Степанида Воск – Свадебный букет (страница 44)

— Да. Прости, что дала ложную надежду.

— Тебе хорошо говорить «прости», твое сердце не разрывается на куски.

Эх, знал бы ты, Паша, что творится с моим сердцем. Вот только о том никому сказать нельзя, потому как грешно и стыдно.

— Паш, давай разойдемся по-хорошему?

— По-хорошему, говоришь, а если я не хочу? А если я хочу продолжения? — сузил он глаза и дыхнул на меня перегаром.

— Его не будет, — твердо ответила я. Может быть Павел и питал в отношении меня какие-то надежды, но только я ничего не желала. Хоть и с Семеном у меня ничего уже не было, но и морочить голову Павлу не хотелось.

— А я говорю будет, — и он ни с того ни с сего впился мне в губы жестоким поцелуем. Было крайне неприятно ощущать чужие губы на своих, тем более после того, как я узнала насколько хороши могут быть прикосновения и сколько радости они могут дарить.

Я изо всех сил оттолкнула Павла от себя и утерла губы тыльной стороной ладони.

— Больше так никогда не делай, а иначе я даже здороваться с тобой не буду.

— А мне нужны твои приветствия? — зло бросил он.

— Ну раз не нужны, то прощай и не поминай лихом, — я надеялась на его понятливость.

Однако он, похоже, не собирался уходить. Благо, привлеченная шумом, на улицу вышла моя мама. Павел всегда терялся в ее присутствии. Это мне сыграло на руку. Мама сразу же разобралась в ситуации стоило ей только взглянуть на нас.

— Паша уже уходит, — произнесла я после того как они поздоровались.

— До свиданья, Павел, — проводила мама незадачливого кавалера. Она даже не попыталась его задержать на чай, что обычно делала. Он безропотно пошел слегка покачиваясь по дорожке к калитке. Когда за ним захлопнулась дверца, то я облегченно вздохнула.

— Он тебе совсем не нравится? — услышала я.

— Да, мам.

— Ну тогда пусть больше и не ходит, — поставила она точку в моих неудавшихся отношениях с Павлом. — Я тебя поняла.

Больше на эту тему мы с ней не заговаривали. Все же она умела молчать и не задавать неудобных вопросов.

Вечером позвонила Настя и мы с ней проболтали чуть ли не полтора часа. Девушка была приятным собеседником, и с ней можно было поговорить обо всем. Я с удовольствием обсудила с ней последние сплетни шоу-бизнеса, почерпнутые из газет, потом мы плавно перешли на разбор понравившихся фильмов и прочитанных книг. Одним словом с пользой провели время, если в этом есть какая-то польза. Про брата Настя не заикалась, а я не спрашивала. Напоследок мы договорились периодически созваниваться, а по возможности встретиться и сходить куда-нибудь. Мне девушка нравилась и я бы с удовольствием продолжила с ней общение. По-видимому, я ей тоже пришлась по вкусу и она собиралась и дальше со мной контактировать.

До конца следующей недели я прождала появления шефа, однако его не было. Он лишь изредка звонил и в телефонном режиме отдавал указания, которые я спускала потом по инстанциям ниже. Ничего не нарушало моего девичьего покоя извне, если не считать снов, преследующих меня каждую ночь. И ото дня в день они были все четче и откровеннее.

Вот, например, сегодня местом действия сна был клуб, в котором я не так давно была. Только в этот раз я присутствовала там не в качестве зрителя, а выступала на сцене, где танцевала танец живота, который я так там и не увидела на самом деле.

На мне был золотистый наряд, а конкретно лиф, обнажающий большую часть груди, расшитый бисером и пайетками, а так же юбка с разрезами до бедер, на которой находились цепочки с закрепленными на концах монетами, все вместе они звенели при каждом шаге и движении.

Мне виделось, что кроме меня и Семена в зале никого не было, а может быть я больше никого не заметила. О том не знаю. В зале чуть слышно играла музыка, где основной составляющей был звук барабанов. Там-там, там-там, там-там-там-там. Я двигалась в такт музыке, совершая волнообразные движения. Мой живот жил как будто своей жизнью, отдельной от тела, словно не он был моей составляющей, а я была его придатком. Мышцы то сокращались, то расслаблялись, перетекали одна в другую, вибрировали, составляя из всех этих движений своеобразный танцевальный рисунок.

Мужчина не отрывал он меня глаз, следя словно завороженный, внимая каждому движению, каждому покачиванию бедер. Я видела восхищение в его глазах, плескавшееся через край. Он был в предвкушении продолжения. Мы оба знали что должно последовать дальше. Все это представление затевалось лишь с одной целью завлечь мужчину, заставить приковать к себе внимание.

— Браво, — послышалось с того места, где сидел Семен, мне было не разглядеть зал из-за бьющего в глаза света, слепящего и заставляющего все время прикрывать глаза.

