Степанида Воск – Адвокат Дь. Я. Вола и его стажерка - Степанида Воск (страница 22)
- Интересная у вас бабушка, - Тиночка смогла поставить Дьюка Яровича в неудобное положение. Впрочем, это касалось и меня.
- Она хорошая, только иногда немного авторитарная и категоричная,- ответила.
Следовало уже уйти, но как-то все не получалось. Хотелось еще о чем-то поговорит с Вола.
- Мне кажется, все бабушки такие. Моя тоже любила командовать,- поделился со мной начальник.
- Вы ее очень любили?
- Конечно. Кто не любит бабушек?
- Только тот, у кого их не было, - по папиной линии я бабушку никогда не видела, она умерла до моего рождения. Отец поздний ребенок в семье.
- Я пожалуй пойду, - как бы я не хотела остаться, следовало уходить.
10. Прокол
- Анита, сегодня очередное заседание по делу Дрименко, - напомнил, едва девушка вошла в кабинет.
Сегодня на ней была белая блуза с большим бантом под шеей и узкая юбка-карандаш, облегающая стройные бедра. Моя фантазия медленно и методично снимала с девушки все, включая нижнее белье.
Работать в такой обстановке, когда планировал делать одно, а мозг выдавал совершенно другое, становилось все более и более невыносимо.
Делать вид, что не обращаешь внимание на женские прелести, с каждым днем все труднее и труднее.
Я злился. Бесился. Рвал. И метал.
Мысленно. Но ничего не мог изменить.
Агрессию же старался вымещать в тренажерном зале, куда зачастил в последнее время, и на поле боя в залах судебных заседаний.
Это заметили даже оппоненты.
На днях ко мне подошла гособвинитель, молодая женщина, с которой рассмотрели не одно судебное дело, и спросила, а все ли у меня в порядке. Не случилось ли чего-то из ряда вон выходящего. И не нужна мне помощь. В случае чего она готова ее оказать.
Я поблагодарил за заботу и заверил, что все как обычно, никаких изменений нет.
Молодая женщина хмыкнула, крутанулась на месте, обдавая запахом крепких, как выдержанный коньяк, духов.
- Если что надо, звоните, мой телефон у вас есть, - двусмысленно произнесла она. - Можем выпить кофе…с чем-нибудь покрепче.
Женщину в поиске видно с первого взгляда. Макияж, улыбка, движения, выдавали с потрохами.
Мне не раз и не два делали определенные намеки. И даже тот факт, что процессуально находились по разные стороны баррикад, некоторых дам не смущал.
А вот для моего позитивного имиджа связи вне работы имели большое значение.
Авдеев неоднократно повторял, что положительный облик зарабатывается годами, а теряется в один миг.
Как претенденту на должность партнера в бюро следовало думать о моральном аспекте непрестанно.
- Дьюк Ярович, я собрала все материалы, которые вы просили, еще вчера вечером. Они лежат в вашей папке по сегодняшнему делу. Когда вы были в процессе, вам звонил помощник Дрименко и сказал, что подвезет сегодня важный документ, относящийся к делу. Просил обязательно его дождаться.
Со стажером я избавился от многих обязанностей, которые переложил на Аниту. Теперь телефонными переговорами занималась она, и если считала, что необходимо мое участие, то переводила разговоры на меня.
Безусловно, с клиентами контактировал исключительно я сам. Но все остальные звонки, начиная от рекламных и заканчивая обращениями из палаты, проходили через Аниту.
Она прекрасно справлялась со своими обязанностями. Глупыми вопросами не надоедала. Работу выполняла исправно.
С ума меня сводила постоянно.
О последнем безусловно не догадывалась.
Ведь наши отношения не выходили из разряда деловых.
Почти месяц прошел со дня ночевки у бабушки Аниты, а мне до сих пор кажется, что все было вчера.
Заснул в чужом доме моментально, стоило голове коснуться подушки.
Уже под утро захотелось выпить воды и заглянуть в одно место, расположение которого, как мне показалось, я хорошо запомнил.
Во всем доме не горел свет. Ориентировался на местности всегда хорошо. Вот и посчитал лишним включать какой-либо источник освещения. Иначе себя разбудишь окончательно, бабушку Аниты напугаешь. Так думал, когда на ощупь шел по коридору.
Но я же не мог даже и подумать, что подобная мысль придет не только в мою умную голову.
Как оказалось Анита страдала таким же легкомыслием.
По закону подлости два легкомыслия встретились.
Причем в самом темном месте, куда не падал свет с улицы и не было видно ни зги.
Я, как наиболее тяжелая особь из нас двоих, от удара друг о друга, сумел устоять на ногах. Чего не скажешь об Аните.
Девушка полетела на пол, судя по звукам наполнившим ночной коридор.
Она тихо охнула, когда приземлилась на пол. Будь я на ее месте заорал бы благим матом.
- Вы чего в потемках ходите? - шикнула на меня с пола.- Честных девушек пугаете.
- Тоже самое могу сказать и о вас, - потянул руки вниз, стараясь отыскать на полу упавшую девушку.
Мои руки коснулись чего-то мягкого и теплого. Я скользнул ладонями в одну сторону, думая, что, просунув руки под мышки Аните, подниму на ноги. Оказалось, что двигал совсем в иную сторону.
- Зачем вы мои ноги лапаете? - зашипела девушка.
Вместо того, чтобы прекратить ее трогать, руки вернулись в исходное положение и поползли в другую сторону.
В это время она попыталась сама встать на ноги.
В итоге под моей ладонью оказалась грудь девушки. Сочная.Упругая. Едва прикрытая тонким шелком.
- Да что вы себе позволяете? - девушка боялась разбудить бабушку, говоря еле слышно.
- Хочу вас поставить на ноги, - ответил, когда связные мысли вернулись в голову.
- Будет лучше, если не будете делать ничего, - она заелозила по полу.
Толкнула меня ногой.
Я качнулся, начал терять равновесие. Постарался удержаться рукой, нечаянно махнул другой.
Попал… по голове Аниты.
- Вы меня убить хотите? - рассерженной змеей шипела девушка. - Отойдите. Дайте встать. Не топчитесь по мне. Что вы как слон в посудной лавке?
- Давайте, помогу, - ее сомнения в моих способностях задевали.
- Вы не помогаете, вы меня давите, - я вновь наступил куда-то не туда.
Раздался оглушительный треск.
Что-то рвалось. Похоже, что это трещала ночная сорочка Аниты.
- О, Господи, - выдавила из себя девушка.
- Надо включить свет, - пришла мне здравая мысль.