Стейси Браун – Коварные Земли (страница 34)
Я втянула воздух в легкие и подняла голову. Я смотрела, как мимо проплывают здания, как моя прежняя жизнь остается позади.
Проблема в том, что девушка, которую они хотели выследить, была мертва. Избита, измучена и похоронена.
Он не знал, что объявил охоту на монстра.
Как предвестник, мчащийся сквозь ночь, мое темно-багровое платье развевалось позади, плывя по ветру на черном мотоцикле, управляемом самой смертью – мы привлекали больше внимания, чем желали. Украшенное драгоценными камнями платье насыщенного красного цвета из тончайшего шелка с дорогим кружевом кричало о богатстве и привилегиях. На этих улицах элита недолго бы продержалась.
Мы с Уориком молчали, пока он петлял по переулкам, лавируя между лошадьми и повозками. Он опасался, что нас будут преследовать.
Чем ближе мы подъезжали к сердцу Диких Земель, тем больше горожан прогуливались по улицам. В бочках горел огонь, а вокруг них собирались в кучку фигуры, пытаясь согреться, – изможденные, грязные, покрытые шрамами дети и их родители. Но, как только они видели мое прекрасное платье, их лица освещались благоговением, сменяющимся жадностью.
Я знала, как всего несколько кусочков богатого материала могут изменить их жизнь. Наполнять их животы в течение нескольких ночей.
Въехав в неосвещенный переулок, Уорик выключил фары и, свернув на еще более узкую улочку, остановился. Мы немного постояли в темноте, луна отбрасывала на нас жуткий свет. В воздухе лишь витали приглушенные звуки и виднелось наше дыхание. В нос ударила вонь застарелой мочи и мусора, отчего я стала дышать ртом.
Через несколько мгновений, когда осознала, что преследователей нет, я расслабилась.
Уорик издал горловой звук и повернул голову так, что я смогла разглядеть его профиль. Не говоря ни слова, я поняла, что он хотел. Я слезла с мотоцикла и отряхнула дорожную пыль с платья, проверив, что документы все так же крепко прижаты к моей груди.
Уорик затолкал мотоцикл за мусорный контейнер, забросав его картонными коробками. Он фыркнул и вздернул подбородок, приглашая меня следовать за ним.
– Держись ближе, – пророкотал он и сморщился от раздражения, оглядев мое тело. – Ты как мишень, особенно в Похотливом районе.
– Похотливый район?
– Так называется это место. Название говорит само за себя.
Музыка, смех, крики и болтовня становились все громче по мере того, как мы подходили к главной улице, название которой соответствовало развратной атмосфере. На знакомой дороге, по которой сновали горожане, витало множество разных запахов. Пейзаж напомнил мне тот первый вечер, когда я сюда попала.
Была суббота, и это место было переполнено грехом, жадностью похотью и соблазном. Фестиваль секса, азартных игр и выпивки.
Я ахнула, когда вспышка огня полыхнула над моей головой. Я обратила внимание на женщину в трусиках и корсете, раскачивающуюся на обруче и вращающую пылающую дубинку. Сверху свисали гамаки, на них лежали обнаженные фигуры, погруженные в экстаз. Стоны сливались с музыкой, доносившейся из каждого заведения. Казалось, где-то ревели дикие звери – наполовину обращенные оборотни бродили и предлагали вещества и алкоголь. Блестящие дешевые костюмы сверкали под лампочками, едва одетые мужчины и женщины манили пальцами, приглашая людей подойти ближе. Столы были битком забиты игроками, драки вспыхивали по мере того, как вскрывались раздачи.
Когда мы проходили мимо игорного заведения, мужчина крикнул:
– Мошенник!
Вытащив пистолет, он направил его на другого мужчину и пристрелил. Горожане даже не вздрогнули от звука стрельбы.
– Привет, красавица! – К моему лицу прикоснулась рука, я оглянулась и посмотрела на потрясающую женщину-фейри. – Ты выглядишь готовой к вечеринке. – Она скользнула рукой по моему телу, мурлыкая от похоти, но в глазах стояла пустота. – Я могу предложить тебе все, – произнесла она, скользнув пальцами по шелковому платью, большой палец пробежал по драгоценным камням, вшитым в розы. – О боже, – женщина открыла рот. – Настоящие. Они настоящие, да?
Уорик зарычал и, схватив меня за руку, потащил сквозь толпу, подальше от женщины.
– Нужно избавиться от твоего гребаного платья. Сейчас же, – прохрипел он, притягивая меня ближе. От его тела исходило тепло, когда он подвел меня к знакомому зданию.
Бордель «У Китти» был освещен, почти в каждом окне находились фигуры всех полов и рас. Девушки в корсетах, халатах и чулках в сеточку. Парни в таких плавках, которые демонстрировали все, на некоторых были цилиндры или кожаные жилеты. Все стояли в сексуальных позах, выставляя на всеобщее обозрение то, что могли предложить, предлагая секс каждому проходящему. Молодые и старые входили и выходили через парадную дверь. Звуки из переулка наводили на мысль, что некоторые уже вовсю развлекались.
