Степан Мазур – Клятва рода (страница 14)
Сёма прибежал к дому с Когтем на руках. Тигрёнок ещё не выдерживал долгих утренних пробежек. Кошки грациозны, стремительны, но не выносливы. Долгий размеренный бег не для них. Собаки выносливее, кони выносливее, но никто из них не выдержит темпа тренированного человека. Воля и стремление – вот что значит быть царем Природы.
«Животное не видит причины преодолевать себя, а в человеке Творцом заложено это умение, способность идти напролом, на одной только воле, через силу, на самый край. Но развивает это умение не каждый, далеко не каждый», – размышлял Леопард.
Коготь добежал до крыльца и рухнул на ступеньках, всем видом показывая, что иссяк. Сёма оббежал джип у гаража и пробежал дальше к бане. Там возле скважины прорыт колодец. Три ведра студёной воды после пробежки телу не помешают.
Солнце окончательно выползло из-за деревьев. Семейство Корпионовых, как теперь гордо именовали их бумаги, скрылось в доме, переодеваясь. Затем все разом выползли во двор, ближе к беседке. Каждый прихватил с собой блюдо от Елены и столовые приборы.
Круглый стол из морённого дуба укрылся светлой скатертью. Деревянный здоровяк любезно собрал на себе всё свежее: молочную кашу, блины, хлеб, масло, молоко, мёд, варенье, квас, расстегаи. Всё в деревянной посуде, с деревянными ложками и глиняными кружками.
«Живая еда, живая посуда», – сказал намедни Сергий, притащив в новый дом целый ящик вырезанных поделок бабушек и дедушек, которые сами и продавали эти поделки на толкучках на рынках. Металл присутствовал только в качестве ножа и… в новом цвете Ладушкиных локонов.
Весёлая семья в самом хорошем расположении духа расселась по резным деревянным стульям. Так чисто и откровенно могли улыбаться только близкородственные души. Никакой скованности и напряжения обстоятельств последних недель.
Живец и Коготь боролись под столом за право обладания первым лакомым куском. Тигр во всём старался походить на статного пса, учуяв в нём новую няньку. Живцу было всё равно, территории вокруг гораздо больше, чем в квартире, почему бы и не взять себе на воспитание мелкого полосатика?
Сергий, уничтожив вторую тарелку каши, приметил взгляд Влады. Названная сестрёнка постоянно поглядывала через плечо, стараясь намекнуть.
«Ах, да! Закончила работу. Надо поглядеть».
– Влада, ну не терзай, покажи своё творение, – первым успел приметить Сёма.
– Да. Зрители готовы, – затараторил Дмитрий Александрович, упустив за поглощением блинов такой важный момент.
Влада, смутившись, отодвинулась от стола, но пошла к прикрытому мольберту.
Скорпион застыл, едва полотно слетело с картины. Все за столом замерли, поражённые точностью сходства. До малейших подробностей кисть художника изобразила рождение солнца, новую зарю. Свет играл среди высоких крон деревьев, просачивался сквозь прорехи листьев, отражался в сполохах небольших волн на пруду, падал на камни японского сада. Само небо было таким насыщенным, живым и подвижным, словно играло видео, а не смотрели на статичную картину.
Блондин притворно упал со стула, вытягивая руку с большим пальцем вверх. Разрядил обстановку:
– Стартовая цена лота – моя жизнь, честь и совесть. Кто больше?
– Добавь мою печень, – прошептал Дмитрий. – И почку… И левое ухо.
– Печень и почки раз, печень и почки два, продано! – заключил Сёма, возвращаясь на стул.
– Твоя картина такая лёгкая и воздушная, она должна летать, – важно добавила Лада, и… картина медленно оторвалась от крепления.
Влада вздрогнула. Елена побледнела. Мольберт медленно поплыл по воздуху, зависнув над столом.
– Лада, не балуй! – предупредил Сергий, наблюдая за потугами юного паранорма. Корпионов готов был в любой момент перехватить картину над столом, если силы сестрёнки иссякнут. Ребёнок обладал ими, но не умел управлять концентрацией.
Картина медленно поплыла обратно, плавно опустившись Владе в руки.
– Фу-ух, – шумно выдохнула Ладушка, утирая пот со лба и поворачиваясь к Елене. – Мама, правда, я тоже молодец?
Потрясённой Елене ещё не доводилось видеть тренировок младшей дочери. Она медленно закивала, увеличивая скорость кивков, поглядывая на Сергия.
– И давно ты так?
– Как волосы посеребрились, – важно ответила дочка.
– Лада, ты умница, но тренируйся только в моём или Сёмином присутствии. И пока только с небьющимися предметами. Хорошо? – предупредил Скорпион. – А то мама пугается.
Лада улыбнулась, показывая ямочку на щеке. Кивнула и принялась допивать молоко.
Влада поставила картину на место и села доедать. Удивления сильного не высказала. Прежде ненароком заметила, как во время переезда младшая сестрёнка таким образом упаковывала в ящики свои игрушки. Привыкла. Похоже, в семье не один ангел живёт.
