Степаненко Денис – Чужая игра. Книга первая. Начало (страница 13)

– Твое время пришло, Ваня.

– Это вы о чем? – старик не сразу сообразил, что означает сказанная врачом фраза и, поэтому вежливо переспросил его, приподнимаясь на локти, поджимая спиной подушку к спинке кровати.

– И червь сожрет тебя пока ты спишь, – прошипел доктор, снова склонившись к лицу больного.

Иван Яковлевич опешил от услышанного, и, уткнувшись в лицо врача стеклянными от ужаса глазами, увидел, как кожа доктора стала медленно сползать с его лица, оголяя белые, словно отполированные кости черепа.

– Завопив от обуявшего его ужаса, он оттолкнул с силой врача, который тут же упал на пол, и рассыпался на мелкие части словно фарфоровый. Иван Яковлевич соскочил с кровати и, что было духа, кинулся в коридор. Открытая наотмашь дверь слетела с петель. Старик не удержался, поскользнувшись на скользком полу, со всей силы ударился плечом в противоположную стену коридора. Не придав боли ни какого значения он, что было сил, бросился бежать. Страх обуявший Ивана Яковлевича сковал его изнутри, затянув узлом мышцы, отвечающие за дыхание и речь, поэтому возникший изначально внутри груди ком крика, протяжным, сиплым стоном протяжно выходил из него. Привычный ему еще минуту назад мир, с каждым шагом растворялся, оголяя нечто не страшное. Светлые стены мутнели, штукатурка осыпалась на пол черной грязью расползающейся по полу. Возникшие над головой в потолке продольные трещины, в одно мгновение разорвали бетонное перекрытие на части, представив взору Ивана Яковлевича огненные облака, проносящиеся в бездонном черном пространстве. Немногочисленные люди, встречающиеся на пути бегущего сломя голову старика, при его приближении неимоверно широко раскрывали рот, издавая истошный крик, тут же взрывались, оставляя облака черной, медленно оседающей пыли. Словно контуженый боец, бегущий по полю боя, пожилой человек с несвойственной его годам прытью, прорывался вперед. Прикрыв глаза рукой от въедающихся в лицо черных частиц разметавшихся повсюду, старик подбежал к вдруг возникшему впереди открытому окну, неправдоподобно висевшему в воздухе. За окном был виден обычный коридор больницы, привычные стены и потолок, люди стоящие у стойки медсестры. Он на мгновение остановился, хотел было обернуться, но прокатившаяся по его спине волна тепла, напрочь отбила эту мысль и он, не раздумывая более, ни секунды, запрыгнул в странное окно. Оказавшись по другую сторону, в глаза ударил яркий белый свет, ослепив старика. Опоры под ногами не оказалось, и пролетев несколько метров, он больно ударился, не о бетонный пол, но тоже обо что-то довольно жесткое, но приятное на ощупь. Открыв глаза, он увидел перед собой зеленую траву. Улыбка непроизвольно растянулась по его лицу. Немного побаливало бедро, но боль была не сильной. Не успел он встать во весь рост, как заметил, что мир продолжает быть чужим. За черными, бесформенными фигурами похожими на дома и деревья, тонущие во мраке черного тумана парящего над землей, всходило гигантское багровое солнце, закрывавшее четверть серо-белого неба. Старик попятился назад, и тут же почувствовал, как нечто подхватило его, и, пронеся какое-то расстояние, вбросило в кривой дверной проем, который тут же исчез. Пролетев кувырком в кромешной темноте по теплой и мягкой поверхности пола, он сгруппировался, вскочил на ноги, и тут же ринулся прочь из этой беззвучной тьмы, в сторону, откуда еле заметно мерцал свет. Приблизившись, он увидел изогнутую дверь, сквозь темное стекло которой слабо проблескивал свет. Он аккуратно распахнул ее и увидел снова привычный ему мир. Перед ним была обыкновенная бетонная лестница, ведущая на этаж выше. Теперь он осторожно ступил ногой через порог, убедился в наличии твердого пола, и только после этого собрав остаток сил, рванул вверх по гладким ступеням. Но едва осилив пролет, старик свалился, обессиливши на пол, силы которые еще минуту назад казались нескончаемыми, в одну секунду растворились.

– Все, – мелькнуло у него в голове. Под языком нестерпимо жгло, ноги перестали слушаться, хрипя и захлебываясь от усталости, он попытался встать, но безрезультатно, голова кружилась, перед глазами все куда-то плыло. Радовало одно, что вокруг него был нормальный человеческий мир.

Вдруг снизу лестницы скрипнула дверь, и светящаяся фигура молодого человека медленно поплыла вверх по лестнице.

– Спаситель, – подумал старик, и тут же потянул налитые свинцом руки к нему.

