Степанида Воск – Адвокат Дь. Я. Вола и его стажерка - Степанида Воск (страница 27)
- Нет. Из-за потерянного договора,- Иванов ликовал.
Авдеев смотрел в пол. А вот Лукошкин по-прежнему оставался безучастным.
- Я договор в глаза не видел,- глухой голос Дьюка отразился от стен кабинета.
- Но должны были, - подливал масло в огонь Иванов.
- А был ли мальчик, - произнесла вполголоса. - Его точно приносили?
- Клиент уверяет.
- Все понятно. Пошли отсюда, - Вола схватил меня за руку и поволок прочь из кабинета.
12. Свободное плавание
Думал ли я что в один день окажусь на улице? Без будущего и перспектив.
Нет. Нет. И еще раз нет.
Еще утром мысленно выстраивал защиту Дрименко, гадал, как отреагируют на мои доказательства потерпевший и его представитель, что скажет гособвинитель, как рассудит судья, а глубокой ночью я почти что безработный.
Вся ситуация еще не осознана до конца. Отрицаю очевидное. Мое “завтра” ради которого я стремился, к которому шел изо всех сил, перечеркнуто сегодня.
Потеря работы, это не только временные трудности и поиск нового места.
Это еще и смена дома.
Теперь я вряд ли смогу оплачивать шикарные апартаменты в башне. Они мне и не нужны.
Пешая доступность работы и дома сэкономила мне много времени, а теперь работы у меня нет, жилье стоит дорого, смысла в нем нет.
Обиднее всего, что не получится перевести маму в частный пансионат с лучшим обслуживанием. Пожалуй, это самое печальное в ситуации.
Столько труда, нервов, времени, душевных сил и все впустую.
Цель рассыпалась прахом.
А еще жаль девочку. Аните не дадут тут нормально работать. Все время будут следить за каждым шагом, подозревать.
И я ничем не смогу ей помочь.
Стоит один раз допустить фатальную ошибку и ты за кормой.
Печально известная судья одного из краевых судов чересчур громко сыграла свадьбу дочери. Кто-то из знакомых позавидовал, выложил видео в сеть и ее судьба была предрешена.
Маховик системы медленно вращается, зато его невозможно остановить до тех пор, пока он не раздавит до мокрой лужицы.
Из невеселых дум меня вывел явно раздавшийся всхлип.
- Анита, что вы делаете? - я настолько потерял связь с реальностью, что не обратил внимание на присутствие девушки.
Думал, что она уже давно ушла. Рабочее время кончилось. Мне следовало привести дела в порядок, прежде навсегда покинуть помещение.
Слишком много вещей, которые не стоит оставлять. Еще разбираться с другими клиентами. Объяснять. Оправдываться. С кем-то расторгать соглашения.
Потеря места в бюро многое меняло. И со всеми делами стоило разобраться как можно быстрее.
- Вас жду, - она подперла ладошкой голову и с глазами побитой собаки смотрела на меня.
- Это плохая идея. Вам завтра на работу, надо выспаться, это мне не надо никуда спешить, - я сложил личные документы в одну из папок, наклеил стикер, подписал.
Потом будет легче разбирать свои пожитки.
- Я ва-ас подве-е-ла-а. Я виновата. Это ужа-асно-о. Что мне сделать, чтобы все вернуть как было. К кому мне пойти пока-а-яться, что пообещать, какой зарок дать, чтобы вам помочь, - девушка то всхлипывала, то говорила речитативом.
- Вряд ли что-то поможет. Этот бизнес не прощает ошибок.
Я слушал себя со стороны и понимал, что говорю правильные вещи, те, которые бы сказал своему клиенту. Но именно они не доходили до моего сознания. Я не представлял что будет завтра.
- Не может быть так, что ничего нельзя исправить, - Анита, как более молодая из нас, все еще надеялась на светлое будущее и помощь волшебной феи.
В моем возрасте уже следовало понять, что чудес не бывает. Не просто залезть на вершину, но еще сложнее на ней удержаться.
Не каждому дано. Я не смог.
Должен был себя ругать, что поставил личное вперед профессионального, но не смог. Самые незащищенные категории это старики и дети.
Бабушка Аниты уже в том возрасте, когда ее следовало оберегать и защищать. Мою же маму берегут, вот и я должен.
И я ни капельки не жалел, что поступил так, как поступил.
С таким сыном как у Тиночки, и врагов не надо.
Вспомнил о неприятном инциденте с отцом Аниты.
И как у такого скандального родителя выросла такая милая дочь?
- Меня предупреждал Авдеев, что с Дрименко надо быть осторожнее, - произнес после некоторого молчания. - Я не принял во внимание. За это и поплатился. Опыт он такой. Болезненный.
- Думаете, что вас кто-то хочет подсидеть в бюро? - сразу же сообразила Анита.
- Это же очевидно, - очередная стопка документов была разобрана и сложена в стопочки.
- И даже знаете кто? - я поднял глаза на Аниту. Криво улыбнулся.
- Предполагаю, - ответил.
- Так надо пойти…
- Пойти что? Донести? Рассказать сплетни? Свои домыслы. Ерунда все это. Все действующие лица в курсе. Помощи ждать неоткуда.
Эмоции я отключил еще во время разговора у Авдеева.
Они плохие советчики в стрессовых ситуациях. Сегодня же наибольшая по интенсивности.
- Я уйду с вами, - выдала Анита после минутного раздумья.
- Глупая мысль, - сделал заключение. - Больше чем здесь, вы опыта не заработаете. А пойдете добиваться правды, выйдете вместе со мной.
- Здесь я заработаю несварение желудка и головную боль, - девушка гордо вздернула голову.
- Не рубите с плеча. Утро вечера мудренее. Не принимайте скоропалительных решений. А теперь не мешайте мне приводить в порядок кабинет. Завтра меня уже не пустят.
Собрать вещи оказалось проще, чем их накопить, по времени менее затратно.
Напоследок окинул взглядом кабинет, в котором провел много времени и который считал своим, поднял со стола коробку с вещами. Пора уходить. Не оглядываясь.
- Никогда не дружите по работе, - сказал на прощанье Аните. - Самый страшный враг это ваш бывший друг.
- Я приму к сведению, - понурив голову ответила девушка.
- Прощайте, - сказал, собираясь уходить.
- Одну секунду, Дьюк Ярович, - произнесла Анита, выскакивая из-за стола и подлетая ко мне.
Губы девушки впечатались мне в щеку.