Стейси Борел – Слайдер (ЛП) (страница 2)

— Нет, я сама справлюсь, — сказала я, качая головой.

— Аннабелль, я могу легко занести тебя внутрь.

Я встретилась взглядом с его голубыми глазами.

— Я сказала, нет.

Его челюсти сжались, и он был раздражен, прежде чем мы вошли в дом.

Я сделала маленький прыжок, слезая с сидения. Шатаясь, я почти потеряла равновесие, но восстановила его и прыгнула еще раз. Я сделала несколько прыжков, держась за разные вещи в гараже, пока добиралась самостоятельно. Очень раздраженный Тёрнер стоял около двери в прихожую. Когда я наконец-то подошла к нему, он опустил взгляд на меня. Он и так был намного выше моих пять-с-половиной футов, но когда стоял на ступеньке, то вообще возвышался надо мной. Как будто пытаясь запугать меня своим ростом, он продолжал блокировать мне вход в дом. Моя нога, которая в настоящее время держала весь мой вес, устала, и я просто хотела сесть. Схватившись за дверную раму, я сделала небольшой прыжок и почти врезалась в него, когда запрыгнула внутрь. Он отступил назад до того, как наши тела соприкоснулись, и я, признаться, была разочарована, что он это сделал. Выбросив эту мысль из головы, я взглянула на него через плечо, держа свой путь через узкий коридор.

— Ты можешь показать мне, где у вас хранится лёд и какая-нибудь тряпка, чтобы вложить его в нее? Мне неудобно копаться на кухне твоей матери, — я повернулась и направилась к нему.

Я слышала, что Тёрнер проворчал, прежде чем ответил:

— Я принесу.

Я заметила, что еда с ланча всё еще была на кухонном столе и осмотрела просторную комнату. Шкафчики, окрашенные в цвет грецкого ореха, окружали подковообразный кухонный стол, с изумительным золотым гранитом и приборами из нержавеющей стали. Посередине был островок, на котором стоял кувшин в форме петуха, как декорация. Я направилась к нему, чтобы держаться за него, пока Тёрнер пошёл за тряпкой. Всё в этом месте излучало шик и теплоту. Если бы я когда-нибудь переехала из дома моих родителей, или отремонтировала его на свой вкус, я сделала бы именно так. Эта комната заставляла чувствовать себя желанным гостем, тебе хотелось сесть, съесть кусок пирога и выпить чашку кофе. Я осматривалась, когда Тёрнер вернулся на кухню и направился к морозильной камере, чтобы достать несколько кубиков льда. Я сглотнула, чувствуя, как очередной раз появляются маленькие бабочки. Почему он заставляет меня так себя чувствовать?

Когда мы ели ланч, я наблюдала за ним. Мои глаза периодически блуждали туда, где он сидел. Я не хотела смотреть на него, но чувствовала притяжение. Я была заинтригована им. Он без сомнения был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела. Я подглядывала за ним, когда он разговаривал со своим отцом. Он был спокоен, расслаблен. Его голубые глаза излучали кладезь знаний, а слова, которые слетали с языка, говорили о том, что он образованный мужчина. Тёрнер держал свои плечи и спину прямо. Я никогда не видела такие широкие плечи. Но с другой стороны, когда я осмотрелась вокруг стола, я увидела, что у всех мужчин в этой семье такое же телосложение. Тёрнер производил впечатление доминанта, волны, которые исходили от него, были успокаивающими и сильными. Это были, как будто, маленькие невидимые сети, которые тянулись через всю комнату и обматывались вокруг тебя, тихо затягивая тебя без твоего ведома. Это было пугающе.

Бросив на него взгляд, в то время как он двигался через кухню, я утонула в его красоте. У него были высокие скулы и крепкий квадратный подбородок с лёгкой небритостью. Мои пальцы покалывало странным образом, мне хотелось встать и дотронуться до этой шероховатой поверхности. Порыв дотронуться до мужской кожи никогда не был чем-то, с чем я действительно боролась. И это было потому, что я никогда не хотела прикоснуться к мужчине, желание было для меня лишним источником раздражения. Я поняла, что меня влечет к Тёрнеру.

«Это плохо».

Когда Тёрнер подошёл ко мне, я сделала то, что обычно… осталась равнодушной. Я посмотрела на него, когда он встал передо мной, встретившись с его кристальными глазами. Я чувствовала доминантность, превосходство, идущее от него, но я отмахнулась от этого ощущения и сделала маленький прыжок к уголку для принятия пищи. Там был маленький столик с двумя стульями, и я просто хотела чуть-чуть отдохнуть. Прежде чем я была в состоянии двинуться дальше, чьи-то ладони оказались под моими руками, и Тёрнер поднял меня как маленького ребёнка и посадил на кухонный островок. Камень под моими ногами был прохладным. Я хотела было возразить, что он опять поднял меня без моего разрешения, но то, что я не стою на земле, заставило меня держать свой рот на замке. Я видела небольшую ухмылку в уголке его полных губ, и мне стало любопытно, ожидал ли он, что я что-нибудь ему скажу.

