Степанида Воск – Встать! Суд идет! - Степанида Воск (страница 57)

— В старой. Ты же сказал, что она безопасна, да и смежная с твоей. Так. Я не оставляла мысли спровоцировать Адриана хотя бы на поцелуй.

И я добилась того чего хотела. Меня поцеловали. Но не так как я хотела. Совершенно не так.

Адриан потянулся ко мне и я уже внутренне торжествовала победу, а потому возможность обладать всем мужчиной не шла ни в какое сравнение с обладанием одной лишь рукой. Вот потому я ее и отпустила. Меня же провели как малого ребенка. Поцеловали…в лоб.

— Отдохни. В твою комнату можно будет перейди через полчаса, — и удалился. Как? Почему? В чем дело?

Неужели я перестала его интересовать как женщина? Или его расстроило, что сразу не доверила все тайны? Но ведь и он мне душу не изливал?

Глава 23

Остаток дня прошел без приключений. Адриана не было дома. Я трапезничала в одиночестве. На мой вопрос где хозяин госпожа Валентайн ответила, что ей не было сообщено куда конкретно ушел, но скорее всего он вернется поздно, поскольку мужчина дал указание ужинать без него. Меня посетила легкая обида. Все же было несколько неприятно, что меня не поставили в известность о планах. А с другой стороны я понимала, что и оснований для недовольства у меня нет. Мне никто ничего не обещал и не давал никаких клятв.

— Виктория, — ой, кажется, домоправительница уже не первый раз меня окликает, а я все никак не реагирую.

— Да. Я слушаю.

— Вы не могли бы после еды посидеть возле Низиды, — женщина с легким недовольством произнесла имя бывшей супружницы Адриана. — У нее началась горячка, а я, к сожалению, не могу разорваться на части. Но если вам неудобно или вы не желаете, то придется отложить свои дела до прихода хозяина.

— Я послежу и посижу сколько требуется, — сразу же согласилась.

— И вам это будет не затруднительно? — она явно имело другое в виду. Нет ли у меня противоречий и предрассудков к бывшей Адриана — вот какой смысл она вкладывала в вопрос.

— Нет. И не думайте, что это для меня в тягость. Я считаю, что господин Аманирус поступил очень благородно и по-мужски, взяв на себя заботу о когда-то близком себе человеке. Это говорит о его высоких моральных качествах и делает в моих глазах практически героем, — на последних словах я улыбнулась, впрочем, как и домоправительница.

— Я в вас не ошиблась. Ее комната на первом этаже в коридоре за лестницей. Найдете? — она вытерла руки о передник, надетый поверх домашней одежды.

— Теперь после ваших объяснений точно отыщу. Спасибо за вкусный ужин, — произнесла я, вставая из-за стола. Хваля стряпню женщины я абсолютно не лукавила. Она на самом деле чудесно готовила. Надо непременно взять несколько уроков мастер-класса.

В моих словах, произнесенных по поводу поступка Адриана не было ни грамма фальши, а лишь уважение, совершенным поступком. Такой не каждому подвластно и это было частью его натуры, его сущности.

Я безошибочно нашла комнату больной. Низиде почему-то стало несколько хуже. Странно. Мне показалось, что старичок-лекарь не халтурил, леча женщину. В чем же проблема? И Адриан где-то запропастился. Может быть на свой страх и риск вызвать еще кого-нибудь, кто оценит состояние здоровья рогатенькой.

Обтерла от испарины лицо женщины. Вся ее одежда была пропитана потом. Надо бы поменять, да постельное белье следовало сменить. Полезла в шкаф, находящийся в комнате, и с облегчением обнаружила в нем требуемое. Чистые сухие вещи нашлись тут же, как и постельные принадлежности. Перекатила женщину на один бок для замены белья. Это мне удалось легко и с первого раза, как будто я занималась подобным не единожды. Когда меняла рубаху, то заметила на боку у женщины какое-то покраснение в виде оттиска печати. Странно. Надо непременно рассказать Адриану об увиденном. Я бы не обратила на него никакого внимания, если бы не так давно мне не попалась в руки книга о метках призыва, следилках и тому подобной магической «шелухе». И вот этот след уже очень напоминал мне одну картинку, увиденную в книге. Посчитала, что подобное не может быть простым совпадением.

После обтирания всего тела у Низиды жар немного снизился, что радовало само по себе. Я просидела у ее постели до глубокой ночи. Делать было нечего, а потому я прокручивала в голове историю рассказанную Адрианом и госпожой Валентайн. Меня интересовало, что послужило причиной поведения Низыды по отношению к своему мужу. Чего ей не хватало? Денег? Не думаю. Во все времена судью очень хорошо зарабатывали. Уважения? Так этого было хоть отбавляй? Хотя чужая душа потемки. Очень сложно докопаться до глубинных мотивов толкающих на тот или иной поступок.

