Стейс Крамер – История Глории (страница 246)

Меня на мгновение парализовало.

– Она из Торрингтона?

– Да, а что?

– Твою ж мать!..

– Глория, ты чего?

Я нашла в себе силы отойти к ближайшим ступенькам, сесть, а после схватиться за голову и наконец понять, что только что произошло. Север села рядом, недоумевая.

– Эй, успокойся и объясни мне, что случилось.

И я все ей рассказала. С самого начала. Про то, что я сохранила жизнь Клиффу и втянула его в большие неприятности, заставив вклиниться в «Лассу» и докладывать мне обо всем. О том, что я не рассказала Лестеру про загадочную женщину, которая мстит за смерть Дезмонда. Про то, что я вела чертово расследование, чтобы обменять правду на свободу. И наконец, про то, что Клифф перед своим исчезновением уехал в Торрингтон, чтобы найти последнюю зацепку. А когда он звонил мне в последний раз, то собирался рассказать о том, что в «Абиссали» есть предатель. Миди Миллард.

Дочь Дезмонда.

– Мне сейчас так хочется выматериться, но даже самый жуткий мат, что я знаю, не подойдет для этой ситуации… – сказала Север. – Все это время предатель был среди нас… Все это время он сидел с нами за одним столом и знал про все наши планы.

– И вот почему Сайорс помог «Лассе» уничтожить «Буйволов». Эта парочка была заодно.

– Черт!..

– Вот теперь точно нужно сообщить обо всем Лестеру.

– Вот теперь это точно глупо.

– Почему?

– Да потому что Лестер – бывший коп. Он поверит, только если у нас будут доказательства, факты, а у нас с тобой только слова и ярость.

– И что же тогда делать?!

– Пока не знаю… Но у нас есть козырь. Мы с тобой знаем правду, и это главное. Теперь мы должны все исправить…

Тем же вечером случилось еще одно неожиданное событие. Лестер покинул свою комнату, собрал всех в зале. Невероятно тяжело было находиться в одном помещении с Миди. Я сидела напротив нее и умоляла себя держаться, молчать, не подавать виду. Север с этой задачей прекрасно справлялась. Она вела себя как ни в чем не бывало, лишь изредка посматривая на Миди, надежно спрятав страшную правду за маской безразличия. Правда грела душу Север. Меня же она разлагала изнутри.

– Как дела у Алекса? – спросил Лестер.

– Поправляется. Через пару дней его выпишут, – ответил Доминик.

– Хорошо. Миди, налей всем вина.

Лестер выглядел пугающе. Он истощал, побледнел, оброс еще сильнее, а его взгляд… Столько тоски и боли я не видела даже в своем отражении в зеркале.

Больнее всего ранит не пуля, а осознание. Осознание, что ты мог спасти своего близкого человека, но ничего для этого не сделал.

– Я хочу… попросить у вас прощения. За то, что долго отсутствовал, и за то, во что я превратил вашу жизнь. Я ваше проклятие. С самого начала я твердил вам, что мы одна семья. Мы должны уважать и беречь друг друга. Каждый из вас прекрасно справлялся со своей обязанностью. Вы были верны мне, рисковали жизнью ради общей цели… Брайс, ты помнишь маленького Джеки?

– Конечно, помню.

– Я так быстро его полюбил… Я хотел сделать его счастливым. Но твой эксперимент все разрушил. Ты же понимаешь, о чем я? После того как ты предложил испытывать его, натаскивать, как собаку, я перестал относиться к нему как к ребенку. Я втянулся. Мне нравилось за ним наблюдать, учить его. Я с нетерпением ждал отличных результатов нашего эксперимента. И в итоге… Я превратил мальчишку в верного, хорошо выдрессированного пса. Я лишил его счастья… Я лишил его жизни.

– Лестер, прекрати нести эту чушь, – сказал Брайс.

– Я лишил его жизни… И то же самое я делаю с вами. Я – ваше проклятие. Если я не остановлюсь сейчас, то скоро не станет всех вас.