— Подними ногу и положи свою лодыжку на другое колено, пожалуйста.

Я подняла бровь.

— У дикаря есть манеры. Интересно.

Я сделала то, что он просил, и он осторожно приложил полотенце к моей уже опухшей лодыжке.

— Конечно, у меня есть манеры. Что тебя заставило подумать, что нет? — спросил он в замешательстве.

Я чувствовала, как мой рот борется с улыбкой.

— Это потому, что ты два раза поднял меня без моего разрешения, а затем даже не потрудился извиниться за вторжение в моё личное пространство. Так что, услышать «пожалуйста» из твоих уст… круто.

Он усмехнулся.

— Доктор во мне склонен действовать прежде, чем думать, поэтому я могу быть навязчивым. Так что, за это я приношу свои извинения.

— Доктор? — спросила я из любопытства.

— Киган тебе не рассказывала? — его пронзительные голубые глаза встретились с моими.

Я покачала головой.

— Нет. Я только немного знаю о Камдене и Доджере. До сегодняшнего дня я даже не предполагала, что у Камдена ещё есть два других брата.

Его ребяческая усмешка стала еще шире, и бабочки в моём животе сделали сальто.

— Я являюсь сотрудником «УГА Медикал».

Это было абсолютной новостью для меня. Во время ланча он спросил меня, в какой сфере деятельности я хотела бы работать. Я ответила, что-либо в спортивной медицине, либо в родильном отделении. Он немного надавил на меня и попросил выбрать одну из этих сфер, которая мне нравится больше. Я действительно не знала. Я выбрала спортивную медицину, но когда дело дошло до наличия работы, это не имело значения. Я просто хотела быть медсестрой и помогать людям. Кроме того, я не могла продолжать жить за счет сбережений и страховки жизни моих родителей. Хорошо, на самом деле, могла, но я хотела иметь свои собственные деньги.

Откашлявшись, я опустила руку вниз, чтобы забрать ледяную ткань подальше от него. Его глаза проследили за направлением мои руки, перед тем как он посмотрел на меня из-под своих ресниц. Отстраняясь и прислонясь к противоположному концу стойки, он скрестил руки на своей широкой груди и наблюдал за мной. Тёрнер раздражал меня своим пристальным взглядом, и я занервничала. Почувствовав себя неспособной к встрече с ним глазами, я посмотрела на свою ногу и сняла несуществующую пушинку со своих шорт.

— Значит, раз ты являешься сотрудником «УГА Медикал», ты уже закончил свою аспирантуру? — спросила я, пытаясь перенаправить ход своих мыслей.

Когда он не ответил, я посмотрела ему в глаза.

— Я полагаю, что да.

То, как он посмотрел на меня, заставило меня покраснеть. Уххх, я же не краснею.

— И сотрудником какой сферы ты являешься?

Уголок его рта дернулся.

— Спортивная медицина.

Мои брови взлетели вверх.

— Подожди, если бы я пошла на спортивную медицину, мы бы работали вместе.

— Да, работали бы. Разве это было бы плохо?

Я посмотрела на свои руки.

— Нет. Но теперь я понимаю, почему ты спросил меня об этом. Я просто не думаю, что это отдел, в котором будет свободное место, когда я пойду устраиваться на следующей неделе.

— Я всегда могу замолвить за тебя словечко, если ты этого хочешь.

— Нет! — сказала я слишком громко, встретившись с его голубыми глазами. — Я имела в виду нет, но спасибо. Я хочу сделать всё сама.

Он кивнул.

— Понятно, — опустив свои руки обратно по сторонам, он указал на мою ногу. — Теперь ты можешь снять лёд.

Я взглянула вниз.

— Ах, точно, — я сняла ткань с ноги и положила её на стойку позади меня. Я как раз хотела поблагодарить его за помощь, когда за дверью послышались звуки.

— Я клянусь, вы двое закончите тем, что поубиваете друг друга, — сказала Ригли Доджеру, когда они вошли на кухню, абсолютно не обращая внимания на Тёрнера и меня.

— Мне пофиг, младший братец. Займись своим делом, — проворчал Доджер.

Ригли усмехнулся и поднял свои руки в воздух.

— Эй, парень, я просто советую тебе поменять линию поведения. Мейси всё еще докапывается до тебя, но вы оба очень упрямы. Просто скажи ей, что тебе жаль, и двигайся дальше.

Доджер взял бутылку воды из холодильника и опрокинул голову назад, заливая в себя жидкость. Когда он закончил, то бросил бутылку в мусорную корзину и указал в сторону Ригли.

— Я скажу это один раз, и клянусь, что как только ты еще раз поднимешь эту тему, я надеру твою задницу. Оставь это. Мейси и я не твоя забота, и никогда не были ею. Кроме того, ты видимо не знаешь, как работают отношения, если это так задевает твою задницу.

Ригли выпил залпом свою бутылку воды.

— Конечно, я знаю. Я всё время нахожусь в отношениях.