницу, чтобы та притворилась, что ее преследуют, когда сама она проникает глубже во вражеские ряды. – Микель подошел ближе. – Доверие здесь зарабатывается, а не выдается. Я не доверяю тебе полностью, Брексли. А после того что произошло утром и особенно если учесть, кто сидит в моей тюрьме, я вообще не знаю, как могу тебе верить.

Я сжала губы, понимая, что есть только один вариант решения этой проблемы. Мне необходимо было дать ему информацию, которую он желает получить. Это способ заработать его доверие. Последнее, что мне было нужно – еще больше врагов, я не хотела переходить дорогу крупнейшей повстанческой партии в Восточном Блоке.

– Я могу доказать. – Я подняла голову, встретившись с ним взглядом. – Но я хочу, чтобы ты отпустил Эша и Уорика.

– Нет. – Микель покачал головой. – Об этом не может быть и речи.

– Ты слышал слухи о Уорике Фаркасе? – Я выгнула бровь. – Они далеки от правды. Уорик может выйти из твоей крошечной тюрьмы и убить каждого здесь за считаные секунды. И только из-за меня он этого не делает. – Заявление прозвучало странно, но я чувствовала, что права. – Он просто держит свое слово вести себя прилично… но стоит мне сказать, и он сравняет это место с землей.

Микель прикрыл глаза.

– Это угроза?

– Это факт.

Я пожала плечами.

– Ты даже не знаешь, где он.

На моих губах появилась зловещая ухмылка. Улыбнувшись дяде, я восстановила свою связь с Уориком. Я стояла перед ним, а он смотрел на меня таким взглядом, какой обычно бывает у кота, охотящегося на мышь.

– Поднимешь немного шума для драматического эффекта, Фаркас? Я тут хочу кое-что разъяснить.

Уорик приподнял бровь и поднялся на ноги, словно хищник, готовящийся к нападению.

– Вероятно, я мог бы сделать что-нибудь получше, принцесса.

– Черт. – Эш, вставая, посмотрел на Уорика, а затем на пустое место, куда Уорик смотрел. – Здесь Брексли? Ты с ней разговариваешь?

Уорик проигнорировал Эша, не сводя с меня назойливого взгляда, царапающего мою кожу.

– Чего ты хочешь?

Голос Уорика прошелся по моему телу, вгрызаясь в плоть.

– Приди и найди меня, – подразнила я Уорика и подмигнула, прежде чем прервать связь.

Повернувшись лицом к дяде, я дернула наручники, приковывающие меня к кровати.

– Лучше соглашайся, потому что через две минуты у тебя появится проблема в виде огромного взбешенного мифа, проходящего через эти двери.

– О чем ты говоришь? Он за решеткой.

Микель смотрел на меня как на сумасшедшую, пока не услышал рев и шум, доносящиеся из коридора.