Степан Мазур – Малой (страница 2)

Но если маленькому проклятью хватало и одного ремня на ночь, то связать демона высшего порядка только по рукам, ногам и за пузо, было большим просчётом.

Блоди подскочила от кровати мгновенно и закричала следом:

— КТО ПОСМЕ-Е-ЕЛ?

Пукс, не будь дураком, тут же юркнул в разбитое окно на улицу, а вампирэсса, перекинувшись в летучую мышь с красными глазами, сиганула следом за ним. Тогда как Малой потянулся, зевнул и смахнув с себя остатки прогоревших пожарных ремней, приподнялся.

Начинался новый день. Ещё столько всего предстоит натворить!

Легко перемахнув запоздало сомкнувшиеся стальные прутья кроватки, Малой первым делом пошёл на звук, и выйдя из родительской спальни, тут же принялся спускаться вниз по лестнице. Ходить он ещё толком не умел, поэтому предпочитал катиться по парапету прямо в особом подгузнике, который предоставили сами демоны вместе с младенцем. Он был для Малого как амортизатором, так и всё впитывающей бездонной чёрной дырой. Плюс никогда не сгорал и не требовал замены, что несколько облегчало жизнь Адовым, но со всем остальным справляться по условиям Договора они должны были сами.

Топот, уже починивший ручку и следом выключивший телевизор, предпочёл выйти через чёрный ход и вернуться на чердак по верёвочной лестнице, по которой Малой взобраться ещё не мог. Зато он вполне мог добраться до кухни.

Михаэль как раз вполне себе по-отчески постукивал по холодильнику рукой, словно просил у него прощения и бормотал:

— Ну ты это… не серчай.

Что Малой сразу же воспринял как акт агрессии.

— Помогу! — пробормотал демонический младенец, подполз к стулу, подхватил его за ножку вместе с Даймоном и выкинув старшего брата в окно, тут же принялся «так же» стучать по холодильнику.

— О-о-о, — протянул Михаэль. — Вы только посмотрите на малютку. Он… подражает.

Стулья в семье были довольно крепкими ещё с лета. Удар тут же оставил на холодильнике заметную вмятину, отчего могучее бытовое устройство слегка пошатнулось, но устояло.

— Помог? — переспросил Малой, отшвырнул стул в сторону и подполз уже к Маре. — Сидеть хочу! — заявил он следом и в окно полетело уже и младшее проклятье.

В то же время в дверь вбежал рассерженный Даймон весь в осенних листьях и всяком мусоре и тут же рванул к Малому.

— Я сейчас покажу ему, как братьями кидаться! — заверил он, разгораясь пламенем по всей поверхности тела.

Но отец заранее перекинулся в медведя, подхватил его подмышки и приговаривая:

— Ай, ай, горячо! — начал перекидывать из лапы в лапу, как горячую сосиску.

После чего опустил сына в раковину и включил холодную воду. По кухне тут же пошёл пар. А вернувшаяся следом Мара едва открыв дверь, тут же пообещала ровным голосом:

— Однажды я останусь с ним наедине…

В этот момент в окно на скорости влетела летучая мышь и перекинулась прямо на холодильнике. А затем начала поправлять причёску:

— Так, что я пропустила?

Мара тихонько начала читать проклятье сквозь зубы, но малой лишь рассмеялся в голос. Демоны его уровня обладали иммунитетом к любым формам словесного воздействия.

Михаэль пожал плечами, подхватив дочку на руки и привычно начиная раскачивать из стороны в сторону, пока по комнате не перестала проноситься вдохновляющая латынь.

— Дети. Что поделаешь? — ответил он супруге, усадив Мару на уцелевший стул, затем подхватив с холодильника жену.

Улучшив момент, Малой тут же подкрутил под кранами воду и вместо холодной успокаивающей воды в ёмкость для мытья посуды с демонёнком начал набираться кипяток, от чего у Даймона пар повалил уже из ушей.

Пока Михаэль склонился под раковиной, чтобы вернуть подачу воды, Малой тут же залез за холодильник и сказал:

— Бум!

Тут же что-то заискрило, повалил дым. Оборотню оставалось лишь подхватить Малого и выдернуть холодильник из розетки. Что с его звериной лапой закончилось фатально для последней. Кусок стены так и остался среди когтей.

— Повелеваю! — добавил Малой.

Рефрижератор задрожал уже без всякого электричества, а затем добавил мерзким голосом совершено неожиданную фразу:

— Начинаю обратный отсчет! Десять, девять, восемь, семь…

— Это чего это он? — спросил Даймон.

