Степан Мазур – Тот самый массажист 4 (страница 5)
«Похоже, курсы повышения квалификации для Богатырёва не прошли даром», – поняла Лариса и как стояла, так и прикрыла распахнутую во всю ширь дверь, так и не кинув в массажиста ни недопитой чашки с кофе и сохрани в целости и сохранности голосовые связки.
Только женщина позади заглянула через плечо и сказала:
– О, я тоже хочу хрустнуться! А за это надо доплачивать? А то если мой слон дома мне на спину ногами встанет, то на работу можно будет уже не ходить. Никогда. А тут человек хотя бы понимает, что делает. Не так ли?
Лариса повернулась к ней, нервно улыбнулась и пошла приводить себя в порядок. Когда она вернулась к кабинету под конец сеанса, девушка вышла из кабинета уже одетой и с розовыми щеками. На лице гуляла такая улыбка, что начальница даже вспомнила зачем открыла оздоровительно-спортивный комплекс.
Чтобы женщины улыбались!
«Где ещё-то, если не в Женском раю»? – невольно промелькнула мысль и Лариса сама вымучила улыбку, спросив:
– Как вы себя чувствуете?
– Вы знаете… прекрасно! Меня как будто семеро вертели! – призналась девушка и зачем-то подвигала ногой, тут же добавив. – Не болит!
– А должно?
– А болело, – призналась девушка и словно подхваченная ветром лодочка на озере, поплыла к лестнице, ведущей на первый этаж.
– А оргазм… получили? – спросила в спину Лариса.
– Оргазм? – девушка повернулась, снова улыбнулась и призналась. – Вы знаете, у меня сейчас такое ощущение, что я как начала его получать с первым хрустом позвонка, так это дело до сих пор и продолжается. Ощущаю себя довольной хрюшкой, которая подхрюкивает не только в процессе, но и остальные сорок минут после начала этого дела. Даже петь хочется!
– А, хрюшкой, значит, – кивнула Лариса. – Хорошо, приходите к нам ещё… как допоёте.
– Обязательно! – заверила её довольная клиентка и с лёгким смешком не спустилась как старушка, но пробежала по лестнице девочкой-школьницей, быстро-быстро переставляя ноги.
Лариса посмотрела на следующую клиентку, что уже тёрлась у двери в ожидании своей очереди и подняла руку.
– Подождите, техническая пятиминутка!
С теми словами начальница зашла в кабинет, куда Гуля прошмыгнула менять простынь и глядя прямо в глаза Богатырёву, заявила:
– Так, и что это было?
Богатырёв, хлебнув остывшего чая из фарфоровой кружки у глиняного чайника на столе, только повернулся к ней, улыбнулся и вместо ответа подошёл, подхватил за руку и требовательно повёл в танго, раскручивая её как малолетку на дискотеке.
Аж голова пошла кругом!
А пока танцевала, невольно представила, как уже к ночи его пальцы будут скользить по её коже, снимая напряжение и даря покой на ночь глядя.
Танец неожиданно закончился тем, что Володя подхватил её на руки и мягким броском через аккуратно саму положил на стол.
– Что ещё за ребячество? – уже не потребовала жёстким тоном начальницы Лариса, но проблеяла робкой овечкой Лара, которой вдруг самой резко захотелось остаться в кабинете и продолжить отпуск.
А этот гад уловил и выдворив рыжую помощницу из кабинета одним взглядом, сначала разул её в два щелчка пальцев, а затем одним движением самого главного пальца ловко обеструсил. И прижавшись, томным голосом добавил:
– Что Лара, тоже остаточные морепродукты на голову давят? А всё белок и аминокислоты… Вот так и действует море!
Увлажнившись от этих горячих слов на ухо надёжнее, чем влажная салфетка на заводе изготовителе, Лариса только губу прикусила. Когда она легла на стол, мир вокруг словно замер. И каждое его прикосновение было наполнено нежностью и заботой, словно сама жизнь стремилась обнять её. А когда добавили масла на руки – стала ещё послушнее.
Мягкие движения рук мастера в следующие минуты становились не просто искусством, а настоящей симфонией, где каждая нота – это освобождение от забот, а каждая мелодия – это возвращение к себе. И пусть у них лишь те самые несколько технических минут, ей хватило бы и одного прикосновения, чтобы достичь пика на волне этих эмоций и чувств.
Да, женщина не любит секс. Но женщина любит мужчину. Своего мужчину, которого долго выбирала и настраивалась на него. И легко достигает финиша на этой любви к нему, когда все настройки готовы. А всё, что нужно – это не мешать процессу, не ставить палки в колёса.
В момент, когда её тело расслаблялось, а мысли уносились далеко за пределы обыденности, она поняла, что массаж – это не просто уход за телом. Это путешествие вглубь себя, где каждая клеточка наполняется светом и гармонией, и настраивает на позитивный лад. Именно в такие минуты она принимала, что это её лучшее вложение в бизнес и ничего лучше придумать просто нельзя. Зато можно ценить каждый миг и ощущать каждую эмоцию.