– Уорик, детка.
Ворковали из окон. Я посмотрела на окна, остановившись на одном и сузив глаза.
– Дай мне знать, когда будешь готов. Девочки и я бросим все, чтобы присоединиться к тебе.
Из окна высунулась Нерисса, демонстрируя пышную грудь. Она посмотрела на меня, и на ее губах заиграла озорная улыбка. Самодовольная. Говорящая, что она знала, какой Уорик на вкус, на ощупь… а я нет.
– О, смотрите, кто вернулся. Мисс Ханжа решила снизойти до нас?
– Нерисса, – предупредил Уорик, но ее улыбка стала более надменной.
Он взбежал по ступенькам к двери, даже не оглянувшись проверить, следую ли я за ним. Я чувствовала себя помехой или младшей сестренкой, за которой он обязан следить.
Пыхтя, я схватилась за края платья, приподняв подол, и направилась по лестнице, стараясь не вздрагивать. Нежные подушечки моих ступней горели, оставляя кровавые следы на ступеньках.
– Что? Больше нечего было надеть? Накинула первое попавшееся, герцогиня? – насмехалась надо мной Нерисса, высунувшись еще сильнее из окна. Остальные женщины взревели от смеха со своих насестов.
Зарычав, я проигнорировала ее и вошла внутрь.
–
Мадам Китти стояла в большой гостиной. Она выглядела безукоризненно спокойной, как и всегда. Ее темная кожа сияла в свете ламп, подчеркивая острые скулы. Сегодня на ней было зеленое платье с блестками. Длинные волосы, собранные в хвост, доходили до талии. Я знала, что волосы ненастоящие. Как и длинные ресницы и красные ногти. Она была поразительной, но пугающей. И все же что-то в ней было не так, но я не могла точно объяснить.
– Китти… – Уорик склонил голову набок, слегка улыбнувшись. – Клянусь, ничего не случится.
– Мой милый мальчик… – тихо произнесла она, рука уперлась в бедро, – в последний раз, когда ты мне это говорил, мне пришлось чинить весь второй этаж.
– Это было один раз.
– До этого гостиную… а еще раньше мне пришлось заменить четыре кровати…
– Это случилось по другой причине.
Уорик поднял руку.
Китти сердито опустила ресницы, а потом медленно посмотрела на меня. Она всегда выглядела недовольной, если только не разговаривала с Уориком, но я не могла предположить, о чем она подумала, увидев меня.
Ее челюсть дернулась, и внимание вновь переключилось на Уорика.
– В один прекрасный день твои привилегии закончатся.
Уорик сокрушительно улыбнулся, отчего я резко вдохнула – на его лице была искренняя улыбка. Его глаза блестели, когда он поцеловал руку Китти.
– Ты редкий бриллиант, мой милый друг.
Она фыркнула, убирая руку и похлопывая его по плечу.
– Я редкая, хорошо, – вздохнула она, – а теперь убирайся с моих глаз, пока я не передумала. – Уорик снова ухмыльнулся, поцеловав ее в щеку. – Иди! – Китти замахнулась на него. – Тьфу. Не знаю, почему я терплю тебя все эти годы.
Уорик оглянулся на меня и, повернувшись, зашагал вверх по лестнице. Его прекрасное настроение испарилось тогда, когда он посмотрел на меня.
Отогнав страх, я направилась за ним. Наклонив голову в сторону Китти, я произнесла:
– Спасибо.
– Будь осторожна, девочка, – сказала она, ее сдержанный и лощеный вид вернулся. Китти наблюдала за входящими и выходящими клиентами. – Он может утопить тебя, завлечь… – Она сглотнула, и я посмотрела на ее шею, приметив кадык. – А ты будешь лишь просить большего.
Я замерла и пристально вгляделась в ее лицо, увидев за маской правду.
– Ты влюблена в него.
– Я люблю лишь это место. Мне не нужно сердце. Я усвоила этот урок давным-давно. – Китти посмотрела на меня. – Но позволь мне тебя предупредить – нет ничего хуже, чем любить мужчину, который никогда тебя не полюбит. Наихудший вид пытки. Ты привыкаешь, стремишься к нему и жаждешь больше жизни, но не знаешь, как остановиться. Тебе это не нужно. – Она коснулась моей руки, наклонив голову. – Хотя, вероятно, в этот раз осторожным следует быть ему. – Она пробежала по мне взглядом. – Я пришлю тебе одежду.
Я следила за ней до тех пор, пока Китти не скрылась из виду, ее предупреждение казалось весомым.
Поднимаясь по ступенькам, я оглядывалась по сторонам. Никогда не думала, что вернусь сюда. Я находилась здесь месяц назад, а казалось, прошли годы.
Все изменилось с того момента, как я впервые поднялась по этой лестнице. Тогда я мечтала вернуться домой – к своей жизни, к Кейдену, веря, что смогу снова стать счастливой. Теперь у меня не было ни дома, ни семьи, к кому бы я могла вернуться. Я стала предателем для своего народа, и мне больше не рады.