Степан Мазур – В Благовещенске всегда роботы (страница 5)

Глава 8

Корка

Пёс был любопытный. Большие карие глаза его пристально впились в Стёпку. Они словно светились искорками и призывом «поиграй со мной!».

Любому мальчику понятно.

Даже когда эта собака сидела, она была почти одного роста с маленькой девочкой. А весила и того больше.

Как на вид – две девочки сразу. А то и две с половиной.

– Ух ты, пёс! – заметил Стёпка, не зная, как реагировать.

Больших собак он побаивался, как любой нормальный маленький мальчик.

Такой пёс, как и серый волчок, мог один раз укусить за бочок, и всё – нет мальчика.

Пёс первым отреагировал на встречу. Он подскочил и положив передние лапы на плечи Стёпке, принялся изо всех сил облизывать губы мальчика.

Ничего в этом странного не было. Просто развитое собачье обоняние почувствовало вкус печенья. И пёс без зазрения совести слизывал шоколад и крошку с лица того, кто не успел умыться после завтрака.

– Колка, нельзя! Колка, стой! Тьфу! – пыталась отдёрнуть дурно воспитанное домашнее животное девочка.

Но это было всё равно, что тянуть назад едущий поезд.

Стёпка не расстроился. Напротив, принялся смеяться. До того щекотный язык был у собаки. А умыться и до завтрака не успел. Уж больно вкусно пахло с кухни. У них с кузеном за компанию аппетит был такой, что любой зверь позавидует. Бабушка называла это – конкуренция за еду.

– Ва-ха-ха! Прекрати, пёс… Ну, довольно… Хороший, хороший! – пытался образумить его Стёпка, но без толку.

Стивен тоже вышел в коридор. В отличие от кузена, он успел допить молоко и умыться. Хотел даже остаться на кухне, чтобы помыть посуду для помощи тёте, но интерес оказался сильнее обязанностей. Пришлось присоединиться к смеху в коридоре.

– Ого, какой здоровый пёс, – заявил кузен. – Твой, Мэри?

«Маша» по-английски звучало как «Мэри». Именно так Стивен её и называл. Но сама Маша этого имени не любила, как и своего полного – Мария. Уж больно там неудобная буква для девочки была.

– Мой. И это не пёс, а собака, – уточнила Маша. – Девочка. Лабладол! Непоседливая, аж жуть! Колка зовут.

– Колка? Что за странное имя для собаки, – заявил англичанин. – Что оно означает?

– Да не Колка, а Колка! – «поправила» Маша.

– А в чём различие? – снова не понял Стивен.

– Вероятно, речь о Корке, – появился в коридоре Кузьмич, взял у

девочки поводок и отдёрнул собаку. – Сидеть!

Собака дёрнулась назад на лестничную площадку, но почувствовав сильную руку робота, повиновалась. И в непонимании посмотрела на Машу. Ведь до этого случая она часто сама решала куда идти.

– Ого, здолово ты её осадил. Так только папа может! – заявила Маша, и ещё потопталась на пороге, стряхивая с шапки снег. – Она же полцентнела весит. А всего годик. Колмили холошо. Толстяшечка!

И Маша погладила собаку между ушами. Та завиляла хвостом. Таким же чёрным, как всё остальное тело.

– Тьфу, а откуда у тебя появилась собака? – утёрся от слюней Стёпка. – С ней же в ночи потеряться можно!

– А зачем ночью гулять? – удивилась Маша. – Ночью спать надо. А Колку папе на лаботе выдали.

– Ничего себе! – снова восхитился мальчик. – Моему папе только роботами зарплату выдают. И то раз через никогда.

Кузен тоже присвистнул, добавил:

– Вот ваши военные здорово живут. Зарплату собаками получают. А есть псы поменьше? На эту пёсину же печенья не напасёшься.

– Но и умываться больше не надо, – встал на защиту лабрадора Стёпка.

– Это не залплата. Это повышение! – возразила маленькая соседка. – Начальника базы пелевели. Теперь папа главный. И пёсина ему осталась в наследство. А его в штаб вызвали.

