Степан Мазур – Квест: выжить любой ценой (страница 10)

Как по мне, так лучше видеть кого давишь.

Дача дяди Паши была двухэтажная, с пристроенным смотровым балконом, на который он поднимался по лестнице, чтобы заглядывать за сплошной забор. Собранный из кусков железа, шифера, дверей и досок, он принципиально не позволял заглянуть соседям к себе на участок, тогда как сам мог наблюдать за ними сверху, раздавая советы и покрикивая на лентяев. Под настроение.

Ворот у дачи не было, свой автомобиль дядя Паша давно продал в силу возраста и предпочитал передвигаться пассажиром на автобусе, если никто не мог подвезти. Но калитка представляла собой произведение искусства и весила как добротная стальная дверь, ещё и сама закрывалась на пружине. Большая, тяжёлая, странная, она как никогда теперь подходила под обстоятельства нового мира. А для облегчения открытия главного и единственного входа к калитке было приделано колёсико, что не позволяло ей провиснуть, в то же время не нужно было подкапывать каждый год или подсыпать, чтобы забраться внутрь или никого туда не пустить. Сама калитка крепилась на пару стальных труб и хоть тараном её выноси. Но сразу не получится. Да и массивный замок, спрятанный в углубление, сразу не выпилить, не вскрыть. Спрятанный от дождя, снега и взломщиков, он предлагал сначала как следует с ним повозиться.

При этом дядь Паша никогда не носил на дачу ключи. И на механическом замке стоял код из четырёх цифр. Конечно, он говорил мне их. Но мне бы вспомнить!

– А что, его нет на даче? – сразу поняла Мариша, глядя как я припарковался у высокого забора и застыл у входа, бесполезно перебирая в руках циферки замка.

– Раз на дужках висит замок, значит нету, – пробубнил я, но на всякий случай крикнул. – Дядь Паш! Вы тут?!

В ответ – тишина. Хоть прыгай в машину и сдавай назад до самой остановки. Дальше дорога всё более заросшая, пока не превращается в сплошное травяное море. Крайняя дача обитаемая. Но туда ведёт совсем узкая тропка-колея. И та зарастёт, стоит трудолюбивой пенсионерки, дети которой давно уехали вместе с зятем, который раньше косил всё вокруг, бросить дачу, махнув на неё рукой.

Крикнул ещё раз. Снова – тишина. На этот раз абсолютная. Ведь двигатель автомобиля, который только что работал, вдруг заглох. И мы с Маришей синхронно рты пораскрывали.

– Что случилось? – первой спросила она.

– Похоже, бензин кончился.

– Но ты же говорил тридцать километров, а мы проехали едва ли… пару-тройку.

Спорить было бессмысленно, надо думать. В поисках ответа принялся ходить вокруг да около. От травы позади автомобиля пахнуло бензином. Я припал на траву, заглянул под автомобиль, затем обратно на трассу, обнаружив мокрые колоски и понял, что по траве тянется шлейф из бензина.

– Твою мать! Бензобак пробило. Или бензонасос.

– На остановке?

– Нет. Похоже, когда я в дерево врезался задним ходом.

– Можно починить? – сглотнув, с надеждой в голосе спросила Маришка.

Говорят, безвыходных ситуаций не бывает, но через СНТ ещё с десяток остановок тянется до выхода на семь километров. А потом ещё восемь километров по гравийной дороге пешком идти до железнодорожного перехода. Потом кто куда. Кому в город, ещё пять-семь километров. Кому в микрорайон за городом – столько же по жилому сектору. Итого, двадцать. Пешком. С гипсом. Без костыля.

– Может, и можно, если найти дырку. Заклеить там, если не удастся запаять. Залить жидкой резиной, использовать супер-скотч или вроде того, – отставил я пораженческие мысли, но они навалились снова. – Но где нам при этом взять новый бензин?

Она замолчала, обдумывая ситуацию. Я открыл багажник и потряс бензотриммер. Сам он тяжёлый, но в баке бултыхается едва ли миллилитров двести-триста. Не пойдёт. Внедорожнику только кашлянуть. При этом сам автомобиль напрочь перекрыл дорогу, а из оружия в кармане только открывашка и бесполезный телефон.

– Твой велосипед далеко? – тихо спросил я, пытаясь помочь хотя бы девушке.

– Ну, когда я его в последний раз видела, был перед этой красной остановкой, припомнила девушка. – Но на неё я взобраться не успела, дальше побежала.

– Тогда надо выйти к остановке и найти его. А дальше сможешь прорваться к выезду и, может, позвать на помощь.

Она кивнула, но глядя на мой гипс и уставший вид, добавила:

– Давай-как я сама схожу к остановке. Я легконогая, быстрая. А ты пока тут побудь. Вдруг дядя Паша вернётся?

– Разумно. Я тогда попытаюсь пробраться внутрь. Должно же быть у этого забора слабое место, – прикинул я, но перед тем, как отпустить девушку обратно по дороге, отдал ей открывашку. – Вот, держи. Вдруг пригодится. К сожалению, ничего более похожего на оружие у меня с собой нет.

– Да я лучше убегу, – ответила она, но открывашку всё же взяла. Никогда не знаешь, что по жизни может пригодится.