Мы все замерли, до конца не осознавая, что происходит. Лестер допил вино, а затем сказал:

– С этой минуты «Абиссаль» больше не существует. Вы все свободны.

Вы все свободны…

35

– Лестер, ты не в себе, – сказал Брайс. – Не время опускать руки, ты ведь понимаешь?

– Джеки мертв. Все наши друзья убиты, твоя семья до сих пор в опасности, – продолжил Доминик.

– Впервые в жизни согласна с Дерси, – пискнула Миди. – Лестер, никогда не думала, что ты можешь так быстро сдаться…

Вы все свободны…Такое могло мне только присниться. И пока длилась небольшая пауза после долгожданных слов Лестера, пока Дерси говорили в противовес, я сидела и едва сдерживала себя, чтобы не залезть на стол и не станцевать от счастья. Та невидимая цепь, которую я тащила на себе уже почти год, рухнула наземь. Но вдруг я услышала голос Миди и тут же вернулась в реальность. Я вспомнила маленького, напуганного Ноа, заплаканную Ванессу, мои руки в крови, тела в огне… Весь этот ужас – заслуга Миди. И эта тварь сидела напротив меня, что-то там вякала и пыталась выдавить из себя сострадание. Мне уже было плевать на свободу, на всю боль, что я пережила. Я видела только Миди, и правда просилась выйти наружу.

– Лестер, ты не знаешь главное…

– Да, то, что мы тебя уважаем и рискуем только по своему выбору, – прервала меня Север.

Она встала из-за стола, мы обменялись взглядами. Я – полным недоумения, она – полным негодования.

– Ты еще не оправился после смерти Джеки. Может, тебе лучше поехать к Ванессе и детям? А мы сами со всем разберемся. Так ведь, ребята?

– Без сомнения, – ответил Брайс.

– А теперь давайте выпьем за Джеки. За славного мальчишку, которого мы все так любили…

После собрания мы с Север вышли на улицу, скрылись за углом дома.

– Почему ты не дала мне ему рассказать?!

– Глория, мы же это обсудили? У нас ничего нет против Миди.

– Но где мы возьмем доказательства?

Север достала сигарету, закурила, стала глядеть по сторонам, словно ища где-то подсказку. Вдруг скрипнула дверь. Мы выглянули из-за угла и увидели Миди, направляющуюся к одной из машин.

– Куда она? – спросила я.

– Это мы и выясним.

– Может, хотя бы Дерси расскажем?

– Только время потеряем. Сделаем видео, запись на диктофон, все что угодно, главное, действовать немедленно.

Ехать за Миди пришлось недолго. Она остановилась всего в шести километрах от нашего дома у какого-то нежилого здания. Классика жанра. Стало привычным приезжать на развязку в какое-нибудь жуткое место поздним вечером.

Мы покинули машину и направились к зданию. И все-таки я жалела, что мы приехали без братьев. С ними было бы как-то поспокойнее. Нет, мне не было страшно, но во мне не было уверенности, что мы с Север справимся. Мы не знали, что нас ждет впереди. Засада, или же мы увидем жалкую кучку наркош, или Миди просто будет сидеть в одиночестве на бетонном полу. Мало ли что этой больной в голову взбредет?

Зашли внутрь, включили фонарики в телефонах. Я острожно шла за Север, глядела себе под ноги и кидала взгляд на спину Север, что бесстрашно шла в темноту.

– Я должна тебе кое-что рассказать, – вдруг сказала она. – Миди тебя опередила.

– Ты о чем?

– Она первая начала играть в детектива, после смерти Сайорса Миди обратилась ко мне за помощью, и мы объединились.

– Север, я ничего не понимаю…

Пройдя через мрачный лабиринт, мы завернули в огромное помещение, которое раньше, по всей видимости, служило холлом.

– Эй, какого черта происходит?

В темноте я разглядела Миди.

– Когда мне сообщили, что кое-кто добрался до Торрингтона, я заволновалась.

И тут у меня перехватило дыхание.

– Ты выбрала себе очень верного помощника. Клифф даже под страхом смерти не говорил, на кого он работает. И он унес эту тайну с собой в могилу.