Я поклонилась, принимая похвалу, а когда выпрямилась, то ощутила мужские руки на своих плечах, движения сопровождались жарким шепотом:

— Ты такая сверкающая, яркая, заставляющая желать тебя каждой частичкой своего тела. Я просто изнемогаю от стремления погрузиться в твои глубины, вкусить твоей сладости, подарив взамен не меньшее наслаждение.

А дальше последовало то, о чем без цензуры повторять не рекомендуется. Мы наслаждались друг другом, открывая все новые и новые высоты, достигая все больше рубежей, попутно получая удовольствие по максимуму и все это происходило на сцене под светом софитов. Я беззастенчиво дарила мужчине ласки, в ответ получая не меньше, чем отдавала. Единение наших тел было подобно воссоединению двух половинок одного целого, когда-то разлученных, но обретших друг друга.

После переживания подобных сцен я просыпалась с улыбкой на устах и продолжала улыбаться до тех пор пока реальная жизнь не заявляла свои права на меня и я не осознавала, что это всего лишь сон.

Я приехала в понедельник прямо на работу, даже не заскакивала на квартиру по пути. Мне понравилось проводить выходные дома. Мама положила мне с собой в дорогу множество вкусных вещей, которые я и захватила с собой, надеясь, что с ними ничего страшного не случится и они не пропадут до вечера.

Однако день не задался с самого утра. Вот бывает такое, когда все падает из рук, что-то забываешь, а ко всему прочему я еще вернулась назад после того, как вышла из дома- забыла ключи. Хоть и посмотрела перед повторным выходом на себя в зеркало, но уже заранее приготовилась к проблемам, потому как свыше уже был подан знак.

Только я уселась за стол, включила компьютер и ожидала пока он загрузится, чтобы начать работать, как мое уединение было прервано посетителем. На пороге кабинета появился… Расул собственной персоной.

— Привет, насилу нашел, — парень ввалился в комнату.

Сегодня он был одет в спортивный костюм, а за спиной у него виднелась спортивная сумка. Складывалось впечатление, что он только что вышел из тренировочного зала. Однако я ошиблась. Все было несколько иначе.

— Доброе… утро, — только и смогла выговорить, пребывая в сильнейшем удивлении. — Ты откуда?

— Как откуда? С самолета. Недавно только прилетел. Заметь, с победой. И знаешь я кому ее посвятил? Ни за что не догадаешься. Спроси у меня?

— Спрашиваю. Кому же ты посветил получение первого места? — я уже чуть отошла от потрясения и догадалась к чему клонит парень.

— Я посвятил победу в чемпионате тебе, о прекрасная Зарина, — с пафосом произнес мужчина.

— Спасибо, но я как-то не ожидала ничего подобного.

Лишь только я успела произнести последнее слова, как услышала знакомый голос, пробравший меня до самых костей.

— С каких это пор моя приемная стала предбанником спортивного зала? — в моем поле зрения появился Семен Эдуардович собственной персоной.

Первая моя реакция на его появление была радость. Чистая и ничем не замутненная. Но потом пришло осознание, что вот он совсем не рад меня видеть. Лицо мужчины было как будто вырублено из камня, в глазах замерзли ледяные глыбы, а от него самого веяло антарктическим холодом.

Поскольку он ни к кому конкретно не обращался, то на его вопрос и не прозвучало ответа.

Расул развернулся к вошедшему и смерил Семена оценивающим взглядом, в ответ получив не менее изучающий. Воздух в помещении словно пронзили электрические нити, после того, как взгляды мужчин пересеклись. И ни один не собирался уступать, судя по всему, в данной дуэли.

— Доброе утро, Семен Эдуардович. Вы только приехали? — поинтересовалась я.

— Нет. Я прибыл еще в пятницу, — а вот этого я совершенно не ожидала.

Думала, что он обязательно позвонит мне и поставит в известность о своем прилете, попросит чтобы я организовала его встречу, распишет что мне следует сразу сделать по его прибытию. А он оказывается прилетел давным-давно и похоже, что не особо заморачивался известить меня о том.

А уж когда он на меня посмотрел, то мне, вообще, захотелось сбежать из комнаты куда-нибудь подальше. Мне стало сразу же холодно и неуютно. Я отругала себя за то, что позволила прорваться наружу радости от появления мужчины. Видимо, меня он не желал видеть.

И тут мое воображение начало работать дальше. Я подумала, что раз он приехал еще в пятницу и, естественно, после всего поехал домой… а там Лиза со своим горячим желанием помириться. Хотя, я даже не уверена, что они ругались. А после встречи всегда следуют горячие объятья и… секс.

Моя фантазия заработала на полную катушку. Я представила, что они лежат вместе в огромной кровати и Семен шепчет Лизе ласковые слова и целует ее в ушко, и гладит, и… дальше я не захотела представлять, ибо мне было больно. Очень больно. В грудь как будто воткнули острый нож и провернули.