– Зачем? Снег же, – не понял Стёпка. – В такую погоду либо дома надо сидеть, либо гулять. Но точно – не работать.

– За инстлукцией. Они от снега не зависят. И дождя, – ответила девочка. – А папа говолит, что с собачятинами туда не пускают. Даже с самым класивыми. Так что Колка у нас немного поживёт. Сил набелётся. А потом хоть тлава не ласти!

Глава 9

Погоня

Маша отряхнула шапку и призналась:

– Она холосая. Только я с ней не сплавляюсь. Сил не хватает. Она меня как лошадка катает… Идёмте гулять. Сами посмотлите.

Ребята оделись в мгновение ока.

А Кузьмич был уже одет. Но ему требовалось обуться. И пока он не двигался, «большая чёрная проблема» сидела смирно и притворно лениво виляла хвостом. Но стоило роботу отдать поводок Маше, чтобы обуть валенки деда, как та рванула вниз по лестнице.

– Сто-о-ой, Ко-о-олка-а-а! По-ме-дле-ни-е! – то летела за ней Маша, то ехала прямо на собаке, оседлав её крепче велосипеда.

Не хватало только седла для полного погружения в скачки. Или поездку. Это во многом от большой и крепкой собаки зависело.

Но седла не было. И девочке приходилось часто-часто перебирать маленькими ножками, пока четыре большие лапы прыгали через несколько ступенек.

Лапы всё-таки четыре, а ножки только две.

– В погоню! – закричал Стёпка.

– Виу-виу-виу! – изобразил звук сирены Стивен.

Трое – это уже толпа. Грохот в подъезде поднялся такой, словно спускалось стадо слонов.

Дети спустились на первый этаж, где Корка в ожидании присела перед домофоном. Всё-таки большинство собака пока не научилось открывать двери.

Стёпка следом за подругой с собакой вышел во двор. Открыв дверь подъезда, он на мгновение замер. Белоснежное великолепие ослепило. Снег был повсюду: на деревьях, на лестнице, на прохожих. Он очень быстро повис на ресницах, укусил за щёки, и улыбка с ямочкой на мальчике появилась сама по себе.

Зима пришла!

А ещё снег был липкий. Собрав рукавицей горсть, Стёпка слепил шарик и запустил в спину Стивена. Кузен в долгу не остался и залепил снежком в ответ.

Ребята рассмеялись и побежали на детскую площадку, где уже резвилась Корка, тренируя Машу в беге с препятствиями. Но девочке тоже хотелось кидать снежки. А одной рукой – не удобно.

В какой-то момент рука соседки просто выпустила поводок. И собака, почувствовав волю, побежала дальше.

– Сто-о-ой, Колка! – помчалась за ней Маша, так и не слепив ни снежка.

Словно играясь, собака то останавливалась и смотрела на рыжую девочку, то продолжала бег, призывая поиграть с ней.

Мальчики бежали следом, прыгали в снег, стараясь догнать поводок, ухватить хотя бы за край.

Но стоило Стёпке схватить поводок, как Корка не стала дожидаться, пока ребёнок намотает его покрепче на руку. Одним мощным рывком она вырывала его из руки и продолжила игру.

В другой момент кузену удалось наступить на поводок.

– Я поймал! Поймал! – заявил он уверенно.

Но у Корки было своё мнение. И снова дав старт с места, она подкинула Стивена в воздух, и он свалился в снег, подытожив:

– Кажись, отпустил.

Кузьмич поправил шарф на плечах, почесал шапку, как делал дед, поглаживая лысину, и осмотрелся. Снег – красив.

Ещё в коридоре в квартире Рябовых он скачал в интернете все возможные книги о воспитании собак и теперь за пару секунд прочитал их всех.

В дрессировки чёрного лабрадора были не менее чёрные пятна. А ещё у собаки был лишний вес, что означало лишь одно – Коркой никто не занимался.

Наоборот – собаку баловали как могли. Вот и гоняет детей по снегу. Некогда даже снеговиков слепить.