Глава 11

Оказавшись в одиночной палате, черное облако бесшумно подплыло к кровати Ивана Яковлевича, и, словно змея взвившись над телом, в следующую секунду рухнуло на укрытого одеялом старика, накрыв его смоляной накидкой. Несмотря на глубокий сон, старик почувствовал, как его тело пронзил невыносимый холод, дыхание сперло, а сознание вдруг разорвало сон и стало ясным. В следующее мгновение внутри груди будто раздался взрыв, и холод мгновенно сменился приятным теплом, разлившимся по всему телу. Сознание стало медленно мутнеть, ощущение тепла медленно начало таять.

Через несколько секунд смоляная накидка стала медленно сползать на пол, обнажая высушенное человеческое лицо, утопленное в подушку. Упав на пол, нечто, сформировалось в шар величиной с баскетбольный мяч, и воспарило в полуметре над полом. Черная, гладкая сфера начала вращаться, издавая низкочастотный звук. Затем миллионы крошечных молний охватили черный шар, который уже довольно быстро вращался, создав вокруг него синее пламя. Затем раздался протяжный гул, и шар исчез, погрузив больничную палату в привычную ночную тишину, оставив соседей по кровати Ивана Яковлевича нетронутыми и мирно спящими, словно в палате ничего и не происходило.

Глава 12

Большие деревянные часы пробили пять часов утра. Четверо мужчин сидели на диване с поникшими от усталости лицами. Расположившийся с краю следователь, что-то писал на листах бумаги уложенных на папку. Соколов стоял у открытого окна и курил. В коридоре копошился мужчина в коричневом пиджаке и аккуратно укладывал с пола в маленькие целлофановые пакеты мелкие фрагменты трупа, разбросанные по всему коридору, кладя вместо них на пол небольшие пронумерованные бумажки с надписями. После каждой такой манипуляции он доставал маленький блокнот из потертого кармана и сделав несколько коротких записей, убирал его обратно.

– И кто же тебя папаша так разделал то? – прикладывая руку ко рту, растянувшемуся в зевоте, нарушил тишину участковый. – Мне кажется Михалыч, Глотов точно областников вызовет завтра, уж больно кровавое убийство.

– Если уже не вызвал, – не отрываясь от заполнения протокола осмотра, буркнул следователь.

– Может маньяк у нас в городе объявился? Джек-Потрошитель! – выдвинул предположение молодой сержант и тут же встал с дивана и торопливо подбежал к Соколову, держащему в руке остаток недокуренной сигареты. – Конечно, не дай бог этому быть, но у меня просто других предположений нет.

Потапов покосился на молодого сотрудника и, положив руки, на свою писанину кашлянув, сказал:

– Какие кадры пропадают в патрульно-постовой службе, вот бы нам в отдел такого находчивого. – Потапов снял очки и потер глаза рукой, – Хватит уже курить в квартире, устроили тут балаган, мать вашу, – Потапов недовольно посмотрел на Соколова. – А ты чего молчишь? Может тоже чего предположить хочешь? – грубо спросил он, повернувшись ко второму сержанту, сидевшему с другого конца дивана.

– А мне версия с гранатой больше нравиться, хотя Джек-Потрошитель тоже пойдет, – пожав плечами, равнодушно ответил молодой полицейский.

– Хочу вас парни разочаровать, – подал голос человек в коричневом пиджаке, склонившийся на четвереньках над одним из кусочков мяса лежащего прямо на входе в комнату. – Джек-Потрошитель своим скальпелем такое вряд ли смог бы сотворить. Даже будь, у него бензопила думаю, и то пришлось бы ему попотеть часок другой. А если быть уже и совсем откровенным, то и съели вашего старичка немножко, – человек в пиджачке поднялся с четверенек, распрямился и развел руками, отмеряя съеденную часть старика в воздухе. – Вот столько примерно.

– Съели? Ты сам-то в это веришь? – осторожно спросил Соколов.

– Верить или нет, это не мой удел, я констатирую факт. А факт таков, разорвали на части и немножечко съели, – человек в пиджаке хлопнул глазами и снова согнулся с пакетиком к останкам старика.

Потапов поморщился, и недоверчиво посмотрев на медэксперта, продолжил писать.

– А может это сатанисты? Какие-нибудь поклонники дьявола, может наш жмур в какой-нибудь тайной секте состоит, вернее, состоял, – немедля добавил свою версию участковый. – Сейчас к нам на Алтай много всякого самосброда, причем со всей страны съезжается.

– Все разом свели свои недоуменные взгляды на участковом.

– Ну, а, что, я же просто версии прорабатываю, убийство то не ординарное, вот и версии может немного странноватые, – оправдался смутившийся полицейский. – Ну не тигр же его загрыз.

– А старик случайно в цирке не работал? – тут же добавил Спиридонов.

– А у нас цирк в городе есть? – потупился на сержанта следователь, оторвавшись вновь от писанины.

– В гостинице на Тульской подрабатывал администратором, – с лицом неимоверной важности тут же удосужился внести ясность участковый, а затем, встав с дивана, так же важно прошагал к комоду, стоящему напротив дивна.