Степан Мазур – Тот самый сантехник 5 (страница 29)

«После того, что сделали друг с другом, нужно либо свадьбу играть немедленно, либо комнату святой водой окропить и со свечками по углам пройтись», — прикинул для себя Князь: «Кадило с батюшкой тоже не помешает».

Ведь повторят уже этим вечером.

Оставили довольного Егора в будке. Тот тут же шлагбаум с кнопки поднял. Внедорожники на территории разъехались. Князев домой покатил, а Боря к дому Шаца подался. Сиделку для соседки выгрузить надо. А потом и делами заняться.

Много работы в элитном посёлке.

«Хватило бы только денег на всё. Не зря же элитный посёлок называется Жёлтое Золото. Либо в конкуренцию к белому. Либо искали здесь чёрное, да нефтяники слезами умылись там, где Шац потом обогатился», — привычно пробурчал внутренний голос.

Слушая его порой, порой игнорируя, Боря понимал лишь одно — никто за него работу не сделает.

Глава 14 — Дрим-тим

Снегопад взял перерыв. Как по уверениям синоптиков по радио, так на два-три дня. Из домов повылазили люди. Элитный посёлок откапывался и вновь жил своей жизнью, погружённый в яркий полуденный свет. Тот рассеял туман и хмарь на улице… но не в голове.

Загнав Ламборджини в гараж, Боря понял одно — его вырубает. Бессонная ночь, суета прошлых дней, беготня из тепла на мороз и обратно, обнулили силы. А тут ещё солнце сказало — «хватит, друг, отдохни».

Даже внутренний голос намекал, что он не бессмертный.

«Ну вот приобнимет тебя Кондратий. И что? Кому лучше сделаешь? Или ты в кому опять собрался? А кто на этот раз будет у кровати сидеть? Наташку ты на дистанцию поставил с батей своим, хотя человек беременный. Дашке вообще не звонишь, хотя тоже. Сеструха эта её ещё забавная — Татьяна Юрьевна. Ты же ей обещал встречи, правда, хо-хо, без секса. Борь, ну какой из тебя господин? Ты потенциальный отец двоих, а то и троих детей. Со Светой, опять же, неудобно получилось. С Лидой вообще ничего не понятно. Зато с Ириной Николаевной всё понятно. Видали мы таких. Яне не звонишь, а там работа встала. С Христиной вот пусть другие разбираются, но проверить бы хоть разок Кишинидзе. Неудивительно, что на Киру сил уже нет. С Зоей бы разобраться, да? Сломали человека по соседству. Разборки какие-то. Ничего не понятно. В голове туман. Так хоть поспи!»

Прав голос. Меньше всего за последние сутки Боря думал о женщинах. С делами бы разобраться. Концентрация внимания на пределе рано или поздно должна была подойти к концу. Само собой, всё подтянулось к тому, что зевок становился шире, чем рот, а слёзы наворачивались на глаза. Тряси или не тряси головой — не важно. Организм своё возьмёт.

«Нет среди людей ни киборгов, ни роботов, ни рептилоидов. Все устают», — замедлял свою речь даже внутренний голос: «А для того, чтобы был утренний стояк, надо… утро встречать в кровати, а не на ногах!»

Из последних сил сражаясь со сном, Глобальный отвёл Романа в соседний двор и показал фронт работ от крыльца до столовой.

— А инструменты? — только и спросил рыжий братец, немного привыкнув к прорабам и прочим заказчикам в Германии.

Боря посмотрел влево, потом вправо, кивнул на гараж. Прикинул, сколько сейчас искать всё необходимое и выдал самый рациональный ответ:

— Братан, ищи сам. Не маленький. Вот тебе один дом, вон второй, вон гараж, вон машины. Всё открыто, ориентируйся. В Германии же как-то ориентировался. А здесь что поменялось?

— Так там всё строго по инструкции! Не дай бог разводной ключ под роспись в конце для не сдать. Штраф. Опоздал — штраф. Пожаловались — штраф.

— Ну и помогло это им? — буркнул Боря, давая понять, что разговор окончен.

Пока новый рыжий дворник принялся искать метлу по предбаннику и пакеты для мусора внутри помещения, Боря вернулся в дом Шаца, чтобы дать инструкций новой сиделке.

Стоило всех расставить по местам перед тем, как отключится хотя бы на час-другой. А то потом начнут будить, дёргать. А ему ещё за едой для Егора ехать, телефон из мастерской забирать, собаку проведать. И это сегодня только в городе.

В посёлке тоже работы хватало. Дом Битиных уже наверняка проморожен.

«Батареи потерпят. Много ты там понаделаешь, когда глаза слипаются?», — предостерёг внутренний голос, не забывая напомнить о том, что ещё автомобиль к жестянщику перегонять или бампер по автобарахолкам искать и самому ставить.

На первое нужны деньги, на второе время.

Вошёл в дом, обстучав ноги на пороге. На пару дней сбросил код на вход на «0000». Заводской, забыть сложно. Лишних людей на территории нет. Никто не сунется, когда Егор на страже. Да и собака не выбежит, чтобы покусать случайных прохожих. Замок скорее нужен был от неё, чем помогал ей защищать территорию.

