Степан Мазур – Тот самый сантехник 6 (страница 15)
— А я что говорил? Уникум! Золотце. Штучный экземпляр, — рассыпался в комплиментах Моисей Лазаревич и что-то подсказывало Глобальному, что дальше всё у брата пойдёт как по маслу.
Наконец, все подскочили и искупали нового рыжего солиста группы в овациях. Барабанщик подошёл первым, треснул в плечо:
— Ну ты зажигалка, бро! А я — прикуриватель! Так рад!
И тут же обнял как родного.
— Хули делать? Будем знакомы, — ответил солист и похлопал его по спине, принимая объятья от большого как медведь мужика.
Какие-то минуты назад он был совершенно не знаком, а теперь будут не разлей вода. Потому что душу обнажил. Вроде самый краешек, а задело. Своих всегда можно узнать по косвенным признакам.
А может всё не так было и после пары пива любая музыка заходила под полупьяные улыбки?
Боря об этом уже не думал. Вернув гитару и кивнув Кобе, он вышел из конференц-зала, где уже обсуждался грядущий контракт. И не оглядываясь на администраторшу, пошёл к автомобилю, полному оружия.
«Песенки песенками, а дело есть дело», — намекнул внутренний голос, уже не так чётко формируя посыл на ночь глядя.
Но, во-первых, с оружием что-то следовало сделать. А, во-вторых, Зою нужно было забрать. Отсутствие звонка ещё не показатель ночёвки в кабинете. В конце концов, там давно могли быть разбиты все телефоны, а среди раскиданной мебели его мог поджидать наряд полиции, стоящих над парой бездыханных тел.
Психология — наука сложная.
Боря вернулся за руль и уже со спокойной душой поехал в родной город. Будь, что будь. Поймают, так поймают. От судьбы не убежать. Карма своего дождётся так или иначе.
Уже без страха смотрел сантехник в глаза постовым, приглядывался к камерам и как ни странно, добрался до города почти за то же время, что и гнал на всех парах. Меньше пробок, меньше обгонов, разгруженные дороги.
К офису Ирины Олеговны Цветаевой Боря приехал после закрытия. Офисы из здания давно повыходили. Но в окне психолога ещё горел свет. На всякий случай проверив телефон на предмет звонков, парень не обнаружил ни одного от неё. Только Наташка засыпала сообщениями насчёт неугомонной бабки, которая не просила, но именно требовала «немедленно подать ей обратно этого сантехника, да хоть среди ночи!».
Поразившись в очередной раз людям, Боря вышел из автомобиля и пошёл в офис психолога. Подождёт Эльвира Гавриловна до утра со своей паранойей, ничего страшного. У людей и не такие сложности с головой бывают.
Шаги, порог. Шаги. Свет в коридоре уже не горел. Все сотрудники покинули помещение, в том числе и помывшая на ночь этаж уборщица. Но за закрытой дверью проглядывалась полоска света.
Боря пошёл на неё, как корабль ориентировался на маяк. И без сомнений дёрнул ручку двери. Сразу на себя, от души, уже подыскивая слова, чтобы оправдаться. В голове даже образовалось несколько заготовок, от помощи творческим натурам до рабоче-будничных дел. Что-нибудь, да набрешет.
Но все слова так и остались невысказанными. Игнорируя стол и кушетку, но поставив два мягких кресла напротив друг друга, Ирина Олеговна и Зоя Ивановна сидели друг напротив друга и пристально играли в гляделки, не смея отвести взгляда от соперницы. Всё бы ничего, но обе были абсолютно голыми. Широко расставив ноги, обе орудовали между ними внушительного размера дилдо. И то от одной, то от другой периодически доносилось:
— О!
— Ах!
Решив, что попал в аварию, не заметив встречную фуру, Боря тщательно проморгался, похлопал себя по щеке. Но наваждение не отпускало. Картина перед глазами в свете потолочной дешёвенькой лампы никуда не уходила. Женщины со всей ответственностью мастурбировали, почти не меняя выражения лиц!
Они словно соревновались в чопорности или играли в игру «кто меньше издаст звуков». Потому что если бы в кабинет зашёл слепой, он решил бы, что там играют в пин-понг пара пенсионеров. Только вместо «стук-стук» раздавалось ритмичное «ах-ох».
— Да ну нахуй, — прошептал Боря, не веря глазам своим.
«Сам в шоке», — добавил внутренний голос.
Наконец, на гостя обратили внимание. Обе синхронно повернули головы. И тогда Зоя сказала:
— Что ж, Ира. Достаточно на сегодня. Продолжим в следующий раз.
Психолог кивнула и обе как ни в чём не бывало убрали секс-игрушки и принялись одеваться. Улыбки не покидали лиц. А раскрасневшиеся щёки подсказывали, что процесс до того поглотил обеих, что мира вокруг не замечали.
«А сколько раз достигли результата, история умалчивает», — добавил внутренний голос, пока сам Боря добавить ничего не мог.
Он застыл белой статуей на проходе. Рядом наверняка витали суховеи. Теперь ничего другого не замечал уже он.
«Так, погоди, а почему ЗОЯ руководит?» — всё же послышалось от внутреннего голоса.