От понимания этого её вновь накрыло теплым ощущением внизу живота. А когда их мини-сеанс завершился, массажист поднял её и снова прокрутив на одном месте, с улыбкой вручил трусы, она вышла из комнаты, как будто заново родившись. Так же глупо и нелепо улыбаясь, как растрёпанная клиентка до этого.
– Ага, техническая минутка, как же! – пробурчала ожидающая своей очереди клиентка у кабинета.
– Не волнуйтесь, и на вас хватит, – всё с той же дурацкой улыбкой ответила она и вдруг осознав, что в руке вместо чашки сатиновые трусы, пошла сначала к двери на первый этаж, а потом остановилась и не постеснялась сменить направление к кабинету.
Виктория Лопырёва за стойкой администрации только успела заметить, как начальница спустилась на несколько ступенек, застыла, посмотрела в вечность и на мгновение перевела взгляд на свою трудолюбивую блондинку.
В её глазах засиял свет, а улыбка стала ещё более яркой. Затем она покинула лестницы, сдав обратным ходом, оставив за собой шлейф спокойствия и умиротворения.
Пожав плечами и постаравшись сосредоточиться на записи очередной клиентки в очереди, Вика только поняла, что сама не прочь подняться на второй этаж и попросить массажиста хоть пару минут поизображать для неё море, качая в своих заботливых руках, пока она будет шипеть, шуршать и жаловаться, как тяжело работать в первый рабочий день после отпуска.
«Вечером», – вдруг поняла, что это обязательно случится Вика и тоже улыбнулась, прячась до этого сладкого момента в тишине своего маленького, рабочего уголка, где время словно остановилось.
Весь день ей только и остаётся, что наблюдать, как проплывают, спускаясь с третьего этажа, рядом с ней девушки-лодочки. Или пролетают одухотворённые нимфы, а вот промелькнула женщина с такой скоростью, словно крылья ангела за спиной её носят. Пришедшая на массаж разгневанной фурией, она тоже стала частью волшебного мира, где каждый может найти свой путь к внутреннему покою и гармонии, познав нужды своего тела.
И глядя на всех этих одухотворённых красоток, что распускались словно розы после сеансов, Вика только подумала:
«В обед к Володе заскочить, может»?
Зря они на море ездили, что ли?
Глава 4 – Ночной жрец
Если говорят, что Москва никогда не спит, то теперь Владимир Богатырёв точно знал с кем не спит. Да вот хотя бы с ним не спит! А он портит статистику сомнологам по стране и по области в частности.
«Людям потом отчитываться, неудобно как-то, Володь», – твердил мозг массажисту, который за день принял в полтора раза больше клиенток, поработал сверхурочно после положенных часов, а ещё трудился в обед, пропустив приём пищи с блондинкой.
И оказалось, что если слишком много работать, то можно не уснуть вовсе. Это вроде как конь, который бежит-бежит, а потом либо умирает, загнанный, либо должен бежать помедленнее, затем ещё медленнее, пока остывает. Умелый наездник знает, что только так тот придёт в чувства, а не отбросит копыта.
Мужику чего не спать после тяжёлого трудового дня? Возможно, эмоции. Может – адаптация, а то и в мелатонине всё дело. Действительно, загар после путешествия в тропики спал за несколько дней, как будто вовсе не было. И если существовал какой запас в организме прозапас, то иссяк разом в столице. Проел в сумрачной, задымлённой Москве его Богатырёв и не заметил.
Вот и получается, что был мелатонин и сон богатырский – и не стало разом. И напрочь сбив внутренние биологические часы уже в первый рабочий день, Володя никак не мог вернуться к привычному распорядку дня. Проще говоря, не мог просто взять и выспаться с ходу.
Как следствие, ворочался, раскрывался и укрывался. Или слушал посапывание, переходящее в лёгкий храп, пока терпения хватало под боком от тех, у кого со сном было всё в порядке после расслабляющего массажа и обильного секса.
Вроде разбудить каждую можно – это его право. Но хватило только на два раза. На второй раз бурчать начали, на третий – ругаться. Мол, куда тебе столько секса? Отложи на другой день, накопи, а потом и приставай… снова. А шебуршать в постели на троих – хорошего мало. Либо одеяло заберут, либо жарко, когда слишком много отвоюешь. Да и раскрытых потом жалко. Совесть просыпается.
Её только в этот тёмный час не хватало!
Как следствие, снова ворочаешься. Теперь уже, чтобы укрыть бедолаг. Ну и по попе погладить. От этой простой манипуляции легче становится. Жить. Правда, недолго. Потому что сначала гладишь, потом шлёпнуть хочется, а дамы сердца не понимают протеста, просыпаются. Снова. И если Ларису Борисовну он бы ещё утихомирил и в третий раз, то Викочку Лопырёву жалко. Спит с видом ангела, на одухотворённых женщин за весь день наглядевшись, и их же во сне пародируя.