— Того, — ответила Блоди, прекрасно понимая, что кофе с утра ей не видать, как своё отражение в зеркале. — Бежим, дети! Не стоит стоять рядом с разговаривающими холодильниками!

— А где он успел взять взрывчатку? — не понял демонёнок, выбираясь из раковины с мокрыми штанами.

Не говоря уже о подмоченной репутации, настроение было так себе.

— Через тёмный интернет. Где же ещё, брат? — ответила Мара и теперь вздохнуло даже младшее проклятье. — Всё зло теперь творится через интернет.

— Чёртовы конкуренты, — пробурчал Даймон.

— Три, две, одна… — продолжал отчёт холодильник.

Уразумев, что сейчас хранилище продуктов бахнет и без всякого электричества, все Адовы путём мгновенного ускорения движений ног, мигом вынесли себя на улицу.

В кухне тут же рвануло!

Взрывной волной перед демонёнком пронёсся обучающий куб Мары, который та поймала без всякой бейсбольной перчатки. Признаков жизни он больше не подавал. И младшее проклятье на нашло ничего лучше, как проглотить его.

Не пропадать же добру.

— Прощай, учёба, — констатировала Мара и с угрозой посмотрела на Малого. — Ты для этого всё устроил? Чтобы я не могла учиться? Признавайся, мелкая подлость!

Малой лишь пожал плечами и со вздохом выдал два слова:

— Разрушать… Природа.

Тёмным разумом он обладал с самого рождения, едва вылупился из демонического яйца. То наследие адского эгрегора. Но объёма лёгких пока хватало только на то, чтобы произнести одно слово. И как правило, довольно короткое.

Так что, когда Малой впервые сказал целых два подряд, Адовы переглянулись.

А Михаэль тут же добавил, вновь смахивая скупую отцовскую слезу:

— О, наш малыш уже совсем взрослый… Его первое предложение!

Больше не говоря ни слова, Адовы поплелись пить кофе к соседу Леониду. Говорят, кошки всегда рады гостям… если они — оборотни, конечно. А монстр монстру в беде не откажет.

Всё-таки не люди какие-нибудь.

А ещё каждый монстр точно знал, что лучше помогать с ремонтом соседям, чем смотреть на то, как в очередной раз горит на неделе твой родной дом.

Типичные будни в Мрачново.

Глава 2

Зарождение замысла

Артур Гедеонович Вернадский, который с недавних пор получил прозвище «Армагеддоныч» (за участие в Конце Света далеко не на последних ролях), всегда считал себя человеком интересным и даже загадочным. Длительное время сам его интерес заключался в исследовании непознанного и просто уму не постижимого. Что часто и происходило в Мрачново.

Исследователь «паранормального» и по совместительству специалист по локальной логистике, часто наведывался в это селение монстров, чтобы познакомиться с «чертовщинкой». Он буквально горел идеей поведать людям о монстрах и их секретах, которые те вне всякого сомнения скрывали от рядового обывателя.

Но это было как раз до Конца Света, а затем он сам едва не стал монстром и переосмыслил своё поведение. Потому в последнее время старался держаться от этого быстро растущего населённого пункта подальше, жить потише и избегать сенсаций.

Более того, отныне всем беседам с людьми, спорам с монстрами и словесным схваткам в сети, Вернандский предпочитали тишину и покой. Потому сидел на стульчике или стоял во весь рост, а порой и лежал на песочке в гордом одиночестве на берегу реки. То есть наглядно показывал, что предпочитает пенсию и единение с природой больше, чем разборки с потусторонними силами.

Конкретно в этот день Армагеддоныч рыбачил на удочку, провожая раннюю осень. Время, когда природа ещё не засыпала, но и комары уже не слишком надоедали. Камуфляж использовать уже не обязательно, хоть в пальто рыбачь со шляпой и строгих ботинках или туфлях. Всё равно рыба уже не клевала. Но главное ведь — процесс!

Под равномерное покачивание поплавка на мелкой волне, вызванной лёгким ветром, бывший академик чуть посапывал и клевал носом на стульчике. События былой жизни ему давно не вспоминались, а новых, учитывая почтенный возраст, уже не следовало ожидать.

Довольно с него приключений. Тишина, покой, рыбалка и всё тут!

Когда сопение превращалось в храп, Армагеддоныч лениво открывал один глаз и, удостоверившись, что поплавок не утоп, снова погружался в сладкую, мирную дремоту. Хоть книгу пищи — «что такое не клюём и как с этим бороться?»

Сатана показался из воды без предупреждения. Он бы и рад был предупредить, да бывший пособник стал глуховат на правое ухо, да ещё и подслеповат.

Не услышал бы, сколько не пытайся.