Степанида Воск – Кара Тель (страница 46)

Вмиг все краски мира поблекли, стало нечем дышать. Звуки музыки, мгновение назад дарившие наслаждение, теперь ржавыми гвоздями забивали уши. Красивые лица, кружащиеся рядом с нами превратились в уродливых монстров, корчащих рожи. Все вызывало отвращение.

Мир окрасился черными красками, превратившись из цветущего в уродливое подобие себя самого.

Мне не хотелось жить. Все силы враз покинули меня, просочившись в окружающее пространство будто в песок.

Одна лишь фраза, сказанная с гордостью, перевернула весь мой мир. Растоптала надежды. Убила мечты.

- Я очень на это надеюсь, - ответ генерала едва пробился через черную пелену спустившуюся на мой.

- Почему? - спросила едва слышно. Последние силы уходили на то, чтобы не рухнуть под ноги мужчине, обретшему свое счастье.

- Потому что она еще не дала свое согласие.

- Как так?

- Для нее это все внезапно. И я не знаю как ей это все сказать, чтобы не обидеть при этом она не посчитала, что мое предложение всего лишь игра, - проникновенно произнес генерал, пристально смотря мне в глаза.

Я судорожно сглотнула.

- Что вы хотите этим сказать?

- Мне никогда не приходилось делать предложения и я не знаю как правильно поступить. От этого немного робею, как... мальчишка, - мою ладонь стиснули с такой силой, что еще

немного придавить и я бы вскрикнула. Но даже боль вряд ли бы меня отвлекла от увлекательного разговора с генералом.

- Мне тоже никогда не делали предложения, которое я бы хотела принять с радостью и огромным желанием, - прошептала с замиранием сердца.

- Тельма, ты выйдешь за меня замуж? - без перехода и сантиментов вдруг громко выпалил генерал. Настолько громко, что на нас стали оборачиваться и коситься.

Можно ли за короткий промежуток времени испытать два совершенно противоположных чувства? Безграничное горе и фантастическую радость.

Мне удалось.

Несколько слов свергли меня в пучину отчаянья, растоптали, заставили страдать.

А спустя несколько мгновений одна фраза вознесла к небесам.

- Вы это серьезно?

- Я так и знал, что не поверишь.

- Я верю. Верю. Верю. Хотя нет. Не верю. Это все сказка. Так не бывает, - тряхнула головой и рассмеялась.

Все проблемы и печали тут же отступили куда-то в сторону. Сейчас меня волновало лишь одно. Предложение Рикардо.

- Я предупреждал, - он по-прежнему вел меня в танце, не сбиваясь с шага. Словно не человек, а машина. Холодная, уверенная, рациональная.

Вдруг в сердце похолодело.

Предложение есть, а где слова любви?

- Тебя что-то беспокоит? Скажи, - генерал внимательно смотрел, не мигая.

Он чувствовал мое настроение, ощущал мои переживания.

Как так?

Неужели такое бывает?

- Я должна отвечать сейчас или могу подумать?

Резкий поворот. И вот я уже прогнута настолько, что если генерал меня отпустит, то я упаду.

- Я не приму отказа, - он буквально рычит мне в губы.

И куда только делся сомневающийся мужчина. Он исчез. Его место занял другой. Волевой. Сильный. Непреклонный.

- А я хочу по любви, - не знаю как слова сорвались с моих уст. - А не ради дела. Может быть стоит подождать?!

- Будет тебе по любви. Позже. А пока, как я задумал,- и его губы касаются моих. А потом и вовсе захватывают в плен.

Подчиняя. Порабощая. Увлекая в бездну.

По танцевальному залу несется судорожный «ах». Люди перестают танцевать, останавливаясь.

Это же неслыханно.

Скандал.

Событие ужаснее объявления войны.

От столь явного попрания норм замолкают даже музыканты. Звуки постепенно сходят на нет. Настолько все поражены.

- Мосты сожжены, - шепчет генерал, - обратной дороги нет.

Громкие хлопки раздаются в оглушающей тишине.

Тельма. Покушение.

- Всегда знал, когда Рикардо Хард объявит о своем выборе это будет феерично. Но даже я не мог представить, что настолько, - через зал к нам шел сам император. Людская масса расступалась перед ним, давая дорогу.

- Ваше императорское величество, - генерал склонился.

Мне ничего не оставалось делать, как присесть в глубоком реверансе. Щеки до сих пор горели. По сторонам старалась не смотреть, кожей чувствуя осуждения, слышала перешептывания, гневные высказывания.

Глаза в пол, как учила маменька. Наука оказалось как нельзя кстати.

Генерал лишь на несколько мгновений освободил руку, понадобившуюся ему чтобы приложить к груди во время поклона. Но стоило выпрямиться, как тут же вновь взял мою ладошку в плен.

- Боишься, что девушка исчезнет? - весело спросил император.

- Боюсь, - честно ответил Рикардо.

- Поэтому и опозорил перед всеми, чтобы не сбежала?

Правда всегда больно бьет, а сегодняшняя пощечина оказалась в разы больнее. Ведь, ее мишенью оказалась я.

- Нет, - голос генерала летел над головами людей, - чтобы все видели, что это моя женщина.

Я повернулась в сторону, пораженная словами.

Любые сомнения в Рикардо отпали сами собой. Всего несколько слов, а как все меняют.

- Даже так?! - удивленно протянул император.

- Если кто-то в чем-то сомневается, или кому-то что-то не нравится, то я всегда готов, -Рикардо внимательно осмотрел притихших придворных.

Одно дело поцеловать и опозорить, а другое во всеуслышание заявить «моя» и ждать вызова. По сути генерал приглашал на дуэль любого, кто не согласен с его решением. Мои пальцы заледенели.

Я считала мгновения, надеясь, что ничего не произойдет.

Зря надеялась.

- Ах ты, развратник, - как пробка из бутылки сквозь плотную толпу прорвался мой отец.

Он явно спешил. Запыхался. Будто ему сказали в самый последний момент о происходящем. За ним следом бежала маменька.

Помимо воли внимательно вглядывалась в людскую массу. И не ошиблась в своих предположениях. Вдалеке мелькнуло знакомое лицо.