Стейси Амор – История одного заклятия (страница 7)

Я кивнула.

– Вот туда тебе идти не стоит, она жила и промышляла там.

– А как умерла?

– Странно, – бросил мне воин.

– Если вы хотите, чтобы я помогала, – спокойно отозвалась я, не обращая внимания на неучтивость Бродерика, – то будьте добры подробно изъясняться.

– От непонятной болезни, – вздохнул мужчина, – она в один момент начала кашлять, чихать и сама себе предрекла скорый конец. Слабела день ото дня, а потом простилась с жизнью.

– Сколько прошло дней от начала болезни?

– Не больше семи.

– Хорошо, точнее плохо, но это точно магия. А как давно похоронили?

– Может с месяц.

– Ее убило волшебство, – уверенно сказала я. – Среди Вас предатель и ведьма.

– Не может быть, – отрицал происходящее Бродерик.

– Ты хочешь оспорить мое заключение? – удивилась я. – Разве это не очевидно? Даже от болезней так скоро люди не умирают. Она знала, что ее убивало.

– И не сказала.

– Это не так просто, – вздохнула, – найти причину. Точнее найти источник. Но ваша ведьма точно знала, что ее таким образом прокляли.

– Так это проклятие?

– Да, я даже знаю, какое.

– Не может быть. Никто из нас не желал ей смерти.

– Тем не менее, – отрезала я, – Бродерик, – взяла его за плечо, – здесь видна работа ведьмы. Кто-то из женщин наложил легкое заклятие. Но сама ведьма посредственная – сильную я бы почувствовала.

– А ты сильная? – скептично обвел мою фигуру глазами.

– А как ты думаешь? – я язвительно улыбнулась.

– Кейти!

– Кейти!

В меня врезались Эндрю и Майкл.

– А брат сказал, что ты и к обеду не проснешься, а сейчас только утро.

Я взъерошила волосы обоим мальчишкам. Мой брат сейчас не старше Эндрю. Наверно такой же. Как же хочется добраться до Синклеров и увидеть его. Он меня совсем не помнит. Когда я принесла его другу семьи, ему даже года не было, а потом пропала, надеясь вернуться. А теперь я так рядом, так близко, но разлука продолжается.

– Поиграй с нами, – заканючил младший Майкл.

– Во что?

– Не знаем, – весело отозвался старший брат, – лучше пойдем с нами, там другие дети.

– И что там? – я улыбнулась.

– Ты ведьма, расскажешь нам истории.

Да, это я могла. Именно ведьмы и хранили историю нашего мира и страны.

– Расскажи, расскажи! – отовсюду звенели голоса детишек, вышедших ко мне, когда братья лаэрда и Бродерик проводили меня на поляну.

Все расселись и приготовились слушать, только младшенькие бегали из стороны в сторону. Рыцарь встал за мной, то ли оберегая, то ли, чтобы я не пыталась сбежать.

Я тоже присела на траву в выданном мне темно-зеленом платье.

– Что же Вам рассказать? – приторно улыбнулась я.

– О Чаролесье!

Да, от ведьм только и ждут рассказов о нем.

И я начала.

– Как Вы знаете, наш мир первыми заселили эльфы, которые вступили на территорию древней чащи и вдохнули в нее жизнь. Это потом здесь появились оборотни всех мастей, способные превращаться в драконов, волков, лисиц, медведей и других.

– А правда, что раньше все люди имели звериные ипостаси? – спросил меня незнакомый мальчик.

– Да, – кивнула я, – магия была разлита по всей земле, и каждый человек имел ипостась, кроме эльфов и ведьм. Боги наделили нас даром создавать миры и природу, плести заклинания, но второго лица не дали. А всем остальным даровали звериную сущность, чтобы люди могли противостоять возможным врагам.

– А почему только ведьмы ходят в Чаролесье? – услышала я звонкий девичий голос.

– Эльфы сами ушли из нашего мира никому не понятным способом, обязав ведьм хранить священную рощу, вокруг которой разрослось наше королевство. Сначала ведьмы избирали хозяйку Чаролесья, пока люди, не позавидовали власти и не начали нас сжигать.

– Мама говорит, что жгли только плохих ведьм, – пискнула маленькая девочка.

– Это не совсем так. Тогда убивали всех возможных, нас осталось совсем мало, – вздохнула я. – И тогдашняя хозяйка Чаролесья наложила заклятие на всех неведьм – никто не зайдет в рощу, без сопровождения. А если рискнет нарушить запрет, то останется здесь навеки.

– А снять его можно? – задумчиво спросил Эндрю.

Я улыбнулась мальчику.

– Да, если ведьма-хозяйка искренне захочет помочь оборотню и рискнет своей жизнью ради него. А тот должен приложить все усилия к ее прощению. А хозяйки в роще, увы, нет, – развела я руками. – Последних хозяек убили, роща живет своей жизнью, сама решая, кто достоин в ней находиться.

– Но ты же долго проводила там время? – спросил меня Майкл.

– Да, малыш, – погладила его по спине, – проводила, и, надеюсь, еще проведу. Это мой дом.

– А почему теперь не все оборотни? – спросил меня кто-то из детей.

– Магия уходит из мира, – я провела рукой по изумрудной траве, – теперь много людей без даров, это тоже неплохо. Вы можете творить волшебство своим умом, а не пользоваться заклинаниями. Но все началось после жестоких убийств ведьм, а сейчас вы нас цените.

– А что такого в этом Чаролесье? – раздался голос мальчика откуда-то издалека.

– Ну как же, – заговорила я снисходительно, – если человек без ипостаси, то он может выполнить поручение зверя и обрести ее. А еще Чаролесье – это же центр Андмарры. Кто контролирует зачарованную рощу, контролирует все королевство. Через него можно попасть в любой клан. Но вот зайти в него и пересечь без ведьмы невозможно. Вы просто не выйдете.

– Может ты хозяйка Чаролесья? – зазвенели детские голоса.

– Вот это вряд ли, – улыбнулась я, – я столько раз там была, и роща не дала мне ни единого шанса.

– Ты самая прекрасная ведьма, которую мы видели! – кинулся ко мне Майкл и обнял.

– Они правы, – услышала я голос со спины, – ты правда самая прекрасная ведьма, которую мы видели.

Рамзи Маклин…

– Спасибо, лаэрд, – удивленно посмотрела я на него.

– За что благодаришь, ведьма? Ты сама это прекрасно знаешь, – Он сел рядом со мной, а детишки обступили нашу пару.

– Разве женщине не приятно, когда восхваляют ее красоту? – я кокетливо улыбнулась.

– Так сработало бы с любой в моем клане, но отчего-то я уверен, что мои слова тебя не трогают.

Он прав. Не трогают. Я знаю, каким может быть Маклин, и он добр только к соклановцам.