— Виктория, а ты здесь откуда? — усталый голос владетеля моих дум вывел меня из полусонного состояния, в котором я пребывала последние полчаса. Я с ногами забралась в кресло, пододвинутое вплотную к кровати больной женщины.

— Госпожа Валентайн попросила присмотреть. Что-то ей стало хуже, — пояснила на вопрос мужчины.

— Не может быть, — в Адриана между бровей залегла морщинка. — Все же было хорошо. Было лишь сильное истощение организма, а больше не наблюдалось ничего.

Мужчина озадаченно потер переносицу. Он явно не ожидал такого поворота событий.

— Я не знаю, может быть это и не существенно, но посмотри вот сюда, — и я показала, что обнаружила на теле женщины.

— Это маяк. Теперь все ясно. Организм Низиды пытается бороться с чужой магией, кроме того он очень сильно ослаблен после червя, а тут еще это. Вот потому у нее и началась лихорадка.

— Надо вызвать лекаря. Но без тебя я не решилась это сделать. Ее состояние не ухудшалось с момента моего появления в комнате. Может быть я не правильно поступила.

— Нет. Нет, — обнадежил меня Адриан. — Все правильно сделала. Маячок я и сам сниму. Его надо лишь замкнуть на какой-то объект, дабы метка не распалась. Это своего рода указатель направления. А я все гадал каким образом был открыт портал в мой дом для твоего друга Вергиния.

— Издеваешься? И он мне не друг.

— Да шучу я. Просто к слову пришлось. Понимаешь, есть одноразовые порталы в один конец, но их надо настраивать на что-то или кого-то. В данном случае этим объектом оказалась метка на теле Низиды.

Адриан взял со стола книгу, а затем подошел к больной и произвел некие манипуляции над телом женщины. Я стала свидетельницей как нечто переливающееся было перенесено на обложку предмета. На теле женщины, наоборот, стала проходить краснота в месте метки.

— Вот и все. Теперь жар пойдет на убыль, а маяк по-прежнему продолжает существовать и указывать направление.

— Почему ты его не устранил? — спросила очевидное.

— И потерять возможность встретиться с Клопусом и Вергинием? Нет. Ни за что. Я просто жажду их лицезреть у себя дома. Вот в данный момент готовлю радушный прием, — глаза мужчины озарились внутренним светом. Нет. Ну надо же, он еще и радуется, что встретится с этими недоносками.

— А не лучше ли сообщить куда следует и избавить себя от опасности? — я сильно заволновалась за возможные последствия.

— Нет, — твердо сказал он. — Так надо.

Ну надо, значит надо. Кто я такая чтобы обсуждать решения начальника.

— И не дуйся, — Адриан подошел ко мне, предварительно осторожно положив книгу подальше от нас. — Иди отдыхай. Я тут посижу. Вижу, что ты устала.

— А как же… — имела в виду его.

— Не беспокойся, мне много не надо времени на сон. Это уже возрастное, — мягко улыбнулся мужчина, и в уголках глаз появились незаметные морщинки. Странно, почему раньше я их не замечала? Может быть потому, что он являлся для меня недостижимым идеалом, о котором даже мечтать грешно, а когда этот идеал снизошел до ничтожной обожательницы, то она просто не смогла поверить в свое счастье.

— Спокойной ночи…дорогой, — вырвалось у меня помимо воли. Надо было видеть как радостно заблестели глаза у Адриана, так победно, торжествующе. Однако вслух им было сказано лишь: — Добрых снов, Виктория.

В эту ночь я долго не могла заснуть, все ворочалась и ворочалась, обдумывая последние события. А потом незаметно для себя самой провалилась в глубокий сон без сновидений и утром, на удивление, проснулась с ясной головой и полностью отдохнувшей. Это было так здорово: лежать, потягиваться и радоваться новому дню. Что он готовит — неизвестно.

Мы мило, практически по-семейному позавтракали и когда уже заканчивали прием пищи пришло сообщение от Степанкова, он передал по камню связи, что ждет меня для закрытия давнишнего дела, где я участвовала в качестве адвоката. Я сказала о своем скором появлении у него в кабинете.

— Может быть передашь это дело кому-нибудь другому? — почему-то обеспокоенно предложил Адриан.

— Зачем? Ты же сказал, что все в порядке. Или это не так?

— Так-то так, но лучше быть всем вместе.

— Долго прятаться все равно не получится от всего мира. Тем более я только по делам и назад, — уговаривала мужчину.

— Хорошо, я все понимаю. Работа, есть работа. Сам такой. Только перед выходом обязательно загляни ко мне в кабинет. Я тебе дам кое-что для охраны.

— Договорились. Я пойду переоденусь. Как раз рано утром доставили мои вещи. Я еще вчера об этом позаботилась.

И сегодня я не отступила от своего рабочего стиля: красный пиджак, белый шейный платок, черная узкая юбка и такого же цвета обувь прекрасно отражали мой внутренний боевой настрой.