Степан Мазур – Малой (страница 6)

Сгинула, как и сестра с привратником.

— Я здесь уже целую вечность! — только добавила Ленка. — И так рада тебя видеть. Здесь вообще не с кем поговорить, а для меня это смерти подобно.

— Вечность? Но почему? — не понял Даймон.

— Да потому что в туманных просторах лимба само время теряет своё значение, а свет и тень танцуют в бесконечном вальсе серыми тенями. Первое время я любовалась этим явлением, но потом поняла, что это порядком достало, — ответила она, держа его за руку и больше не собираясь отпускать. — А со временем я стала предсказывать каждое последующее движение в этом танце. И знаешь, что? Это не круто!

Даймон только рот приоткрыл, но не знал, что сказать. Для него пока всё вокруг было в новинку. Видимо, тоже стоит подождать пару-другую сотен лет, тогда и начнёт понимать пленницу.

Вдруг в её глазах мелькнула надежда и девушка горячо воскликнула:

— Расправь же свои чёрные крылья, Даймон! И унеси нас отсюда! Воспарим прочь над этими тенями и туманом! И удалимся куда-нибудь ещё!

— Крылья? — повторил демонёнок, но потупив взор, робко признался. — Но у меня нет крыльев. У меня только-только рожки начали прорезаться. — И он даже показал ей лоб, отодвинув в кой-то веки не сгоревшие волосы.

— Действительно, рожки, — всё тщательно проверила Ленка, пощупала, поскребла ногтем, но для себя все же уточнила. — А что, крыльев совсем-совсем нет? Таких, чтобы были черны, как ночное небо!

— У меня ещё только хвост есть, — добавил совсем тихо Даймон, но показывать его не спешил. — Но это нам тоже мало поможет.

— Тогда всё пропало, — убитым голосом подытожила она. — Мы навсегда останемся в лимбе. И будем разговаривать лишь друг с другом. Это…это… — голос её потускнел.

— Но ведь это… не так уж и плохо. Ты и… я.

— Неплохо только первую тысячу лет! — хмыкнула Ленка. — А потом, знаешь ли, приедается. Когда все темы уже обговорены, а все мысли обдуманы, ты начинаешь обладать даром пророчества. И знаешь всё наперёд. Но дело в не предвиденье, Даймон! Просто всё это уже было тысячу раз! И ты нашёл время, чтобы заметить. Мир вокруг полон знаков, но нам просто некогда считывать их. А в лимбе полно времени, чтобы на ВСЁ хватило!

Она вскрикнула и отстранилась, затем всплакнула, погружаясь в отчаянье. И демонёнок понял, что из-за его мести невольно пострадали совсем невинные существа. Вот какой с Ленки спрос? А тоже пострадала за знакомство с ним! Кто виноват? Он виноват!

Вот и выходило, что гневается один, а страдают все вокруг.

Словно от этого понимания среди сумерек и тумана мелькнул не яркий, но всё же различимый свет. И демонёнок, который только оказался в этом странном месте после портала, тут же решил проверить. Подчиняясь своему юношескому упрямству, он словно решил нарушить правила этого мира и обратить внимание на что-то ещё. Что-то совсем новое.

Да, он хотел узнать, что такое свет. И ещё больше хотел вывести из этого мира подругу.

— Лена, идём за мной.

— Куда?

Он не ответил, только на этот раз сам взял её за руку и следуя за искрящимися огнями, оказался в самом центре лимба. В самом пространстве, где подобные ей души искали покой, а их забытые мечты блуждали в бескрайних просторах серых, туманных пустот.

И среди этих пустот точно не хотелось молчать.

— Знаешь, а ведь жизнь Даймонам подарила именно многомиллионная паства, — снова припомнил он слова сонной книги. — Но больше того — она подарила нам власть!

— Власть? — переспросила Ленка, которую радовала, как новая прогулка, так и новый собеседник, но ещё больше её восхищала новая информация, которую она может усвоить среди серых теней.

А для этого всего-то и стоит, что помолчать и послушать.

— Ты будешь смеется или будешь расстроена, не знаю. Но до возникновения христианства слово «даймон», от которого произошло христианское «демон» и мусульманское «дэв» — означало всего лишь «бог», — просветил её начитанный демонёнок. — Честно говоря, ислам и христианство превратили старые, благостные божества древних народов в жутких бесов и смертоносных ифритов, сменив полюса. Но это случилось значительно-значительно позже!

Ленка кивнула, ни разу не перебив. И с интересом в глазах ждала продолжения. Когда весь мир вокруг долгое время так скуп на информацию, то любые её крупицу кажутся дороже золота.

— Каждый Даймон по сути — концентратор человеческой веры, — продолжил демонёнок, то теряя, то снова замечая искорки или золотистые нити света среди тумана. — Мы очень молоды, ибо вырвались на свободу всего две тысячи лет назад. Однако, рожденные позже людей, уже тогда мы стали вашими господами!