— А, Борис, — донеслось от Цветаевой. — А мы тут похоже «углубились в процесс», так сказать.
— Заигрались с результатами. С кем не бывает? — добавила Зоя, подмигнув новой подруге.
— Так вы что… лесбиянки? — зачем-то спросил Глобальный, перестав что-либо понимать с тех пор, как открыл дверь.
— Ну что вы, Борис? — посуровела Ирина Олеговна. — Как можно было так подумать?
— Мы просто пара совершенно независимых от мира, довольных собой женщин, позволивших себе чуть больше, — поправила Зоя, натягивая колготки. — Ирина Олеговна, всё-таки признала в себе течение энергии кундалили.
— Какой-какой энергии? — тупо переспросил Боря.
— Кундалини, — подтвердила Цветаева. — Сексуальная энергия. Признаться, я и не замечала, что у меня было столько блоков. А теперь освобождение какое-то наступило. На мир как будто другими глазами гляжу.
— Вот-вот, — улыбнулась Зоя и подхватив Борю под локоток, первой повела на выход. — Идёмте?
— Ага… кундалили, значит, — пробурчал сантехник и повернулся к психологу. — А делать то теперь что?
— Как что? Жить и радоваться! — ответила совершенно искренне та и поспешила за ними следом, подхватив Борю под другой локоть.
Даже по звуку каблучков можно было расслышать, что обе шагают нога в ногу.
«Синхронизировались», — пробурчал внутренний голос.
Глава 8 — Операция "БЛ…Ь"
В том же кабинете, немного ранее, всё было в точности да наоборот.
— Зоя Ивановна, не ебите мне мозг! — наседала над кушеткой с вольготно развалившейся на ней пациенткой раздражённая психолог. — Вы совершенно адекватный человек, прекрасно знающий, что и зачем он творит. Так скажите мне на милость, какого хрена вы раздеваетесь и мастурбируете в моём кабинете? И зачем мучаете Борю и окружающих?
— Кундалини, — ответила с мягкой улыбкой Зоя, поглаживая клитор.
— Что, простите? — несколько растерялась Цветаева.
Обычно человек отвечал более развёрнуто. В её профессии вообще больше принято слушать, уточнять, а восемьдесят процентов времени говорят те, кто хочет выговориться.
— Сексуальная энергия бурлит во мне, а Боря её катализатор, — добавила женщина и показала мозгоправу рукой присесть обратно. — Так зачем я буду ей перечить? Раз открылась, пусть работает. В конце концов, она омолаживает организм. Морщины вон все разгладились. А столько счастья я вообще никогда не испытывала. Не говоря уже об оргазмах. Вот вы к концу дня устаёте?
Ирина Олеговна поморщилась, но всё же кивнула:
— Устаю.
Всё-таки в кабинете витал дух честности и открытости и не ей его нарушать. Нужно быть честной хотя бы перед собой. От клиентов же честности требует. И грязи. Чем больше грязи, тем больше денег. Совсем как в грязелечении. Только здесь эту грязь нужно было доставать из голов. А не обмазывать тело, занимаясь обвёртыванием.
— А могли бы улыбаться и спать спокойно, — добавила Зоя с лёгкой, блаженной улыбкой. — Я вот сплю после всех дневных приключений как убитая. А раньше кошмары мучали. Отчёты всякие перед глазами стояли, бухгалтерия, счета, звонки. В голове куча мусора. Но вместо того, чтобы спалить его к ебеням, мы его копим, складируем. Вдруг пригодится? С этим мусором в голове нас часто и хоронят.
— Так и хоронят, — повторила озадаченная психолог.
Зоя потёрла малые половые губы, хмыкнула, а затем дотянулась до своей сумочку у кушетки. И достала фаллоимитатор и дилдо. Подумав, достала ещё одно дилдо.
— Выбирайте.
Цветаева буквально рухнула обратно в кресло без сил, впервые за годы практики сталкиваясь с такой неприкрытой формой сексуального раскрепощения от клиентки. Как известно всё, что раскрепощено донельзя, это всегда извращение. Какими только таблетками чинить? Химическим понижением либидо или ещё в голове поковыряться и обойтись успокоительными?
Одно ясно точно. Социум долго таких людей терпеть не будет. Ему, озадаченному проблемами и озабоченным исключительно бытовыми трудностями, только попробуй улыбнись в маршрутке — с говном сожрут и не подавятся.
Однако, взгляд психолога жадно и с интересом гулял по игрушкам.
— Ирина Олеговна… Ирочка, — вдруг добавил на полтона ниже Зоя и спустила ноги с кушетки. — Вот скажи мне откровенно, когда последний раз бобра чесала? Только честно.
— Чего блядь? — прошептала Цветаева, выронив планшетку со всеми записями за пару часов приёма.
Обе посмотрели на распавшиеся листики, а на половине из них помимо редких записей «ебанулась», «шиза», «неадекват» и «купить бургер», лишь письки нарисованы члены с прожилками и просто огромные хуища, которыми гвозди можно забивать. Их Цветаева рисовала, когда обнаруживала у пациента что-то посерьёзнее вялотекущей депрессии на фоне всё повышающихся тарифов за услуги ЖКХ, роста цен в магазинах и влияния капитализма на мировую экономику через неурожай риса в Бирме.