Дмитрий обнял Елену за плечи, подбодрил:
– Мать, да не бери ты в голову. Ну, летают, ну пусть себе летают. Ну, в крайнем случае, вихрастого побреем. Потеряет силу, как Самсон. Делов-то. А если не поможет, в цирк всей семьёй работать пойдём. Да?
Елена выдохнула.
– Главное, чтобы соседи не переживали.
Влада округлила глаза, глядя на Скорпиона, который не шевелил губами, но звук шёл от него. Голос чёткий, не перепутаешь. Кивнула.
Сергий по своему обыкновению в передаче смысловых пакетов передавал и интонацию своего голоса. Так, как его привыкли слушать. Соответственно принимающий не мог ошибиться по части «собеседника», если когда-то имел с ним вербальное общение. Но это была лишь условность. Фон, который передающий мог создавать по своему усмотрению.
Владлена расцвела доброй улыбкой и завтрак продолжился.
Часть первая: «Влияние». Глава 11 – Самое ценное
Уже ближе к обеду ребята продолжили тренировки. Заточенная вилка, разрезав воздух, воткнулась в нетесаный столб. Следом за вилкой чуть выше первого попадания в столб воткнулся столовый ножик. Тут же попала спица, охотничий нож. Чуть погодя – пара метательных ножей. Снова в воздух взвилась вилка, спица, восьмиконечная звёздочка, кунай7, пятиконечная звездочка, шестиконечная, топорик, заострённый по всему периметру кругляш.
Арсенал был обширным. Со свистом или бесшумно, металл находил цель.
Оба боевых индиго собирали всё, что только могло лететь в цель и поражать её хотя бы с пяти шагов. Врытым столбам приходилось терпеть в себе куски заточенного металла. Его швыряли с разного расстояния и положения двое длинноволосых парней. Порывы ветра никак не могли помешать правильному полёту. Метаемые предметы упорно попадали туда, куда метил глаз, твёрдые руки, воля и намеренье.
Сергий снял повязку, разглядывая поражённые цели. Сёма рядом хмыкнул, кидая с вращением пару разных по весу ножей с обеих рук.
– Какой смысл кидать ножи вслепую?
Сергий встал спиной к столбу, зажав в руке топорик. Резко повернулся, кидая ещё до того, как увидит цель. Топорик провернулся три с половиной оборота и воткнулся в столб немного сбоку – при резком развороте метнул не по прямой линии.
– А вдруг зрение подведет? Сёма, ты должен всегда видеть противника внутренним зрением. Вдруг внешнее отсутствует? Да и зря, что ли, над энергетической кольчугой полгода корпели?
Сёма сложил три ножа между фалангами пальцев, швырнул правой рукой. Два точно в цель, третий ударил и отлетел, недостаточно зацепившись за поверхность – плечо ещё окончательно не отошло.
– Ну, не знаю, – протянул блондин. – Кольчуги хватает для определения противника на огневом рубеже вслепую. Этого часто достаточно. Пулю в лоб – и всё. Эффективней.
– А если нет огнестрельного?
– Тогда сближение и рукопашка. Нож не часто в руках оказывается.
– Дело твоё, – пожал плечами брат. – Сам знаешь, в бою всё может пригодиться. Мне даже умение метать зубочистки пригодилось. – Сергий отвлёкся от мишени, закатывая глаза к небу и вдыхая бодрящий ветер полной грудью.
– Я знаю, – обрубил Сёма и побежал к дому, на бегу крича. – Бой на мечах! Но сначала с тебя ещё одна поговорка! Порази меня в душу, не в тело!
Скорпион выдохнул, с огромной скоростью метая всё, что осталось в ящике. За минуту столб покрылся железом. Затем так же соседний столб.
– Что завтра будет? Что сегодня будет? – прошептал сам себе Скорпион и добавил. – По идее, через шесть часов вечерний рейс до Урала, билеты забронированы. Наверное, завтра будет Аркаим.
За спиной вырос Сёма, довольный, как нашкодивший кот. Голову скрывали груды железа, которое нёс в руках. Вытащил из дома весь боевой арсенал, кроме меча Славы. С ним тренировки не получалось. Если меч просыпался, он жаждал боя и крови. Князь выковал его в лютые времена, когда враги терзали Русь со всех сторон. Зря будить – себе дороже.
– Ну? Говори. Я жду.
– Хорошо, – сдался Сергий. – Как тебе такая? «Дураку хоть кол теши, он своих два ставит».
– О, отлично звучит! Всегда стой на своём, значит. Хорошо! Пойдём скорее, пойдём уже на нашу полянку. Я даже кольчуги прихватил. Устроим сечу на прощание.
– Сеча, так сеча, – ответил Сергий и забрал часть вооружения и майки обоих.
Когда кольца кольчуги от удара впиваются в голую кожу, ощущение не из приятных. Лучше одеть на голое тело рубаху, но маки тоже пойдут.
Едва выйдя на полянку, Леопард покидал оружие и кольчуги в траву и напал сразу, сбивая с ног – о настоящей драке не предупреждают. Явление стихийное.