Очень скоро я некоторое время наблюдал её спину, пока кусты, трава и деревья не скрыли от меня и её. Блуждая же вдоль забора, я понял, что могу пробраться на дачу через соседний участок. У этого хозяина лицевой забор стоял сплошняком, но ограждение между соседями было весьма символическое, там стоял лишь деревянный забор. А оторвать пару досок не так уж и сложно, как по мне. Но едва я стал шастать возле соседского забора, рассчитывая дойти до края и прорваться с тыла, как ближайшие кусты зашевелились!

Резко повернувшись, лихорадочно соображал в какую из сторон бежать. Ну как бежать? Быстро ковылять! Но бежать никуда не пришлось.

– Дядь Паша! – признал я в маленьком, пузатеньком дедушке с красным лицом соседа по дому.

– Костюнчик! – воскликнул он, тяжело дыша. – Вот уж заставили меня побегать эти черти лысые. А ты чего здесь?

– Да вот, хотел вас забрать… да не вышло, вздохнул я, показывая на внедорожник.

– Давай на дачу зайдём. Умыться надо, - отмахнулся он и тут же набрав на замке код, отомкнул калитку. – Заходи, гостем будешь.

Вскоре я узнал, что в расстояние в одну остановку влезает девять улиц, сам же дядя Паша преодолел восемнадцать участков, полные травы и зомби, двигаясь напрямки. Но ни одного человека по пути так и не встретил. Потому был рад услышать историю о Маришке.

– И где она?

– Да на остановку пошла, за велосипедом, – ответил я, когда напились вволю воды, привели себя в порядок и взобрались на смотровой балкон, чем являлась площадка на втором этаже. Хотя формально это была мансарда.

– Это я понял, но почему так долго? Тут идти-то метров пятьсот. А она молодая. Уже десять раз бы туда-сюда сбегала, – заметил дядь Паша, в свои седые годы обладая аналитическим мышлением и уважая логический подход. Это помимо помидоров, которые вдоволь растил на участке, каждый год заваливая урожаем всех соседей по подъезду. Вот и сейчас я видел много подвязанных растений по участку, где уже зрели плоды… а Маришки не видел.

Сердце заныло в нехорошем предчувствии. Но что делать? Идти за ней? Определённо, но нужно сделать хотя бы подборку.

– Дядь Паш, а у вас нет какой-нибудь не нужной лопаты? – обратился я, рассчитывая получить хотя бы черенок, а лучше новые вилы. – Мне бы какую-нибудь палочку, чтобы легче ходить.

– Есть. Всё есть. И это… давай переоденем тебя, пока совсем не сгорел. У меня где-то была старая рубаха. И штаны должны быть, – улыбнулся добродушный старик и пошёл перебирать инвентарь и рыться в дачном гардеробе, тогда как я остался на площадке, подставляя голую спину ветру. Вот уже полдня, как по-прежнему хожу по СНТ в шортах и носках. Гипс же стал похож на погрызенную собакой кость, посерел по бокам, а пятка так просто чёрная, включая и мою стопу.

«В баню бы», – мелькнула разумная мысль и тут я допустил ошибку – почесал под гипсом, просунув палец.

Ноге стало так хорошо, что тут же захотелось ещё. Тогда я поднял валявшуюся палку и просунув поглубже под гипс, почесал ещё. Заживает и чешется так, что сил никаких. Ещё и комары накусали, трава оставила ссадины. После того, как наползался, зудит и чешется даже здоровая коленка. А насколько вспотела нога под гипсом на суете, можно себе представить.

Пока чесался, на дороге показалась Маришка. В одиночестве. Без велосипеда. С понурым видом опустив плечи, она брела без энтузиазма. Но едва увидела меня, как помахала рукой.

– Сюда! – указал я на калитку и тут же принялся спускаться на скорости.

Доска под ногой хрустнула, но удержалась. Едва не полетел вниз, но вовремя удержался за перила.

«Так, и куда это я спешу? Снова в травмпункт? Или скорее, зомби-пункт»?

Встретить у калитки Маришку вышел и дядь Паша.

– Здравствуйте, – поздоровалась гостья, переходя порог.

– Добрый день, Мариша. Проходи, чувствуй себя как дома, – улыбнулся дед и протянул мне рубашку. – А ты на-ка, примерь. А то скоро пекло полуденное начнётся в уголёк превратишься.

Следом он протянул мне и штаны, но я лишь покачал головой.

– А я не смогу их одеть… пока не могу, – объяснил я и постучал по гипсу.

– Хозяин-барин, – добавил дядь Паша и следом протянул мне пику.

Точнее, это походило на пику, а при ближайшем рассмотрении оказалось пожарным багром. Ещё таким можно было вытаскивать брёвна из реки или спешивать всадника с лошади. На довольно длинной палке торчал и крюк, и остриё.

– Я им лет двадцать назад рыбу зимой из-подо льда вытаскивал, – объяснил старик, погружаясь в ностальгические воспоминания. – А тридцать лет назад пожар в части тушил. Мы тогда склад с солдатами буквально по бревнышку растащили, пока боеприпасы не рванули. Вовремя успели.