Леся сидела рядом с Зоей. Старательно водила пальцем перед её лицом. На диагностику это походило мало, но палец радовал соседку. Похлёбкина улыбалась и порой откровенно хихикала.

— А что это вы мне тут показываете фаллические символы? — периодически доносилось от неё, пока Василькова задавала ей разные вопросы и не получала толком ответы ни на один из них, потому что пациентка то краснела, то смеялась, то ржала в голос.

Когда Боря зашёл в зал, Леся поднялась, приблизилась и выдала свою теорию происходящего:

— У неё депрессия.

Боря невольно посмотрел на хозяйку соседнего дома. Та взяла кочергу из камина и без затей надрачивала её, не обращая на них вообще никакого внимания. Видимо, процесс её забавлял, так как смешков и восхвалений только прибавилось.

Эта взрослая, серьёзная тётка походила на подвыпившую озабоченную студентку. Стоило отобрать у неё кочергу, как принялась за канделябр, подхватив тот со столика.

— Депрессия? — удивился сантехник, вновь зевая так, что едва кулак в рот не влез. — Она же вся светится! Посмотри на неё? Человека на позитиве. Улыбка не сходит с лица! Не похожа на депрессивную. Я бы сказал, что грибов объелась. Может… отравление?

— В том то и дело, Борь, — стояла на своём Леся с невозмутимостью ледника перед Титаником отбирая у доверенной пациентки всё, что можно было дрочить, целовать и даже облизывать.

Зое ничего не оставалось делать, как прилечь на софу, позволить укрыть себя пледом и доканывать уже свой палец, неизменно хихикая.

— Сниженное настроение, потеря интереса к жизни, что вообще-то по-научному называется «ангедония» и общая утомляемость организма считаются типичными признаками депрессии, — объяснила Леся. — Однако, само по себе заболевание делится ещё на два вида. Это «монополярная» и «биполярная» депрессия, от которых зависит и лечение.

— Чего-о-о? — протянул Боря.

Он из всех заболеваний по факту признавал лишь перелом. Желательно, открытый. Чтобы сразу было видно, что к чему, и никакой симуляции.

Но Василькова всем своим видом подсказывала, что есть ещё парочка заболеваний, о которых стоит знать. Ожирение, например. Плохое зрение в следствии долгой напряжённой работы и варрикоз с геморроем на выбор. Последнее уже зависело от того, стоишь ты чаще или сидишь. И всё в неполные двадцать пять.

— Так вот, если при монополярной депрессии человек хочет руки на себя наложить, не может ни на чём сосредоточиться, не хочет принимать решения, теряет сон и аппетит, то при биполярной депрессии наблюдается гипомания, — с умным видом добавила Леся, сложив руки на груди. — Это когда приподнятое настроение, улыбка до ушей, весёлый, озорной гнев…

— Гнев? — тупо повторил Боря. — У нас разные понятия о гневе.

Мир вокруг становился зыбким и непрочным. Женщина около сорока лет хихикала и елозила руками под пледом в причинном месте, а более молодая била её по рукам то кочергой, то канделябром и советовала лежать смирно.

— Ну это уже ни в какие ворота! — возмутилась Леся на очередную попытку пациентки поласкать себя у всех на людях. — Зоя Ивановна, ведите себя достойно! И руки по краям одеяла… пожалуйста. Девочки так себя не ведут!

— Я всю жизнь вела себя достойно! И что толку? Поэтому и девочка! — тут же подалась вперёд Зоя с лёгким вызовом в голосе, но была остановлена властной рукой Леси и уложена обратно. — Вот вы, наглые людишки, совсем белены объелись. Стоите тут, меня обсуждаете. А мне что, пошалить нельзя? Сначала мне мама не разрешала, потом я сама себе не разрешала по привычке. А теперь вы мне разрешать не будете? Я ПРОТЕСТУЮ!

— Гнев, — повторила Василькова спокойно. — Но в ее случае это скорее активность. Знаешь, как у тик-токеров, влогеров и прочих ю-туберов, которые бегают туда-сюда, чтобы что-то записать на камеру в качестве контента? Некоторые считают, что это гиперактивность и скоро пройдет. Кому охота бегать, когда тебе за двадцать пять? Но чаще это те же психи в клинической депрессии, просто не лечатся.

— Да откуда ты это всё знаешь? — не понял Боря, ранее не замечая за диспетчером таких познаний в психологии.

Понятно, что все ненавидят смазливых тупых существ по ту сторону экрана, которые с умными видом извлекают из себя звуки, показывая, что освоили человеческую речь. Но чтобы любые танцы, ужимки и челенджи — как проявление депрессии? Перебор!

Боря уже попытался сомневаться в полноватом и бледноватом источнике информации. Про себя даже представлял, как Ирине Олеговне звонить будет. За консультацией по психике лучше к мозгоправам.

«Во-во!» — подстегнул внутренний голос: «Пару раз соседку можно и на платные сеансы свозить. Потому что я хрен знает, как ей объяснить зачем Князевы и Битины ей стёкла по соседству расстреляли. Это дело лучше профессионалам доверить».