Степан Мазур – Молодые волшебники (страница 8)
– Ещё одно слово и снова будешь ходить в том мешке! – подчеркнула Настенька, но пачку сосисок взяла.
Голод – не тётка.
До дома судя по всему, было далеко. А класснухи рядом тоже не видать.
«Совсем что ли они там без царя в голове детей так долго оставлять»? – подумала Настенька: «А ещё школьное руководство называется».
Жора, перекусив, поднял примирительно руки:
– Не, с тобой-то я дружу. Это вот этот со своими «мышками» и горе-творчеством нам ни к чему. Слышал, Ухо? Бесполезен ты в Средневековье! Тут шляпы модные. А вместо твоих дурацких песен барды есть.
– Какие ещё барды? – тут же спросила Настенька.
– Которые дудят и брынчат!
– Не наговаривай на представителей народного творчества, – возмутился Ушаков. – Это же фолк! Они фольклёрят!
– Что значит «фольклёрят»? – поинтересовалась блондинка.
– А то и значит, что о связи нашего поколения и природы поют, – просветил Марк. – А, может быть, и о конфликтах поколений. Благо, я ещё не понял. Так как не слышал.
– А с чего вы взяли, что мы в Средневековье? – нахмурилась Ташкина.
Она плохо знала историю Средних, Ранних, Поздних веков… Да и вообще историю в целом.
Там было подозрительно много дат и ещё больше персонажей. Они все что-то делали. Всех не упомнишь.
«Хорошо было только Адаму и Еве», – прекрасно знала Ташкина: «Они только друг друга знали и жили в первый век какой-то там эры. На события в начале времён не разгуляешься. С другой стороны, петь им тоже никто не мог, только ветер исполнял на бис».
Глава 4 – Спуск
Настенька вздохнула. Делать нечего, придётся поверить мальчикам, так как своих идей – раз, два и обчёлся.
– А что же ещё? – воскликнул Жора. – Факелы, замок. Магия, опять же! Конечно, это Средневековье! Иначе и быть не может. Хотя, насчёт магии я больше не уверен. Местного Мерлина мы походу, обнулили. Он может быть один, а может их тут как грязи!
Ребята переглянулись. А Жора посмотрел на груду техники, добавив:
– Ну как «мы»? Ты! – и он уверенно ткнул в Ушакова. – От обнулил!
– Ой, мы и без волшебника справимся, так себе аниматор, если честно, – отмахнулась Настенька вместо Марка, который пытался делать вид, что он тут не при чём. – Где тут МЧС можно вызвать? Пусть вертолёт пришлют и нас по домам развезут с ветерком.
– Надеюсь, скоро снова изобретут электричество, – пробормотал Ушаков. – Тогда и вызовешь… И пиццу мне заодно закажи, ага!
Взгляд его устремился к тому, что находилось за спинами ребят. Его привлёк отблеск. После чего прямо в полу открылся ход. Это пал барьер, закрывавший вход в башню, едва солнце зашло за край.
Наконец, можно было спуститься с башни замка пониже.
– Какой план? – спросила Настенька. – Идём туда, не зная куда?
– Правильно, – поддержал Карасёв, поглядывая на кучу техники. – Уходим отсюда, пока Марк на нас свои тёмные делишки не спихнул. Прикидывается только овечкой. А сам стариков-то… того. Не очень-то и уважает.
– Жизнь вообще полна страданий, – ответил в свою очередь Ушаков, и повернувшись, добавил. – Судя по Достоевскому. Хотя куда вам до него? Вы и от комиксов устаёте.
– А ты откуда про Достоевского взял? – спросил Жора, который хоть и читал, но не всё, что задавали на лето. Разве что в сокращённой версии.
– А мне пришлось читать, пока у деда новогодние каникулы без света сидели, – признался Ушаков, как в каком-то преступлении. – Только я и книга. Ужас!
– А как же ты читал без света? – не поняла блондинка.
– При свечах!
Настя фыркнула, представив себе этот момент:
– А, так это на тебя школьная литература повлияла? Хорошо, что я её не читаю. Чтение вообще никогда ни к чему хорошему не приводит. Меньше знаешь – крепче спишь.
– Да тебе тяжелее рисуночков ничего не осилить! – возмутился Марк.
– А почему ты против картинок со смешными подписями? – прищурилась Настенька. – Это ведь самое лучшее, что есть в мире. После котиков. А если картинки с котиками, то это вообще комбо.
Гора техники на прощание рявкнула последним куплетом. А там уже толком было не разобрать кто поёт:
Трое переглянулись и пожали плечами.
– Развиваться надо, короче, – тихо добавил Марк. – Иначе все обнулимся.
В открывшемся проёме виднелись ступеньки, подсвечиваемые факелами. Те горели где-то снизу, неплохо чадя.
Взглянули вниз и присвистнули. Ступенек была добрая сотня, а перил не было совсем.
– Не надёжно как-то, – вздохнула Настенька.
– Можешь остаться тут… с этим вот, – ответил Марк и начал спускаться первым, придерживаясь за стену.
– Вот ещё! – буркнул Жора и пошёл следом.
Ташкина спускалась последней. Винтовую лестницу и каменные лесенки подсвечивало всего три факела. Но их света хватило, чтобы спуститься до самого низа, так как они были распределены один ниже другого.
– Странно. Эти не погасли, – отметила девочка, остановившись у одного из факелов.
Карасёв сунул в пламя сосиску, подпалил, откусил, прожевал и кивнул:
– Ну вот. Спасут нас сосисоны. От голода уже не помрём. Осталось только уберечься от чумы, оспы и прочей дизентерии.
– Тихо! – рявкнул Марк. Оба одноклассника повиновались. – Пришли.
Из прохода в стене виднелся свет и был он на порядок ярче, чем давали огни факелов.
Жора замер у одноклассника за спиной, через плечо поглядывая на помещение. Подоспевшая последней Ташкина увидала просторную комнату на два этажа. Точнее один этаж, но с двумя уровнями, которые разделяла лестница.
– По древнему это всё «залой» называлась, – обронила едва слышно Настенька. – Это потом «залу» урезали. И она стала просто «залом». «Зал».
– Ты не умничай, мы не на контрольной! – возмутился Жора.
– А я чего? Это по телевизору говорили, – ответила одноклассница шёпотом.
Над всем большим помещением у потолка висела огромная люстра, впечатляющая своими размерами. Но не было в ней лампочек. Их заменяли полсотни толстых свечей с маленькими фитильками. Люстру вроде как опускали и подвешивали под потолок. Вручную. За цепь.
– Ого, судя по толщине свечек, гореть они могут всю ночь, – отметил Марк и улыбнулся по-эмовски. – Так готичненько.
Сами ребята оказались на уровне второго этажа и смотрели на мир первого этажа через оградительные перила.
Но Жора разглядывал в том числе и многочисленные двери второго этажа.
– Куда они? В спальни ведут? – спросил рыжий.
– Или в пыточные подвалы, – добавил Марк.
– Какие тебе подвалы на втором этаже? – поправила Настя и сказала. – Дурья башка дай пирожка!
– Это лысая, – поправил Марк. – А дурья ничего тебе не даст. Ещё и заберёт. Вон рыжего побрей и спрашивай с него чего хочешь.