— Зачем вам быть нашими господами? — спросила Ленка совсем не из вредности, но исключительно чтобы расширить круг своего мировоззрения.

— Такова «демоническая» натура, — пожал плечами Даймон. — Многие из нас могут приходить к вам во снах, являться в храмы на вызов, плакать образами на иконах, исцелять, убивать, сводить с ума и даже вселяться в ваши тела. Потому что демоны — хозяева человечества. И хозяева — уже много столетий!

— А как же тогда ангелы? — скорее хотела знать, чем возражать Ленка.

— Дело не в ангелах, которые пали или остались, — тут же перевёл тему на ту, которую знал Даймон. — Дело снова в нас. Ведь вместе с человечеством менялись и мы. И как ни удивительно, но большая часть Даймонов погибла, едва пережив свое стремительное рождение.

— Почему? — с откровенным интересом ловила каждое слово рыжая девушка, так как предмет беседы действительно интересовал её, а не звучал лишь для галочки с пометкой «общение».

— Так из-за людей! — ответил, как очевидное едва рогатый собеседник. — Изначально, все великие новорожденные Боги — даже такие могучие как Юпитер или Исида, ставшая прообразом Богоматери, были не более чем добрыми храмовыми божками, покровителями своей языческой паствы.

— Серьёзно? — округлила глаза Ленка, готовая слушать буквально про что угодно, лишь бы это было ново.

— Да, рогатые существа с копытами, в форме которых позднее стали изображать дьявола и его прислужников, в древности чтились как фавны, духи рек, ручьев, горных вершин и лесов, — охотно рассказывал ей Даймон, пока вёл за руку к свету. — Все Даймоны возникли именно так — в виде благих божеств для людей. Мы были духами мест, обрядов, отдельных храмов, стран и даже тотемных животных, покровителями семей или домов.

— Возникли, а затем… жили? За счёт чего? — пыталась разобраться Ленка.

Для неё информация о Даймонах была ой как необходима. Так как дружила с одним из них. Вне зависимости хотела того мама того или нет.

— Сонная книга говорила мне, что свою силу и жизнь Даймоны поддерживали разными способами, — припомнил собеседник, не переставая идти и говорить на ходу. — В основном, с помощью храмов, жрецов и замысловатых обрядов.

— Что ещё за обряды?

— В одних местах это были кровавые жертвоприношения. Конечно, животных, а не людей. А в других местах ожесточенные молитвы, мистерии, ритуалы, песни и даже… ритуальная любовь.

Ленка покраснела и промолчала. А демонёнок мельком глянув на неё, продолжил:

— Разумеется, обряд был лишь формой, с помощью которой люди достигали определенного состояния, в котором выделялась нужная Даймонам духовная энергия. Вот она и служила нам пищей. Но если тебя интересует техническая сторона вопроса, могу сказать только одно. Сила веры не регистрируется приборами. И все же её проявления можно видеть довольно часто. Ты слышала истории о том, что на войне или в критической ситуации человек способен на фантастические свершения? Сорвать рукой люк подбитого танка, например, пройти сквозь огонь, остановить грузовик, спасая единственного ребёнка силами хрупкой матери, сдвинуть с места каменную плиту, на которой держится целый дом. Всё это магия на самом деле. Но магия веры. Одновременно с этим, всё это — мощь человеческого духа. И зримое проявление магии в мире реальных вещей! Могущество веры, перед которой порой склоняются даже физические законы. В старину эту мистическую субстанцию звали ПРАНОЙ. Именно она исторгается во время молитвы или концентрации человеческого воображения. Вот именно ей питается каждый Даймон.

Тут Даймон резко остановился, осознав, что им не угнаться за светлыми нитями и искорками в обычных условиях, при которых они двигались среди сумерек, пляшущих теней и тумана.

— Так что, Ленка, всё просто на самом деле. Если хочешь, чтобы у меня выросли крылья… молись!

— Что?

— Я не шучу. Помолись. Захоти этого по-настоящему. От души захоти. Ведь в твоей душе столько потенциала, что ты даже себе не представляешь!

Ленка некоторое время смотрела на него молча, ожидая хотя бы улыбки. Шутит ведь, верно? Но он даже уголком губ не подёрнул.

Сначала ленка чувствовала себя потерянной. Как это — от души? Она же всегда здесь только и хотела, что — выбраться! Это не от души, что ли? Но ничего не происходило.

Они бродили по серым ландшафтам, где не было ни радости, ни печали, лишь тишина, нарушаемая шёпотом заблудших душ. Но вскоре она заметила, что в этом месте есть что-то особенное. Здесь, среди призрачных теней, Ленка встретил других существ — потерянных, как и она сама.

— Ребята, а может все вместе помолимся? — спрашивала она те души, но они лишь отскакивали от неё и разбегались кто куда.